Чистые руки и горячая голова

Жизнь в воинском коллективе, кроме крепкой дружбы, сплочённости и коллективизма, характеризуется и еще одной очень важной особенностью. Совместным проживанием большого коллектива курсантов в одном пространстве. Такая скученность обязывает соблюдать личную гигиену и заботу об индивидуальном здоровье каждого. Не зря важной вехой повседневной жизни курсантов является ежедневный утренний осмотр, где командиры проверяют не только внешний вид и готовность курсантов, но и выявляют нуждающихся в посещении медсанчасти. Всех изъявивших такую нужду, дежурный по роте записывает в «Журнал посещения медсанчасти» и в определенное распорядком время всех записавшихся строем ведет получать медицинское довольствие.

Бывают и не предусмотренные распорядком случаи посещения медсанчасти, как однажды случилось с курсантом 102 группы Андрюхой Липатовым, когда утром рота по команде «Подъем» выбежала в коридор для построения на утреннюю физическую зарядку. Старшина роты, для порядка подал заспанному строю команду «Равняйсь», и все хоть и лениво, но дружно повернули голову направо. В абсолютной тишине, вдруг раздался громкий шлепок. Это Андрюха как стоял, повернув голову, так плашмя со всего маху шлепнул анфасом об пол. Его тут же подхватили товарищи на руки и быстрым галопом, без каких-либо дополнительных команд, промчали вдоль строя и грохнув входными дверями казармы, умчали в санчасть. Но это неожиданные случаи, а так строго после осмотра…

А вот один осмотр запомнился курсантам на всю жизнь.

НЕОБЫКНОВЕННЫЙ ОСМОТР

Этот осмотр произошёл в летнем лагере на третьем курсе. Основную версию толкали, якобы причиной было неконтролируемые налёты курсантов на яблочные сады, что росли недалеко от лагеря в районе поселка Поливановка. Толи яблоки были сильно не зрелые, толи опрыскивали сады какими-то пестицидами, несовместимыми с курсантской пищеварительной системой, но курсанты, извините за плохой французский, обделались массовыми проявлениями жидкого стула. Вообще-то, такие случаи проявления подобных явлений, в армии считаются чрезвычайной ситуацией, и вызывают за собой меры карантинно-санитарного характера.

Не бывает худа без добра. Плохо, что обдрыстались, но положительно, то, что по этому поводу отменили утреннюю физическую зарядку и заменили её эдаким специфическим осмотром. Правда, немного насторожило то, что для осмотра было приказано каждому получить малую пехотную лопатку. Роту вывели в поле, построили в одну шеренгу, приказали каждому выкопать ямку, спустить штаны и предоставить к осмотру в этой ямке содержимое своего пищеварительного тракта.

Осмотр проводил самый главный санитар училища прапорщик по кличке «Вова смерть мухам». Кличку эту он заработал, потому что периодически ходил по училищу в белом комбинезоне в респираторе, белой шапочке и перчатках с большим баллоном на спине и пульверизатором уничтожал вредных насекомых, как нечисть святой водой. Правда, со стороны он больше напоминал немецкого огнемётчика времён Великой отечественной, а не апостола со святой водой, поэтому его ещё называли «Огнемётчик»

После осмотра «Огнеметчик смерть мухам» приказал закопать ямки и разрешил курсантам спрятать следы своей отчетности.

ДЕЗИНФЕКЦИЯ РУК

Приключения того необычного дня на этом не закончились. Когда рота строем подошла к столовой, курсанты обнаружили, что их ждала еще одна неожиданность санитарного характера. На входе стояла бочка с какой-то молочного цвета жидкостью, с резким запахом хлора. Каждому курсанту приказали, заходя в столовую, опустить руки в эту жидкость. Дело несложное, только впереди строя стоял самый упрямый из когда-либо поступавших в училище, сержант Аверьянов. Брезгливость и главное упрямство в мелочах, были его отличительной и не самой приятной чертой. Он мог умереть от жажды, но ни за что бы не стал пить их фляжки, если из неё попил уже кто-то другой.

Вадим воспринял опускание рук в раствор, как чью-то попытку унизить его. А после саперной лопатки в этот день, второго унижения этот чистоплюй уже выдержать не смог бы. Руки опускать в бочку он категорически отказался. Командир роты Быков злился и грозил упёртому сержанту всеми возможными карами. Но Аверьянов в тот момент готов был отчислиться из училища, но принципами поступиться не мог. Затор у входа в столовую привлек внимание комбата майора Романова. Умный и рассудительный комбат лично опустил свои руки дважды в злополучную бочку и показал сержанту, что с руками ничего не произошло.

Драма увещевания упрямого сержанта возле бочки могла бы продолжаться бесконечно долго, только рота уже давно, пополоскав руки, пообедала и ждала команду покинуть столовую. Комбат увел сержанта к себе в палатку и долго объяснял ему о роли командира и личном примере для подчиненных. Не удивительно, что спокойный майор Романов оказался более доходчивым и убедительным, чем готовый покусать сержанта капитан Быков. В следующее посещение столовой в этот же день, Аверьянов спокойно опустил руки в ненавистную бочку и к большому его удивлению, с ним ничего не случилось.

СЕЛЁДКА И ГОРОХОВЫЙ СУП

Аналогичный случай с массовым отравлением произошёл в училище, когда четвертый батальон учился уже на четвертом курсе. Как-то получилось, что приготовленный на обед гороховый суп, почему-то прокис. Это было не сильно заметно, хотя суп уже немного стал пузыриться, когда его разливали по тарелкам, конечно основная масса курсантов есть его не смогла и вылила обратно в бачки, а те, кто не понял, что суп пропал, наелись, и их что называется пронесло.

Конечно, был приказ по училищу и была назначена комиссия из работников медсанчасти, проводивших расследование происшествия. К столу первого отделения 101 группы подошла врач с тетрадкой и авторучкой, проводившая опрос по факту случившегося, и спросила, были ли со вчерашнего дня в отделении случаи расстройства желудка. Получив утвердительный ответ, она уточнила, отчего по мнению курсантов произошло отравление, на что все так же дружно отвечали, что отравились пропавшим гороховым супом.

И только Андрюха Салтовский встал и четко произнес:

– А я отравился селедкой.

Врач была удивлена немало. Мол как так селёдкой? Мол все же ясно говорят, что был пропавший суп. На что Андрюха резонно ответил:

– Я отравился селедкой, а не супом. Потому, что я люблю гороховый суп, а селедку с детства ненавижу.

Ну, как тут не вспомнить выражение легендарного Кузьмича из национальных особенностей: «Много есть всякого, что не подвластно человеческому разуму»


Другие произведения автора:
Чипок http://proza.ru/2026/02/04/1711
Канцеленбоген http://proza.ru/2026/01/28/818
Расплетись мой плетень http://proza.ru/2026/01/25/1475
Как Вилорий в партию вступал  http://proza.ru/2026/01/15/1479
Встречаются эти ребята повсюду. Свердловск 44 http://proza.ru/2026/01/15/579
отпечаток комбата Романова. http://proza.ru/2026/01/12/1100