А я с оружейником Калашниковым оказалась землячкой

Автомат Калашникова… Это великолепное оружие сегодня знают все. Но что любопытно, практически никто уже не воспринимает это слово как фамилию – только как оружие. А ведь есть же и человек, человек-легенда!


С 1947 года и по сей день автомат Калашникова состоит на вооружении армий 55 стран. Силуэт этого оружия изображен на флагах шести стран. Легально, по лицензии, произведено несколько десятков миллионов автоматов АК-47. Нелегально – еще столько же. Это самое продаваемое в мире оружие. Чтобы перевооружить свою самую многочисленную в Европе армию на новый стандарт, Турция объявила тендер среди лучших производителей оружия. Но что же за «конкурс красавиц» без автомата Калашникова? Ведь его превосходство над другими покорило самых придирчивых ценителей – противников на поле боя. Для американских солдат во Вьетнаме, например, захватить автомат АК-47 было большой удачей. И потому турки принимали у себя делегацию кита военно-промышленного комплекса России АО «Ижмаш». Для работы с людьми, различного рода документацией понадобился переводчик, знающий несколько языков, - русский, турецкий, английский. Жесткий конкурс пришлось выдержать и мне. К слову, визит российской делегации держался в секрете, и о том, что я буду переводчиком у самого Калашникова, я узнала только перед выездом в аэропорт.

Живая легенда

Принимающая сторона постаралась достойно встретить гостей. Россиян провели не как простых смертных через паспортно-визовый контроль, а через зал особо важных персон. Возили на Мерседесах последней модели. Поселили в 5-звездочном «Шератоне» и кормили в лучшем ресторане столицы Турции. Визитной карточкой делегации был Калашников – дважды Герой Социалистического Труда. Лауреат Ленинской и Государственной премий. Генерал-майор запаса. Доктор технических наук. Почетный член целого ряда престижных отечественных и зарубежных академий.
Кстати, о наградах. Со всей страны съезжаются в Кремль генералы, академики, артисты, чтобы получить из рук президента награды и звания за заслуги перед Отечеством. И только одному человеку было сделано исключение. В связи с 75-летним юбилеем Калашникова тогдашний президент Борис Ельцин сам отправился в Ижевск, чтобы собственноручно приколоть на груди оружейника высший орден России за номером один.

Что интересно, даже в далекой Турции имя Калашникова окружено ореолом славы. Где бы мы ни были, везде его встречали словами: «Ваш визит для нас огромная честь. Вы живая легенда!»
Все это я рассказываю для того, чтобы передать ту робость, которая охватила меня перед нашей первой встречей. Но вот по трапу спускается человек ниже меня ростом, в сереньком пальто «Made in Russia», со скромным портфелем в руках. Достаточно было всего нескольких минут общения с Генеральным конструктором, чтобы моя напряженность исчезла, и работать с ним стало легко и просто.

От водочки не откажусь…

Даже будучи «козырной картой» российской делегации, Калашников вел себя чрезвычайно скромно, стараясь даже голосом не привлекать внимания. За столом приходилось постоянно ухаживать за ним, иначе он так бы и сидел перед пустой тарелкой. В еде непривередлив – что накладывала, то и ел. И лишь когда предлагали выпить, Михаил Тимофеевич, равнодушно взирая на батарею дорогих заморских вин, делал свой неизменный выбор: «Ну что ж, от водочки я бы не отказался».
Такое поведение, мне кажется, имеет особый смысл. По каким-то вопросам Калашников делает выбор раз и навсегда. Чтобы, как в оружейном деле, определиться и не отвлекать затем на это время и силы. Но с другой стороны, ему приходилось «оголять» другие фронты, из-за чего он порой выглядел по-детски беспомощным, как бы не от мира сего.

Ну, разве что ты рядом ...

Однажды утром захожу к Михаилу Тимофеевичу, а он вынимает из кармана бумажный сверточек, разворачивает и показывает мне коронку от зуба: «Кушал вот, а она слетела». Мы срочно едем к лучшему стоматологу Анкары. Уже садясь в кресло, он оборачивается ко мне:
- А я ведь крови боюсь.
- Как же так? Оружие смертоносное создаете, а крови боитесь?!
Пожимает плечами:
- А вот так. И на войне был, и ранен был, а крови не выношу.
- Не бойтесь, я рядом буду.
- Ну, разве что ты рядом…
И стоматолог, в нарушение своих правил, разрешил мне остаться возле кресла.

В другой раз Калашников обратился ко мне за помощью: «Мне бы здесь дубленочку купить». И вот мы уже в фешенебельном торговом центре Карум. Но… слово за слово, о и цели визита сюда уже забыто. Гуляем вдоль сверкающих витрин, я все расспрашиваю, а знаменитый оружейник все рассказывает и рассказывает о своей жизни, семье, работе… Когда через час за нами пришла машина, его спросили:
- Ну, как, Михал Тимофеич, купили дубленочку-то?
- Какое там! Гульнара тут все мои секреты выведывала.
За дубленкой пришлось выезжать еще раз.

