Глава 56

И вот Алла приехала. Сенька только-только намылил лицо пеной для бритья, как раздался звонок в дверь. Он заспешил в прихожую, чтобы лишний раз не звонили, и открыл дверь. На пороге стояла ошеломляющая дама с огромным животом, круто выпирающим из-под норковой шубы.

«Вот это впендюрил, так впендюрил! – восхитился Сенька. – В том мешке, наверно, двойня!» – с благоговением окидывая женский живот, будто не Вадим, а он творец этого чуда. А женщина, увидев намыленную рожу незнакомого мужчины, оторопело смутившись, быстро взглянула на номер открытой двери, нерешительно произнесла:

– Простите, я не ошиблась? Вадим Тишин...
– Здесь-здесь живёт! – остановил Аллу Сенька. – Проходите.

Он отступил в сторону, пропуская Аллу, глядя на беременную женщину с мужским восторгом. Мысленно подумал о Вадиме: «Умеет, старичок, отхватывать лакомые кусочки, да не с краю, а с середины норовит!..» – А вслух произнёс:

– Меня дразнят Сенькой, – и, вешая на гвоздь Аллину шубу, добавил: – Вы проходите, разуваться не надо, он в комнате – спит.

Алла с благодарностью улыбнулась Сеньке и прошла в зал. Вадим спал на диване, сцепив руки на груди, отвернув голову в её сторону. Она присела на краешек, с нежной улыбкой смотрела в его спокойное лицо и ласково дотронулась до его подбородка.

– Засоня... – тихо произнесла она и осторожно подула ему на лицо.

Веки Вадима вздрогнули, он капризно надул губы и открыл глаза, сонно взглянул на Аллу, сделал отмашку рукой, как бы отгоняя непрошеное видение, и повернулся на бок, лицом к спинке дивана... И тут же резко поднялся на локтях, удивлённо уставился в лицо Аллы.

– Не ждал? Засоня! – произнесла она в яркой с мороза улыбке, влекомая его руками и утопая в его поцелуе.
– Ты давно здесь? – восхищённо спросил Вадим, отрываясь от её сладких с изморозью губ.
– Только вошла, мне открыл Сеня.
– Как же ты меня нашла?
– Вот глупый. Ты же сам мне дал свой адрес!
– Забыл, ей-богу, забыл! – ответил радостно Вадим, соскакивая с дивана в одних светлых плавках.

Алла украдкой бросила взгляд на ту часть тела, на которую женщины, хотят они того или нет, но всегда обращают внимание, и тут же отвела взор к его лицу, сказала:
– А меня напугал твой Сеня.
– Чем? – влезая в штанину, отозвался Вадим.
– Лицо в мыле и чёрный, как вымазанный в сажу. Он кто?
– Казак. Мой лучший друг, служили вместе, – влезая в сорочку, ответил Вадим.
– А почему ты мне о нём ничего не рассказывал?
– Ну я много чего тебе не рассказывал, – улыбнулся Вадим, подходя к Алле и присаживаясь рядом. – Причём он тоже служил в Монголии. Ну, здравствуй, Алёна! – И положил руку на её округлый живот.
– Здравствуй... – слегка смутившись, ответила она и воровски взглянула на дверь, опасаясь неожиданного появления Сеньки, поскольку рука Вадима сползла с живота под свободную юбку... – Что ты делаешь?! Бессовестный! Сеня войдёт...
– Я так рад, а ещё больше соскучился... – отозвался Вадим, ощупывая желанное место под гамашами... – спросил: – Когда он появится?
– Скоро. Может даже в начале года, – томно ответила она, прижавшись грудью к его корпусу и отстраняя его руку из-под юбки, тихо произнесла: – Не надо, Вадим, мы не одни...
– А тебе можно?.. А то мой солдат запарился стоять в карауле... – продолжая ласкать теперь уже её грудь.

Алла улыбнулась, слегка кивнула и уткнулась лицом в его плечо. Вадим нежно прижал её, а затем взял голову Аллы в свои ладони и страстно поцеловал в губы. И в это же время в дверях появился свежевыбритый Сенька с напускным укором произнёс:

– Ну вот, не успели встретиться – и уже лижутся! Побойтесь бога, я ещё не ушёл.
– А ты не пялься! – отмахнулся от него Вадим и чмокнул смутившуюся Аллу в нос. – Знакомься, это моя Алла приехала.
– Ах, Алла?! – дурачась, воскликнул Сенька, пригибая колено у её ног и беря её руку для поцелуя.
– Алёна, не обращай внимания, – улыбнулся Вадим от счастливого настроения. – Он не страшный и не зловредный, но слегка червивый.
– Я так и знал! – поцеловав Аллину руку, произнёс Сенька. – Нет, вы слышали?.. Оскорбить друга при даме – это прилично? И потом, почему Алёна? Если она Алла...
– Потому что так мягче и ласково звучит, – ответил Вадим. – А я её люблю.
– Надо же?! Опять любовь! – воскликнул Сенька.
– И не говорите, кошмар! – засмеялась Алла.
– Это точно! А знаете, почему он меня унижает?
– Почему?.. – не сводила Алла восхищённых глаз с Сеньки, и Сенька ответил:
– Он боится, что я отобью вас у него! Ведь правда, я уже нравлюсь вам?
– Правда, – продолжала улыбаться Алла.
– Ты понял, что говорит умная женщина! – поднимаясь с колена, вопрошал Сенька у Вадима. – Какие глисты?!
– Да не глисты, черви! Охламон. – поправил Вадим, улыбаясь вместе с Аллой.
– Какая разница! Обозвал гнилым, при даме, хорошего человека, а выходит, что некоторым, не будем показывать пальцем, очень нравятся такие, как я – с душком.

