Глава 47

Перед отъездом из Улан-Батора Алла навела справки о Вадиме и, узнав, что он всё ещё в Монголии, не устояла перед соблазном отправиться к нему на квартиру. Она, конечно же, могла устроиться в офицерском общежитии – там уже было забронировано для неё место – и, конечно же, могла промахнуться: у Вадима могла быть женщина. Но она не смогла побороть в себе желания, рождённого яркими встречами в прошлом.

Сейчас, лёжа с Вадимом на раскинутом диване, ещё не остывшая от его бесстыдных слов и издевательств, она с надеждой подумала, что судьба подарила ей ещё один шанс, приведя за руку в эту квартиру. Где пусть ещё не совсем своя, но и не чужая уже жизнь. И эта квартира за мимолётный срок успела войти в неё этими стенами, этими окнами, этим чарующим запахом лучшего мужчины – и пусть пока не мужа, но жаркого любовника, кипящего неутомимой страстью...

Алла повернулась грудью к Вадиму и тихо спросила:
– Скажи, я ещё не старая или уже?..
Он в нежном касании мягко массировал ей грудь с напряжёнными сосками, мягко поцеловал в губы, так же тихо ответил:
– Ты же знаешь, что женщина старится, если сама себе это позволяет. Тебе не стоит комплексовать – этим славным мячикам позавидует любая семнадцатилетняя девственница. И сколько бы тебе ни было лет, ты всегда можешь рассчитывать с моей стороны на жизнь, полную любви и страсти.

Вадим всё чаще и чаще стал сжимать округлость её груди, целовал её губы, живот и ещё ниже... Эта увертюра прервалась неожиданным звонком. Алла испуганно выскользнула из-под Вадима и, как девочка, застигнутая врасплох, натянула на себя одеяло и с испугом спросила:
– Кто это может быть?..
– Успокойся, это телефон. – И Вадим взглянул на часы: стрелки показывали двадцать один час. Вставая с дивана, добавил: – Будет очень обидно, если что-то случилось на работе...
– Такое часто бывает? – спросила Алла, выглядывая из-под одеяла.
– Не часто, но бывает – как закон подлости. – Ответил Вадим и, голый, подошёл к трубке, поздоровался, а затем засмеялся, кивнул головой в знак согласия, поблагодарил и тут же извинился. Уклончиво ответил, что в другой раз, снова засмеялся, сказал, что сорок, и, распрощавшись, положил трубку.
– Кто там? – всё ещё выглядывая из-под одеяла, спросила Алла.
– Да так... – Вадим улыбнулся, разворачиваясь к ней наготой. – Поздравили.
– С чем?
– С юбилеем.
– Что за юбилей?..
– Мне сегодня стукнуло сорок лет.
– У тебя оказывается день рождения?! – воскликнула Алла, опуская одеяло. – И ты молчал! Да ещё юбилей!
– Не успел... – ответил, засмеявшись, Вадим, приближаясь к обнажённой Алле, уже сидевшей поверх одеяла.

«Он совершенно потерял стыдливость, и это его абсолютно не портит, – подумала Алла. – А я как дура уставилась на его вымпел в смуглой шкуре и с недомоганием чувствую нетерпеливость во всём теле...»

Она была женщиной в зените своего совершенства, когда интимные минуты занимают в её жизни не последнее место и вся красота вершинного всплеска приходится именно на этот возраст, делая женщину неотразимой! И тогда с треском лопаются все копья моральных устоев и приличий от безрассудных поступков в любви. Дразня и провоцируя Вадима, она млела под его ласками, то закрывала, то открывала свои очаровательные ресницы, возбуждая Вадима к полной отдаче сил...

– Как хорошо! – в тяжёлом дыхании произнёс он. – Как красиво ты смотришься! И кто только это придумал?!..
– Бессовестный Вадик! Не смотри...

Они отдыхали, взявшись за руки, а ветер за окном свирепо стонал с прежней силой, шурша песком по окнам.
– О чём думаешь? – спросила Алла.
– Так, ни о чём, просто отдыхаю.
– Ты обо мне думай. – И она сжала ему руку.
– Я и о тебе думаю. Знаешь, моя жизнь, или судьба, как распутная женщина, всегда опасна, когда щедро расточает свои ласки...
– Ты сейчас говоришь обо мне?
– Нет. О тебе нет. С высоты своих прожитых лет тебя я вижу, а с теми был слеп.
– А подробнее – с этого места.
– Зачем? Это была другая жизнь. С тобой начинается новая. – Вадим обнял Аллу, лукаво сказал на ухо: – Начинается с моей единицы и твоего ноля… Которая приведёт нас к десятке!..
– Ох и бессовестный! – Она доверчиво прижалась к нему. – Когда же мы будем праздновать юбилей? Я ещё должна купить тебе подарок.
– А вот сейчас встанем и будем отмечать! А подарок мне не надо – ты его уже подарила трижды и, надеюсь, подаришь ещё...