Жила бы страна родная…

«На мне зарабатывают все, кому не лень.  Включая тебя и исключая меня. Это и государство, и компания «Росвооружение», и завод, и еще Бог знает какие структуры. Если с каждого своего автомата я имел хотя бы по доллару, то давно бы стал мультимиллионером. Недавно в Москве выпустили мою книгу, и опять я ни копейки не получил.
- Так вы потребуйте! У вас же авторское право!
- Да ну! Ходить, просить… Я человек советской закалки. Мне много не надо. Жила бы страна родная ...

Действительно, судя по фотографиям, которые он мне показывал, живет он отнюдь не в роскошном особняке, а в обычной трехкомнатной квартире. Даже обои, как я заметила, простенькие. А мебель вообще, можно сказать, древняя: Михаил Тимофеевич купил ее еще на деньги, полученные лично от Сталина – огромное по тем временам вознаграждение в 150 тысяч рублей.  Живет он один. Несколько лет назад проводил в последний путь жену. Одна из дочерей погибла в автокатастрофе. Другие дети – дочь и сын – живут отдельными семьями здесь же, в Ижевске.
Доход оружейника № 1 в мире состоит из пенсии да зарплаты Генерального конструктора стрелкового оружия.  Зато должность эта не простая, а именная, под него, Калашникова! Потому что на заводе есть еще штатные должности главного инженера, главного конструктора. Люди, занимающие их, были в составе делегации, но держались в тени мастера-оружейника.
При обсуждении стоимости проекта мое внимание привлекла отдельная строка: «Торговая марка «Калашников».  Я не имею права разглашать коммерческую тайну и называть точную цифру, но скажу, что право использовать имя Калашникова оценивалось миллионами долларов!

Есть еще порох в пороховницах!

В переговорном процессе Калашников особой активности не проявлял. Это было епархией директора по сбыту и маркетингу. Зато глаза его заблестели при знакомстве с технологическим процессом производства американского карабина М-16 на военном заводе. Здесь он не пропустил ни одного конвейера, ко всему приглядывался, расспрашивал.

И уж совсем молодцом выглядел на испытательном полигоне, где ему предложили сделать несколько пробных выстрелов. Все пули хорошо легли в цель. Тем не менее, он пробурчал: «Знал бы, взял очки…» Результаты стрелявшего вслед за ним 45-летнего генерального директора «Ижмаша» В.П. Гродецкого были более скромными.  Мне тоже дали подержать винтовку, повозиться с ней, даже прицелиться, но без патронов: «По усам текло, да в рот не попало». Калашников же, войдя во вкус, потребовал полную обойму и с удовольствием всадил ее в мишень. Если в Голливуде знаменитости оставляют отпечатки своих ладоней, то Калашников оставил отпечатки своих пуль. Мишень  с его «автографом» сразу же поместили в оружейный музей.
- Не устали? – спросила я, покидая завод.
- Ну что ты. Это же моя стихия!
- Значит, есть еще порох в пороховницах?
- А как же!


Земляки

С казахстанской земли стартовал, оказывается, не только Гагарин, но и Калашников. Хотя родился он в Алтайском крае, однако трудовую жизнь начал в Прибалхашье, на станции Матай. Отсюда ушел в армию, воевал, получил тяжелое ранение.
- Увиденное на фронте определило цель всей моей жизни, - рассказывает прославленный оружейник. – Немцы своими автоматами «Шмайзер» отстреливали наших солдат как мух. Нашей армии нужно было новое оружие. С этой мыслью я, из-за непригодности к военной службе, вернулся в Матай. Здесь в паровозном депо с помощью напильника и простейших приборов, используя железные куски от пришедших в негодность локомотивов и ствольную коробку от другого оружия, я сделал свой первый автомат. Результаты испытаний превзошли все мои ожидания. Но компетентные органы были тут как тут. Спасло только вмешательство секретаря республики. Разумеется, мне одному с 8-летним образованием было трудно рассчитывать на успех, но благодаря вниманию и поддержке руководства республики мной заинтересовались и вызвали в Москву. У меня появился небольшой коллектив помощников. И дело завертелось…
Он с теплотой вспоминает о тех днях. Наверное, поэтому с подчеркнутым вниманием относился и ко мне: «А мы с Гульнарой, оказывается, земляки». В аэропорту Михаил Тимофеевич обнял меня: «Приятно было с тобой познакомиться. Может, еще увидимся. Успехов тебе».

Гульнара Нугман