Алла рассмеялась ещё громче, и все дорожные тревоги рассеялись как дым. Собираясь сюда, к Вадиму, она была в восторге от предстоящей встречи, и лишь в самолёте запоздало подумала о своём авантюрном поступке: «Ну куда с таким животом? Монголия – это одно, а дома, в Союзе, Вадим может быть совершенно другим. Как девчонка-малолетка! Оставила дочь, наврала с три короба родителям – и махнула по первому зову. А как встретит?» Теперь поняла, что напрасно переживала. Он ждал и рад её приезду.

Она влюблённо посмотрела на Вадима, понимая, что такой человек в обществе такого друга не может быть неверным своему слову, и с восторгом слушала неумолкающую болтовню Сеньки. А Сенька, подавая руку Алле, помог приподняться с дивана, продолжал тараторить:

– Итак, прошу к нашему шалашу, отведать с дороги винц;, сальце, яйц; – это витамин «Ц», чтоб не было морщин на лице! – И под локоток провёл Аллу на кухню.
– Спасибо! – ответила с улыбкой Алла, усаживаясь на любезно предложенное ей место.

А Вадим только удивлялся расторопности и вездесущности Сеньки. Стол был сервирован Сенькой на скорую руку и богат закусками. На газовой плите надрывался чайник; Вадим отставил его в сторону и выставил на стол запотевшее шампанское.

– Может, тебе с дороги что-нибудь покрепче? – спросил он у Аллы.
– Нет-нет! Мне только шампанское, и то чуть-чуть.
– Правильно! – поддержал Сенька. – По утрам пьют гуси и свиньи, а мы не родственники, но выпиваем тоже с ними, представьте – по утрам.

Алла опять засмеялась и повела глазами, полными восторга, на Вадима. Сенька, наполняя фужеры, усмехнулся, глядя на гостью, спросил у неё:

– Вы знаете, на кого сейчас похожи?
– На кого?
– А не обидитесь?..
Алла пожала плечами, а Вадим сказал:
– Ну так ты картинки не ляпай, она и не обидится.
– Говорите, – согласилась Алла.
– На хищницу!
– Интересно. Это что-то новое...
– Все свободные женщины похожи на хищниц, глядят приценивающе, горящим взором.

Алла опять засмеялась и махнула на Сеньку рукой:
– Не угадали, я замужем.
– Вы не замужем, но если бы даже были таковой, то вдали от родного очага женщины превращаются в хищниц! У них возникают задремавшие инстинкты – муж далеко, а рядом полно таких, как мы, в меру хамоватых мальчиков, отчего оценивающий взгляд свободных дам становится алчно-страстным...
– Гм... Забавно! – отозвалась Алла.

А Сенька, глядя на неё, обратился к Вадиму:
– А ты, к примеру, знаешь, как произвести на свою избранницу впечатление?
– Анекдот ты ходячий! – ответил на вопрос Вадим.
– И как? – поинтересовалась Алла.
– Легко! Наговорить кучу достойных комплиментов. А дамы, как известно, повышают свой интерес к мужчине от комплимента вдвое. И пока она не опомнилась, млея, пригласить её в ресторан, щедро на неё потратиться, угощая дорогими винами, но лучше коньяком – эффект срабатывает быстрей, поскольку дама подшофе себе не хозяйка. И только затем можно переходить к желанным действиям, так как она будет уже на всё согласна.

Вид Сеньки, его шутливый в гримасе тон рассмешил Аллу до слёз, и она сквозь смех спросила:
– Хорошо, ладно – это о нас, и доля правды здесь есть. А как же хищнице быть в отношении мужчины, если он не обращает на неё внимания?
– Проще пареной репы! Хотя способов много, но я расскажу о самом действенном – приготовить ужин и, пока он ест, раздеться...

Её улыбка расползлась в заразительном смехе, и она, посмотрев на Вадима, произнесла сквозь слёзы восхищения:
– Ой, не могу! Какая сладкая пошлость!..
– Кончай трепаться! – приподнимая фужер с шампанским, сказал Вадим. – Её кормить с дороги надо, а ты с порога уже напичкал её словесной окрошкой.

Сенька, в улыбке кривляясь, поднял свой фужер, произнёс:
– Намёк я понял, я не шут, а то по шапке мне дадут, и с вами я вина не выпью!

Троица соприкоснулась фужерами, разливая по кухне церковный звон. Алла, удовлетворённая обстановкой, в приподнятом настроении, чуть пригубила с мужчинами вино и с лёгкой улыбкой посмотрела, как Сенька уже серьёзно взглянул на часы.

– Всё! – сказал он. – Труба зовёт, мен кеттым! (я ухожу) – И быстро покинул стол.
– Да закуси ты хоть малость! – обратился вслед Вадим.
– Не могу, время. И потом, это же компот – чего его закусывать!.. Ладно, бывайте!
– Вечером приходите семьёй, – пригласил Вадим.
– А не помешаем? – лукаво, уже в дверях, спросил Сенька.
Вадим пальцем повертел у виска.
– Всё замётано! – улыбнулся Сенька и закрыл за собой дверь.

Вадим и Алла остались одни. Они переглянулись и с волнующей радостью потянулись навстречу друг другу...