Глава 63

Оба выпили, молча закусывали, больше не говоря ни слова о нынешней политике. Сенька, насытившись, откинулся спиной к деревянной стене, неопределённо произнёс:

– Да-а, года бегут... – И потянулся за сигаретой. – Вроде как вчера пацанами бегали, служили... – Сенька прикурил сигарету, продолжая: – Вернуться бы туда, взглянуть на места прежние – Даурия, Монголия, Керулен, Онон, Селенга... Лучшие годы там остались, а, Вадим?..
– Остались. – согласился Вадим. – И Алла там осталась...

Сенька кивнул в знак согласия и, выпуская клубы дыма из носа и гортани, мечтательно добавил:
– Вот найти бы их там, годы наши, да подобрать... – Он прищурился от дыма и, как бы размышляя сам с собой, тихо закончил: – А может, и не надо подбирать-то, пусть лежат себе, кому мешают?..
– Вот именно, пусть лежат, – снова согласился Вадим, занятый своей мыслью.

Он был сейчас там, в холмистых степях Чойбалсана, стоял рядом с Аллой, говорил с ней и не мог наговориться. Эта женщина, по всей вероятности, была последним всплеском любви и прошедшей молодости. Она и так не была щедра, эта молодость, хотя сорок три – вроде бы не старый...

Вадим вздрогнул от возгласа Сеньки, выходя из забытья.
– Эй! Опустись на землю! – воскликнул Сенька, докуривая сигарету. – Ты как Ермак, объятый думой, на тихом бреге Иртыша, а на-шиша?

Вадим рассмеялся, а Сенька, гася сигарету, сказал:
– А день своего рождения ты зажал, не пригласил.
– Не до этого было, и потом, чего его отмечать? Не юбилей. Вот у Вики в этом году крык (сорок) будет, ты и готовься.
– Я-то готовлюсь. А вот ты к нам совсем дорогу забыл, редко заходишь. По приезду был раз – и всё! А мы евроремонт сделали, глянул бы...
– Ещё не вечер, гляну.
– Не-ет, тебя действительно с женщиной знакомить надо! Права Вика.

Вадим отмахнувшись ответил:
– Знаешь, я наверно дошёл до той черты, когда действительно ни одной юбки по-настоящему не хочется. А если хочется, то только для самоутверждения, что есть ещё порох в пороховнице... А семейная жизнь, видать, не для меня.
– А та Викина подруга как раз под твой рост и под твой кошелёк.
– Только и всего?! Тогда подождёт.
– Нет, старичок. Такие долго не ждут.
– Тем более – счастливого пути! Причём, не о ней ли говоришь, о которой Вика намекала?..
– О ней. И хороша, тебе скажу, а главное – молодая и здоровая! Нарожает тебе, как крольчиха!
– А это мне зачем?.. Вы что, женить меня собрались?
– Почему нет? Похулиганить она тебе не позволит, не та порода. Серьёзная девочка!
– И сколько этой серьёзной лет?
– Точно не знаю, у Вики спросить надо. А на вид – лет двадцать пять – тридцать.
– Староват я для молодых, да ещё серьёзных. Да и некогда мне ухажёры разводить, не мальчик.
– Ну-у, в старики записываться рано, – возразил Сенька. – Вот для кого ты этот сарай-дворец затеял? Ни жены, ни детей... Прости, не в укор тебе сказано, к слову пришлось.
– Да хотя бы для твоего Егора. Помру – ему оставлю.
– Ладно помирать-то! Все там будем. А тебе жена нужна, жена-крепость!
– С пилой. – засмеялся Вадим.
– С какой ещё пилой? – не понял Сенька.
– А пилить мне шею: где деньги? Не ходи в грязной обуви, поменяй носки... Не хочу!
– Да не заедайся ты! Известное дело – привыкнешь и сделаешь наоборот.
– Не хочу. – снова повторил Вадим.
– Я тебя что – женю?! Ты приглядись, а там видно будет...
– К чему или к кому – к девочке?..
– Не перебивай, а выслушай трезвую информацию.
– Валяй!
– Женщина она, скажу тебе, каких поискать! Стройная, красивая, молодая! Бывшая студентка-заочница из Викиной группы, сдружились. Как только сессия – она к нам. Живёт в совхозе, вдова, муж афганцем был, от ран умер. Руководит животноводческим комплексом, орденоноска, член партии – серьёзная женщина!
– Дети есть?
– Дочь.
– А говоришь – молодая...
– Ну да!
– И что я буду делать с этой дочкой, да ещё с внучкой? Да ещё заведующая и член партии?..
– Но без своего члена... – схамил Сенька.
– Старик, это же партийно-совхозная элита. Ну ты даёшь! Я ещё только там не разгребал.

