Глава 55

— Не забывай, я на последнем месяце... — шептала Алла, изнемогая от таких острых и таких сладких ощущений...

Они отдыхали и снова ненасытно, через короткие промежутки времени, занимались восхитительными взрослыми играми, удовлетворяя чарующий голод обнажённых тел. Изнурённые победами друг над другом, лежа замерли, прислушиваясь к своим сказочным ощущениям, медленно остывая.

— У него есть жена? — счастливо, утомлённая волнующими ласками Вадима, произнесла Алла.

— У Сеньки? Есть! Ты её сегодня увидишь.

— А сколько сейчас времени?

Вадим взглянул на часы и резко поднялся.

— Вставай! Сейчас гости придут, — суетливо произнёс он и потянулся за брюками.

Алла засмеялась и обвела его руками через спину.

— Поцелуй меня, — попросила она, вдыхая аромат любимого мужчины. — Мне так не хочется никого видеть...

— Алёна, не дури! — Вадим жарко поцеловал её в губы. — А то влипнем, и Сенька нас заклюёт своим издевательским тоном.

Не споря, Алла ответила на поцелуй и стала собирать диван. При этом, обнажённая, красиво делала то, что может делать только женщина — легко и со смыслом флиртуя телом перед глазами не остывшего ещё мужчины. Вадим одевался, непроизвольно кидая взгляды на её красиво перемещавшуюся фигуру...

Он не выдержал такого мучения и с задней мыслью остро приник к ней... Она томно изогнулась, через плечо подставляя ему свои губы. Поединок был стремителен. В дверь позвонили в тот момент, когда Вадим судорожно прижался к ней...

Она тихо засмеялась, удерживая его руками, позволяя не спеша излиться, восторженно прошептав:

— Не торопись, успеешь...

Он ещё теснее прильнул к ней, а затем к её губам, удовлетворённо освобождаясь... Она опять тихо засмеялась, повторила:

— Не спеши...

Он торопливо отстранился и уже на ходу к двери негромко сказал:

— Одевайся!

Звонок повторился, теперь более настойчиво. Алла быстро одевалась, то и дело бросая взгляд в зеркало, критически разглядывая себя. В прихожей раздался голос Сеньки:

— Не опоздали или помешали?..

— Перестань болтать! — услышала она приятный женский голос, и почему-то тревожно забилось сердце...

Алла в последний раз оглядела себя в зеркале и, оставшись довольной, вышла к гостям, увидав блистательной красоты женщину где-то её возраста и отчего-то смутилась...

— Здравствуйте! — сказала по-домашнему женщина и протянула Алле руку. — С приездом.

— Здравствуйте! Спасибо! — слегка покраснев, ответила Алла и на правах хозяйки пригласила гостей в зал.

Сенька прошёл на кухню и оттуда воскликнул:

— Ба! Чем вы только здесь занимались? Даже со стола не убрали! — И выставил на стол литр коньяка армянского производства.

Вика было шагнула в зал, остановилась и, развернувшись, прошла на кухню вместе с Аллой.

— Ну-ка выйди! — выталкивая Сеньку, строго произнесла она и уже громче Вадиму: — И ты не стой столбом! Живо с Сенькой в зал! Разберите там стол, гулять будем.

Сенька не возражал, а Вадим изумлённо удалился следом выполнять указание Вики. А она доброжелательно подмигнула Алле и принялась убирать со стола грязную посуду, передавая её Алле.

Складывая посуду в раковину, Алла принялась за её мытьё, восхищённо сказала:

— Как вы их бесцеремонно! И пошли ведь.

— А так и надо! Не позволять им наступать на собственную песню! И так имеют, что хотят, пусть отрабатывают... — улыбнулась Вика.

— А в вас есть командирские нотки. Часом, не служили в армии?..

— Нет, не служила. Но мне пришлось много работать со студентами вуза.

— А-а, понятно.

Мужчины, выполнив своё дело, вышли на балкон покурить. Зима легла плотно: ежесуточно, по ночам, низкие облака выбрасывали тонны снега, и он лежал и висел белыми шапками, укутывая весь город в белые тулупы. Мужчины курили, перебрасываясь незначительными словами, глядя с балкона на дистиллированную белизну.

А между женщинами, занимающимися своим делом, неторопливо велась беседа-знакомство.

— Как доехали? — спросила Вика.

— Чудесно! Вы знаете, я никогда не была в Казахстане, и когда летела, мне казалось, что лечу над Монголией. Поразительно, как всё похоже! — Алла улыбнулась, смахивая со лба упрямую прядь, взглянула на Вику.

— Мне кажется, что мы с вами одного возраста… — произнесла Вика. — Может, перейдём на «ты»?..

— Тридцать восемь. А тебе?

— Почти то же самое, скоро сорок. — И, кивнув на живот Аллы, спросила: — Его?..

