Приятная неожиданность

 
Солнце поднималось всё выше над широкой просекой, и по лесу покатились волны разогретого воздуха. Солнцем был пронизан ближний к просеке березняк. С правой стороны березняка посыпалось радостное кукованье  кукушки.
 В кустистых отрога было тихо, сумрачнее, таинственней. Что неведомое, неуловимое таилось под каждым кустом. Попадались высокие, дремучие ели неохватные в комле. Полосы солнечного света падали неровно, иные запутывались в лапнике елей, рассекаясь, гасли, не достигнув хвойной подстилки - мантии. Далее выступали цепочки молоденьких елок, до самого ключа на склоне. В самом торце три дуба - исполина, подрост лещины, боярышника, шиповник, кусты дикой калины.
И вдоль другого склона отрога перемены. Я углядел, увидел под корабельными соснами на зелёном мху тёмно - жёлтые продолговатые шишки с раскрывшимися чешуйками и заострёнными носиками.
  Внимательно разглядываю молодые сосёнки. Как, откуда они здесь взялись? Нагнулся, раздвинул траву и всё прояснилось: из материнского семени.
Как - то по-особенному было приятно слушать тихую песенку пеночки, попискивание развеселившихся синичек. В кустах орешника  птичка - чечевица спела свою удивительную звонкую песенку, вот не ожидал, приятная неожиданность.
 Запах цветов, трав, багульника смешивался с запахами хвои, можжевельника,мха.
Бойко тараторили сороки, прилетевший к гнезду щегол юрко повёртывался из стороны в сторону и вертел хвостом, как помелом.
Чёрные муравьи,словно кипели под сосной, отвоёвывая утраченные позиции, захваченные рыжими короедами.
На склоне отрога наткнулся на россыпи молодых лисичек в траве. В молодой балке осинника встретился с двумя подосиновиками.
Устал присел на сосновом свежем пеньке, прислушался к невесть откуда исходящей, звучащей песне зяблика. Зяблика поддержала малиновка, стала высвистывать знакомый мотив песенки. Из кустов боярышника, бузины доносился стрекот, клекот дроздов.
На самом краю отрога стоят неописуемой красоты кустики незабудок, изумлённые тем, то их увидели, оценили их природную красоту.
Я долго  стою, любуюсь глазурью небесной незабудок. С цветов басовито гудя, слетает шмель и от этого толстяка незабудки прогибаются, долго раскачиваются.
Целые полосы белых ромашек обрамляли края левые отрога, словно белые снега в январе.