Вадим, будучи одинок, не отрекался от слабого пола вообще, а просто уже не хотелось стремиться к обоюдному творчеству. Время юношеской романтики ушло, а здесь орешек не простой! Эти особы с повышенными запросами, и качество им нужно отменное...

Вадим явно занижал свои способности. В свои сорок три он был крепким мужиком, да и наружностью явно обращавшей на себя внимание женщин. И сейчас, слушая словесный горох Сеньки, Вадим только улыбался, время от времени прикладываясь к пиву, а Сенька не умолкал:

– Мне кажется, нет, я уверен: увидев её, ты просто офонареешь! У неё такие обалденные глаза, ей-богу! Я таких ещё никогда не видел!
– Какие-такие?! – не удержался от смеха Вадим.
– Необыкновенные! Цвет такой заманчивый... Я даже затрудняюсь сказать. Короче – редкий!
– Ну ты даёшь, дальтоник! Как ещё всё это время баранку крутишь?
– Сам ты слепой на три глаза! – огрызнулся Сенька. – У неё действительно цвет глаз редчайший, лунный, что ли?..
– Ты как лотошник на базаре, товар расхваливаешь, а сам его не видишь. Очки носи!
– Я уже их ношу, чтобы бумаги подписывать. А то без них плохо слышать стал...

Оба рассмеялись, а Вадим спросил:
– Что ещё скажешь?
– Да нормальная баба! Общительная. Незаносчивая. Супер, короче! Сам увидишь.

Будто не слыша ответа Сеньки, Вадим спросил:
– Париться будем?
– Будем!
– Не слиняешь?
– Ну так ты не разгоняй ветер, как в пустыне Гоби, я продержусь.

Вадим поднялся, Сенька следом, направляясь к двери парной.

...Назад ехали затемно, по освещённым улицам. Вадим за рулём, Сенька пассажиром. На перекрёстке, под красным светом светофора, дорогу перешла молодая женщина, и Сенька чуть не свернул себе шею, провожая её взглядом. Вадим засмеялся:

– Ты не только себя, но и машину кривой сделаешь!
– Ну и красота! – восхищённо воскликнул Сенька. – За один только просмотр денег не пожалел бы! Даже зачесалось всё...
– Чаще париться надо! – назидательно подсказал Вадим.
– Да-а, чертовски сейчас красивые бабы пошли, – усаживаясь поудобнее в кресле, когда машина тронулась на зелёный свет, сказал Сенька. – В наше время таких не было. А мы стареем...
– Вот оттого, что мы стареем, они хорошенькими кажутся. Когда сам молодой да востребованный, красивых не замечаешь.
– Это точно! – согласился Сенька. – Вот напоследок бы как-нибудь молодую обласкать!
– Как-нибудь – это с Викой можешь!
– С Викой как-нибудь не бывает. Ей или всё, или не приставай...

Вадим притормозил у Сенькиного подъезда, улыбнувшись сказал:
– Иди лечись...
– Может, зайдёшь?.. – открывая дверь кабины, спросил Сенька.
– Нет, поздно уже, да и устал я, спать хочу.
– А как насчёт знакомства?..
– Так договорились же – до следующей бани.
– А когда ты её намечаешь?
– На сессию приедет – вот и приглашу.
– У неё не сессия, защита была.
– Защитилась?
– Ну да, обмывать собирается.
– Тем более – хороший повод для знакомства.
– Так-то оно так. Но как она тебя пригласит, если в глаза не видела?
– А знаешь... – Вадим корпусом повернулся к Сеньке. – Я сейчас о чём подумал? Мне тут надо в один совхоз съездить, на разведку.
– По работе?
– Да нет. Повидаться кое с кем, давно не виделись...
– Ладно, спокойной ночи и спасибо за баню!
– Будь! – ответил Вадим, и Сенька покинул салон авто.