Глава 59

Потянулись дни, недели, а затем уже и месяцы. Но Вадим не замечал их. Завертелся так, что не напомни ему Сенька о дне рождения, он бы незаметно перешагнул и его. И все последующие праздники, которые сыпались как из мешка изобилия, раздражали Вадима – пустой тратой времени.

И только поздно вечерами он вспоминал об Алле, садился за стол и писал ей письма – о делах, о работе, о любви. И она пару раз ответила тем же. Вадим с волнением читал их и снова включался в работу.

Имея старые связи в автобусном парке, Вадим приобрёл четыре «Икаруса» и один «ЛиАЗ» по сходной цене, там же произвёл им капитальный ремонт и к первому июня выпустил на линию. В этом отношении помог и Сенька в выборе доходных маршрутов.

Осторожно, по шажку вперёд, словно на ощупь, но уверенно Вадим шёл к своей цели. А вестей от Аллы больше не поступало.

Вадим метался от непонятного молчания, садился и перечитывал старые два письма, стараясь уловить хоть намёк на отчуждение, но там строчки пестрели в ликующем восторге о скорой встрече. Что происходит, где ты, Алла? Почему молчит и не приезжает? Кто у нас родился?.. Эти болезненные вопросы тяжело мучили по ночам, и только работа – почти двадцать четыре часа в сутки – освобождала от нехороших дум и направляла мысли в русло частного бизнеса, в котором немалую роль играла Вика – финансовый бог Вадима и ревизор.

Вращаясь в кругу больших пацанов бизнеса, Вадим навёл справки о Кенжибулатове, отыскал его по телефону и договорился о встрече.

Для обоих эта встреча была радостной – через столько лет – и деловой. Вадим вкратце поведал Рамазану о своей начальной деятельности и просил по возможности содействия его начинаниям.

– А меня в долю возьмёшь? – спросил Рамазан.
– С удовольствием! С тобой только и ходить в разведку!
Оба рассмеялись, а Рамазан добавил:
– Ещё устрой моего младшего братишку к себе водителем.
– Что-то я не припомню, чтобы был у тебя младший брат...
– Мы же не русские, а казахи. Это у вас братьями и сёстрами считаются дети от одной матери. За редким случаем вы роднитесь с двоюродными, а троюродных практически даже не знаете. А у нас, у казахов, братьями и сёстрами считаются родичи до седьмого колена, и соединяться брачными узами до седьмого колена – табу. Это считается кровосмешением, а значит, великий грех!
– Доходчиво! – согласился Вадим. – Присылай, устроим.

После этой встречи Вадим почувствовал руку Рамазана на пульсе своего времени, и почти сразу дела пошли веселей. Вадим свёл растраты к нулю, и затем стала расти прибыль, и чем дальше, тем лучше и больше.

А мир замер… Держава дрогнула – что дальше?..

В это смутное время маховик бизнеса раскручивался с нарастающей прогрессией, радуя результатами Вадима. Он даже в счастливых снах не мог предположить, что за короткий срок так практически сможет подняться на вершину умопомрачительного достатка. Где ты, Алла? Это всё для тебя! – Но не получал ответа.

Уже прошёл год, нахлынул второй с отъезда Аллы, а её всё нет и нет, и даже скупых вестей. Вадим похудел, кожа на лице задубела, но это были мелочи по отношению к бизнесу.

Однажды Вадим встретился нос к носу с бывшим шефом, Анатолием Николаевичем. Оба обрадовались встрече, и Вадим пригласил Анатолия Николаевича в кафе. От него Вадим узнал, что институт почвоведения приказывает долго жить и научные сотрудники бегут – работы нет, платить нечем. Да и сам он собрался уезжать в Россию. И бывший шеф спросил:

– А как ты, на Родину не собираешься?

Вадим усмехнулся и ответил:
– Моя Родина здесь! Здесь я родился, и в России мне вроде бы как делать нечего. – И он рассказал Анатолию Николаевичу о своих коммерческих делах, о своей жизни, о Вике и Сеньке, хорошо угостил бывшего шефа, и они расстались, пожелав друг другу успехов и удачи.

И не секрет, что много судеб ломала та тёмная перестройка – кого окуная за черту бедности, а кого поднимая на черту достатка и выше... Началась повальная миграция русского народа из азиатских республик и Кавказа.

К весне девяностого года, провернув не единожды оборот своего капитала, Вадим принялся за строительство особняка и попутно, с помощью Кенжибулатова, за строительство пока небольшого автопарка – на пятьдесят единиц автобусов для перевозки пассажиров на городских маршрутах. Основал две платные автостоянки и два СТО по монтажу шин. И всё это приносило по крупицам, но немалый доход в кассу его среднего бизнеса. А во всём этом ему помогала Вика в качестве экономиста, взвалив на свои хрупкие плечи вопросы, связанные с денежными оборотами и бесчисленными налогами.

Вадим поражался её чуткой сообразительности держать нос по ветру и с восторгом говорил ей:
– Я раньше не замечал за тобой таких способностей!
– А ты много чего не замечал за мной... – отшучивалась она.

А Сенька только посмеивался:
– Из научного работника ты превратил её в канцелярскую крысу.
– Эта крыса больше приносит денег в домашний бюджет, нежели ты! – парировал Вадим и предлагал: – Давай и ты ко мне!

Сенька с упорством старого барана отнекивался, бодаясь, и продолжал работать завгаром.

В июне Вадим вылетел в Брест с группой водителей за новыми автобусами немецкого производства – «МАН» – и это опять с помощью Кенжибулатова, который на правах компаньона без устали помогал Вадиму.

Уезжая, Вадим убедительно просил Сеньку и Вику, что если вдруг приедет Алла, встретить её по высшему разряду. Хотя понимал, что за два с небольшим года этого не произойдёт. Там что-то произошло из ряда вон, о чём Алла не хочет его расстраивать и вместе с тем возвращаться.