— Да, — чуть смутившись, ответила Алла.

— У тебя был или есть муж?

— Я вдова со стажем, — улыбнулась Алла.

— Прости, а дети есть?

— Дочь. Уже взрослая.

— Она знает о Вадиме?

— Да, знает.

— И как отнеслась к этому?

— Положительно, без комплексов.

— Похвально! Хорошо воспитала.

— Это не я, это мама моя! Я же всегда была в войсках с мужем. Он военным был. Мотались с ним по гарнизонам. Он лейтенант, и я лейтенант — я после медицинской академии, он после артиллерийского училища. Армейская жизнь она же на колёсах, а дочь всегда с моими родителями.

— А Вадим знает о твоей дочери?

— Знает, но не видел.

— И как отреагировал? — спросила Вика, вытирая посуду и складывая в буфет.

— Никак, — усмехнулась Алла. — Вот так же, как ты спросила, я ответила, и всё — ни слова.

— А как вы познакомились?

— На одном из праздничных вечеров, в клубе. В тот вечер, как мне показалось, он был какой-то уж слишком одинокий — не танцевал, почти не пил, был угрюм, старался уединиться от общества. — Алла улыбнулась от тёплых воспоминаний. — Единственный загадочный мужчина, и такой, как сам не свой... Я тогда ещё загадала: если мне улыбнётся — уведу его к своему сердцу. И увела, а вернее, он увёл...

— Ты его любишь?

— Странный вопрос?! Разве по моему положению не видно — люблю или нет?

— Прости. Я совсем хотела не то спросить, — извинилась Вика. — Вырвалось нечаянно.

— Ты представить не можешь, какой он классный мужчина! Такого невозможно не любить, — как бы извиняя Вику, ответила Алла.

— Почему нет? Могу! — не задумываясь, ответила Вика, и они встретились взглядами: одна — в молчаливом изумлении, другая — в таинственной зашторенной тайне...

Вику интересовали более всего намерения этой женщины: серьёзно ли она собралась жить с Вадимом или это просто женская прихоть — получить от него удовольствие, родить от хорошего человека и на этом всё! Потому как сейчас подумала о Нине — молодой, цветущей женщине, истосковавшейся по мужчине своей мечты. И кого ей было больше сейчас жаль, она бы не ответила. — И с улыбкой спросила:

— И конечно же, он не дал тебе отдохнуть?..

Алла, смутившись, с улыбкой счастливо ответила:

— Было маленько... — И тут же сама спросила: — А ты давно с Вадимом знакома?

— Целую вечность!..

— Росли вместе?

— Нет, учились в институте.

— А твой муж Сеня тоже с тобой учился?

— Нет. Сеня — нет. Он лучший друг Вадима.

— Скажи, Вика, а Вадим был женат?

— Был. Они разошлись.

— А дети?

— Детей нет, — не стала вдаваться в подробности Вика. «Если будут жить вместе, он ей всё подробно расскажет сам, не будут — тогда и знать не надо». — И, как бы смягчая разговор, спросила: — Хочешь, дам совет?

— Какой?..

— Как поставить себя по отношению к Вадиму.

— Интересно...

— Никогда, даже мимолётно, не давай ему повода усомниться в тебе. Иначе тебе удачи не видать!

— Что, такой ревнивый?.. Не замечала.

— Он справедливый! Но считает, что мы, женщины, — стервы! И правильно считает. И если заподозрит измену, даже разговаривать не будет — уйдёт. Может простить, но не вернётся. А в остальном можешь располагать им, как тебе вздумается, и будешь самой счастливой женщиной.

— Это я заметила. Но а если он?..

— Если сделаешь, как я говорю, этого не бойся — он верный.

Сейчас, слушая Вику, Алла внимательно смотрела на неё и верила, и не верила своей догадке, посетившей её. Она откровенно спросила:

— И поэтому ты его не удержала?..

Теперь пришла очередь смутиться Вике, но она быстро справилась с собой, ответила:

— Что было, быльём поросло! А ты внимательная, — похвалила Вика.

— Тебя выдаёт голос. А мы, женщины, очень тонко чувствуем соперниц, не так ли?..

— Я тебе не соперница! Могу быть подругой, посоветовать, если что... А нет — то как душе угодно.

— Твой Сеня знает об этом?

— Он знает всё! Верней, мы все втроём знаем всё друг о друге.

— Ты такая искренняя, как Вадим. Спасибо! — ответила Алла, вытирая руки и присаживаясь за убранный стол.

— Значит, между нами камня нет? Если это так, то это радует, — честно ответила Вика, присаживаясь напротив.

Обе доверительно улыбнулись и повернули головы на стук балконной двери. В зал возвращались мужчины, и женщины, как сговорившись, принялись легко накрывать стол.