История высшей школы освоения средств

Из цикла «Антикоррупционные байки» (подражание М.Е. Салтыкову-Щедрину) «Наша Разумеется, сии происшествия, лица и вообще всё, до самой последней кляксы здесь, вымысел и плод воображения. Такого, как ныне описано, не может быть нигде и никогда, ибо такова непреложная мера вещей, да и не случится по определению. Аще же кто-нибудь усомнится и дерзнёт глядеть в повесть как в явь — пусть читает внимательнейше. Невнимательный же читатель подлежит осуждению не нами, но здравым смыслом. А история эта о том, как в Демократической республике честного распила и гуманного отката образовалась Высшая школа освоения средств. В лето великого осмысления, когда в Демократической Республике Распила, Отката и Освоения Средств воцарилась мысль самодовольная, возжелали властители её украсить державу просвещением. Ибо рассудили оне: «Аще у иных народов наука есть, да и польза от неё неведомо куда течёт, то почему же мы, люди, обременённые смекалкой и смётыванием средств, должны пребывать в упущении?» Так и родилась Высшая школа освоения средств — ВШОС, учреждение, утверждённое согласно закону, написанному под себя и для себя, чем, собственно, и гордились. Учёные, коих собрали для благолепия науки, явились отовсюду: из бань, из застенков научных советов, из подвалов академических заседаний, увенчанные профессорскими эполетами и академическими лампасами, кои сами же себе изобрели. От прежней же науки осталась одна баня. Как храм демократического равенства, была сохранена она во всей первозданности: с золотыми унитазами в предбаннике и с берёзовыми вениками в отделении духовного очищения. Гостям же из стран Африки вручали пальмовые ветви в знак признательности за участие в процветании науки. Вопрос о связи бани с наукой считался в республике и особо — в академических кругах, вопросом неуместным и даже преступным, ибо известно было каждому: где баня — там мысль, а где мысль — там и распорядок научный. Аще кто пытался усомниться, того считали смутьяном и ему, по заведённому порядку, предписывалось «осознать». Поскольку баня имелась, а ректора не имелось, избрали ректора. За ним проректоров. За проректорами — институты. Так возник целый каскад учреждений: Институт барановедения, Институт птицеводства, Институт управления распилом, Институт откатного менеджмента, Институт грантоводства, Институт фондоводства и иные структуры, кои размножались не по дням, но по часам, подобно водомеркам в тёплое сыростное лето. При институтах открыли магистратуры, аспирантуры и лаборатории, назначение коих было не постигать нечто существенное, но свидетельствовать народу, что образование развивается в темпе чрезвычайном, хотя стояло оно на месте столь крепко, что и лопатой не подденешь. Среди академиков особенно выделялся старец сухопарый, лампасный, но исполненный жажды преобразований. На одном из заседаний ректората он поднялся и изрёк голосом дребезжащим, но преисполненным державного пафоса: — По-новому надобно жить! Новации вводить! Долину Кремниеву воздвигать! Ректор, человек слабомыслящий, но чрезвычайно податливый, от волнения запотел за очками и признал речь старца едва ли не пророческой. Остальные же задумались глубоко, ибо таков был порядок: мысли держать в себе, а виды делать задумчивые. Но один профессор, по прозванию Боров, ибо имел живот плодовитый и аппетит широкополосный, не стал обременять себя размышлениями. Он вскочил, крикнул «Эврика!» и устремился к университетскому пруду. Подопечным своим он приказал нечто мудрёное, и через месяц пруд превратился в болото — столь густое и вязкое, что и природа, посрамившись, отвернулась бы. Ректор ужаснулся: — Для чего, Боров, содеял ты это?! Пруд был для людского отдыха: рыбу в нём ловили, книги читали, воблу с пивом употребляли. А ныне что? — А ныне, — сказал Боров, — можем изучать лягушек, кикимор, леших и прочую болотную братию. Можем стартап учредить: болотную жижу заместо целебной грязи продавать. А позднее — курорт для свиней откроем. Полезно и нравственно. Ректор, поразмыслив сутки, утвердил болотное направление. Так возникли факультеты болотного туризма, лечения болотной жижей и отдыха животных домашнего происхождения. Боров был произведён в чин повышенный и стал пришивать лампасы к парадным штанам, но большим свершениям воспрепятствовали обстоятельства несчастные. Злой рок пришёл в лице того же старца-правдолюба. Сей, неутомимый реформатор, изрёк новую мысль: — Баня есть, а бассейна нет! Не пристало Высшей школе пребывать без бассейна! Ректор, трепеща перед гневом старца, велел вырубить прорубь и объявил её бассейном народного пользования. Сей водоём полюбился публике, и публика была довольна. Но когда по велению свыше прибыла комиссия проверочная, беда разверзлась незамедля: один член комиссии, по неопытности своей, нырнул с разбегу не в ту прорубь. Ректор и директора кинулись его спасать, студенты — спасать спасающих, отчего вышло действо столь безобразное, что и писать неловко. Ещё хуже случилось то, что иные проверяющие, напившись пива с раками и восхитившись болотным стартапом, стали кататься по грязи в полном облачении — в сюртуках, галстуках, штиблетах. Папарацци, яко мухи на мёд, слетелись мигом. Вслед за этим не замедлили свершиться отставки. Старца сняли первым — за вольнодумство. Над ректором же навис меч отставки. Последний удар нанёс ректору Институт птицеводства. Там возжелали из куриц вывести павлинов. Павлины, едва вылупившись, улетели в Австралию, чем нанесли удар по престижу отечественной науки. Тогда решили изготовить индюков, но куры, пользуясь свободой самоназвания, объявили себя жар-птицами и остались курицами. Про баранов в прессе писать воспретили. После сего ВШОС решено было реформировать в Академию высокого  освоения средств (АВОСЪ). Боров, не успевший пришить лампасы, от такой новости пал духом, заболел и умер. Ректора разжаловали в истопники при бане. Баня же, как и подобает символу демократии, поныне стоит: дымит, бурлит, изредка протекает, но рухнуть никак не может. Прорубь зимой смерзается, но летом возрождается. Болото обратно в пруд не обращается. Над ним, в летнюю пору, жужжащие стрекозы воспевают жизнь — бесполезную, бессмысленную, но, к несчастию, весьма живучую....

Источник: https://www.nashasreda.ru