Откровения Вильгельма

1965 год.
       Жизнь довольно неизвестная и непредсказуемая вещь для нас, людей. Она, как маленький ребёнок, играющийся с солдатиками. Есть любимчики, которые легко проходят все испытания, а есть те самые аутсайдеры, которых забывают и откладывают в дальний ящик после первой битвы. И никто никогда не узнает, почему жизнь любит одних и ненавидит иных.
       Таким нелюбимчиком был австрийский рабочий Вильгельм, чьи дни проходили по строгому графику и если бы на его стене не висел маленький календарик, сложилось бы впечатление, что он проживал один и тот же день раз за разом. Только его мысли и могли раскрашивать серые и ничем не примечательные деньки. Иной раз задумываясь над очередной темой, он забредал в непроглядные дебри, и забывал обо всём на свете, и мог думая просидеть час, два, а иногда даже пять. Он забывал о своих делах, что приводило к выговорам на работе. И были бы эти мысли о чём - то добром, лёгком и непринуждённом, но нет, они были о его терзаниях и проблемах. Его внутренний мир стал для него единственным спасением, но одновременно был и его проклятием. И всё это оседало на душе его тяжким грузом, с коим ему приходилось жить. И решил он выплеснуть всё это на бумагу, ибо она всё примет, впитает и не осудит. И вот, в очередной раз вернувшись с работы, Вильгельм сел за свой рабочий стол, открыл выдвижной ящик и достал из него листок плотной бледно - жёлтой бумаги и простой карандаш. В последний раз окинув взглядом свою небольшую комнатку с кроватью и шифоньером, он повернулся к листу, взял карандаш в руки и принялся вести своё рассуждение:
       "Давно ли вы чувствовали любовь? Сострадание? Давно ли вы проявляли сочувствие по отношению к другому человеку? Если да, то радуйтесь, что вы можете это чувствовать, в отличии от меня. Что такое любовь? Многие ответят: "это особое чувство, некая привязанность к человеку выражающаяся в поступках". Для меня любовь - исключительно страх потерять такого "любимого" человека и после такой потери, любовь - это печаль и скорбь о нём, и ничего более. В общем любовь это совокупность таких вещей, о которых до их происшествия просто не хочется не то что думать, но даже вспоминать. Поэтому для меня любви не существует. Есть только симпатия, которая формируется из таких качеств человека как: доброта, внутренний мир и юмор, и если таковы совпадают с моим мировоззрением, то я понимаю, что этот человек - мой друг. И на этом всё. Представляя любовь окружающих как какое - то чувство, я считаю себя неполноценным, когда внутри меня ничего не происходит. Ради того, чтобы не казаться бесчувственным, я просто представляю кого должен в теории любить и соответствующе себя веду по отношению к ним.
       А что насчёт сострадания? Такой привилегии, к сожалению, я тоже был лишён некой высшей силой. Когда очередной раз, какой - нибудь товарищ делится со мной своей личной трагедией, я просто бросаюсь общими фразами такими как: "мне жаль тебя" или "сочувствую тебе". Но они не искренне. Я просто не могу перенять такую ситуацию на свой лад, то ли из - за отсутствия любви, то ли просто не мог. И читая этот текст, ты, читатель, можешь подумать, что я эгоист или эмоционально недоразвит, и может это правда, однако ничего поделать я с этим не смогу".
       Карандаш плавно скользил по бумаге, оставляя за собой шершавый серый след. Комната то наполнялась тихим шуршанием, то на миг погружалась в тишину, и в один такой момент, Вильгельм просто не мог не обратить внимания на тихое звучание скрипки из соседней квартиры. Играемая мелодия показалась Вильгельму до боли знакомой. Он встал из - за стола и прижался ухом к стене, чтобы получше расслышать музыку. И в один момент он вдруг воскликнул: "Вспомнил!". Он отпрянул от стены, подошёл к старинному шифоньеру и открыл одну из его дверц. Затем он провёл пальцем по полке с музыкальными пластинками и вдруг остановился на пластинке с названием: "Антонио Вивальди - "Времена года"". Он отложил её на стол, а сам принялся доставать пыльный патефон из под кровати. Прошло мгновение и Вильгельм уже устанавливал пластинку на прибор и, приблизительно перемотав на нужный фрагмент, включил его. Комнату вмиг охватила жизнерадостная мелодия Лета Вивальди. Вильгельм сразу же забыл все свои проблемы и стал просто наслаждаться музыкой, он даже забыл про свою недописанную "работу". Вильгельм представлял, будто он - дирижёр и руками указывал ритм для большого оркестра перед собой. И вот настало небольшое затишье, и Вильгельм переместился к окну, оперевшись руками на стол. На улице догорало вечернее солнце, лёгкий ветерок гладил зелёные листья молоденьких дубов, а на площадке играли радостные дети. Одним словом - лето. Такая погода придавала Вильгельму силы и надежду. А ведь раньше он даже не обращал внимания на такую красоту. Он осознал, что предаваясь внутреннему миру, он совсем забывал про мир окружающий его. Он осознал, сколько всего он пропустил, и, чтобы наверстать упущенное, он решил не ждать завтра и пошёл на прогулку сегодня, в этот тёплый летний вечер. Только он одел свои рабочие туфли, как вспомнил про лист бумаги и своё недописанное "откровение". И не желая оставить его неоконченным, он вновь сел за стол, взял карандаш и быстрыми движениями в заключение написал:
"Несмотря на все трудности, что уготовила мне жизнь,
 пока я умею ходить,
  пока я умею смотреть и слышать,
   пока я умею дышать,
    я буду идти вперёд,
     назло всем невзгодам".
       И поставил точку. Такую лёгкую и непринуждённую, считай поставил невзначай. Совсем не такую точку, которую ставит жизнь на путь нелюбимчиков, и, похоже, Вильгельм сам считал себя таковым, хотя жизнь никогда не ставила на него такого клейма.