От отвращения к восхищению. История 2. Качки

    Клара с недоумением смотрела на то, как некоторые мужчины изводят себя в тренажерных залах ради заветных мускулов.  Какой в этом прок, если это все равно смотрится неестественно? Ей нравились высокие мужчины, чьи силуэты напоминали скорее античные статуи, нежели грузного "Мыслителя" Родена. В стройных телах, не отягощенных непомерными силовыми упражнениями, Клара видела гораздо больше романтики и душевной теплоты. Встретив еще в юности свой мужской идеал в лице Мариуса, худенького и красивого юноши с большими, карими выразительными глазами, как у египетских богов, она убедилась в своей правоте. Мариус был слишком красив, чтобы стать реальностью. Где он сейчас?

    В одной из забегаловок Клара ждала своих друзей и, скучая, разглядывала посетителей. Перед ней за общим столиком находились две пары. Парни сидели напротив миловидных, обычных девушек. Девчонки пытались произвести впечатление на словно резиновых, надутых наглецов, но куда там! Накачанные, в обтягивающих куцых футболках, молодые люди от скуки демонстративно листали на телефонных экранах фотографии таких же искусственных красавиц с безразмерными губами трубочкой. Клара видела только их рельефные спины и, к сожалению, телефоны. Она представила, как те поигрывали своими мускулами, чем и привлекли наивных дурочек, а сами, как выяснилось позже, даже заплатить за себя не могут!  Ей стало противно! Одним словом, качки!

    Ранние августовские сумерки отсылали Клару домой, хотелось поскорее укрыться от наступающей ночи, пусть даже с пересадками. В ответ на ее желание, подъехал нужный автобус, да еще и с заманчивой перспективой выбора места. Автобус тронулся. Обычно Клара не обращала внимания на попутчиков, но один мужчина невольно притягивал взгляд.

     Она, заняв место напротив, украдкой наблюдала за ним. Он был погружен в чтение, изредка отправляя сообщения. Его посеребренные волнистые волосы были небрежно зачесаны назад, но некоторые упрямые выбивались из прически, обрамляя лицо. Широкие плечи и аккуратно очерченную грудь подчеркивали полуприлегающие поло и летние брюки. Впечатляющая физическая форма скрывала возраст. Клара пристально всмотрелась в лицо обладателя роскошного тела: Да он старый!
Но увидела знакомый разрез глаз, цвет которых, хоть и тронут временем, не утратил своей выразительности; полуоткрытую верхнюю губу, как у М. (его рот всегда слегка приоткрывался, когда он был чем-то глубоко тронут) и прямой, аристократичный нос.
Неужели это он? После стольких лет? Клара боялась пошевелиться. Хотелось крикнуть его имя, броситься в объятия, но ноги словно приросли к земле. В горле пересохло, и она смогла лишь выдавить почти неслышное: "М…?"

    Он повернулся в ее сторону. В его глазах мелькнуло узнавание, за которым последовало удивление, а затем… что-то похожее на растерянность. Губы тронула легкая, едва заметная улыбка. "Не может быть… Это ты?" - произнес он, и его голос, знакомым эхом отозвался в душе Клары.

    А Мариус… Мариус был прекрасен. Воспоминания о его красоте, что до сих пор бередили душу Клары, трансформировались в противоположную реальность.
Тишина повисла в воздухе, нарушаемая лишь гулом машин и отдаленными голосами. Они стояли, как два потерянных корабля, наконец-то нашедшие друг друга в бескрайнем океане.

     Справедливо ли ставить крест на интеллекте человека только потому, что он уделяет внимание своему телу? Разве стремление к физическому совершенству автоматически исключает наличие богатого внутреннего мира?
Настоящая привлекательность кроется не в размере бицепса, а в обаянии личности, в глубине души и в способности любить и быть любимым.