Культурно-историческая психология

Культурно-историческая психология – психологическая теория, созданная в 1924-34 гг. известным советским психологом и методологом Л.С.Выготским (1896-1934). На первом этапе своего становления культурно-историческая психология разра-батывалась в сотрудничестве с А.Н.Леонтьевым и А.Р.Лурия. В последние годы – в дис-куссии с представителями Харьковской психологической школы (А.Н.Леонтьев и др.).
Свое название получила после смерти автора. В названии отображена основная методологическая линия, изложенная Л.С.Выготским в данной теории: обусловлен-ность жизнедеятельности человека взаимодействием социальных («культурных») и ге-нетических («исторических») факторов, выступающих как целостный процесс взаимо-действия человека с миром.
Сегодня существует несколько интерпретаций понятия «культурно-историческая психология».
Если рассматривать понятие «культурно-исторический» как происхождение психики человека под влиянием культурных артефактов, то термин «культурно-историческая психология» следует отнести ко второй половине XIX в., когда немецкие мыслители Х.Штейнталь, М.Лацарус, В.Вундт (в России аналогичных взглядов при-держивался Д.Н.Кавелин) создали новое психологическое направление: психологию народов.
После смерти Л.С.Выготского его теория получила свое развитие благодаря уси-лиям А.Н.Леонтьева, П.Я.Гальперина, А.Р.Лурия, Д.Б.Эльконина и др. Во-второй поло-вине XX в. культурно-историческая психология превратилась в совокупность исследо-ваний, выполненных коллегами и единомышленниками Л.С.Выготского (А.Г.Асмолов, Б.С.Братусь, Ф.Е.Василюк, Дж.Верч, В.В.Давыдов, Б.В.Зейгарник, В.П.Зинченко, М.Коул, А.А. и Д.А.Леонтьевы, В.Ф.Петренко, А.А.Пузырей, Л.А.Радзиховский, Е.Е.Соколова, А.П.Стеценко, Е.В.Субботский, О.К.Тихомиров и многие другие), что вывело культурно-историческую психологию далеко за пределы того, что было лишь намечено ее автором (прежде всего это касается серьезной проработки темы смысловой сферы жизнедеятельности человека).
В современной психологии принято рассматривать культурно-историческую психологию в собственном смысле слова только как теорию, разрабатывавшуюся са-мим Л.С.Выготским. Большинство авторов связывают этот термин с фундаментальны-ми наработками, сделанными Выготским в конце 20-х – начале 30-х гг. и получившими сегодня наименование «теория высших психических функций». В основе этих постро-ений оказались такие теоретические конструкты как опосредование, орудийность, со-циальность, системность и, в первую очередь, принцип интериоризации. Однако уже в конце творческого пути Выготский значительно расширил свою теорию, приступив к освоению проблематики соотношения речи и мышления. Это привело его к созданию теории значения как единицы психологического анализа.

Этапы становления культурно-исторической психологии.
В творчестве Выготского можно выделить три этапа. Период с 1924 по 1927 гг. - этап критики рефлексологии. Это – период, границей которого является создание рабо-ты «Исторический смысл психологического кризиса» (1927 г.), где Выготский проводит переосмысление ранее сделанного. В этом тексте Выготский изложил, свою программу психологических исследований.
В 1925 году, Лев Семенович Выготский – тогда еще мало кому известный психо-лог – опубликовал статью «Сознание как проблема психологии поведения» (Выгот-ский, 1925), где он излагает критические замечания по поводу рефлексологических по-пыток объяснить всю систему мироздания при помощи мельчайших «атомов»-реакций.
Пытаясь преодолеть поведенческое толкование предмета психологии, Л.С.Выготский приходит к следующему выводу. Понятие рефлекс в его бихевиорист-ском смысле отрицает сознание. Но психология без сознания – это бессмысленное сло-восочетание, поскольку поведение не существует без внечувственной «надстройки», которую мы называем внутренним миром человека, его психикой. Иными словами, предметом психологии должна являться психологическая система, объединяющая внешние (чувственные) и внутренние (внечувственные) ее составляющие.
К построению такой психологической системы Л.С.Выготский приступает на втором этапе развития культурно-исторической психологии. Этот этап продолжается, примерно, до 1931 г. Его основные итоги подведены в неопубликованной автором книге «История развития высших психических функций» (Выготский, 1960), где изложены основные положения теории высших психических функций.
В «Историческом смысле психологического кризиса» (Выготский, 1982) Л.С.Выготский раскрывается как последователь гегелевской философии, интерпрети-руемой с марксистских позиций. Можно сказать, что вся научная деятельность Выгот-ского – это психологическая конкретизация идей, развивавшихся в марксизме, в диалек-тике Гегеля и - в последние годы жизни – в философии Спинозы.
Выготский рассуждает так. И лягушка, и человек реагируют на внешние стиму-лы. Только лягушка – на полет мотылька, а человек – на роман Толстого. И в том, и в другом случае – реакция. Только эти реакции качественно отличаются друг от друга. Разобраться в этом качественном отличии одного от другого и есть задача психологии.
Наконец, последний этап – теория речевого мышления - исследования, посвя-щенные проблеме развития понятий, завершенные размышлениями о роли значения как единицы психологического анализа. Идеи этого этапа изложены в книге «Мышление и речь» (Выготский, 1934).
Некоторые исследователи считают, что в психологическом творчестве Л.С.Выготского можно выделить еще один, ранний этап, запечатленный в его диплом-ной работе «Трагедия о Гамлете, принце Датском, У.Шекспира» (Выготский, 1968) и в неизданной при жизни автора монографии «Психология искусства» (Выготский, 1965).
В искусствоведческих трудах содержатся важные методологические идеи, кото-рые в дальнейшем были развиты Л.С.Выготским (в большей или меньшей степени) в других работах. В частности, сюда стоит отнести исследование эстетической реакции, проведенное в книге «Психология искусства». Здесь Выготский занимается изучением основ эстетического переживания. Он видит свою цель в воссоздании структуры реак-ции, которую вызывает данное произведение. Словосочетание «эстетическая реакция» можно считать ключевым во всей творческой деятельности Выготского. С одной сторо-ны, это словосочетание включает в себя рефлексологический оттенок – «реакция». Но в то же время, это – реакция эстетическая, т.е. чисто человеческая.
Отметим, что именно здесь намечается переход к психолого-рефлексологической тематике, ставшей основным контекстом работ Выготского в первые годы после его пе-реезда в Москву. В то же время здесь ясно прослеживается попытка выявить специфи-ку эстетической, т.е. собственно человеческой реакции. Эта методологическая линия также была нами выше отмечена как вопрос, поставленный Выготским перед собой и перед психологическим сообществом: в чем заключается специфика рефлекса у чело-века?
На каждом этапе Л.С.Выготский использует разные понятия, которые являются ключевыми, системообразующими для его теоретического построения. Можно сказать, это – единицы анализа, которые пока Л.С.Выготский так не называет, но оперирует ими на разных этапах развития своей теории. На первом этапе таким ключевым понятием является «рефлекс», на втором – «инструментальный акт», на третьем – «значение».
Основная задача науки - объяснение, считает Выготский. Причем, объяснять предмет надо не из него самого, как это делал интроспекционизм, а из тех отношений, в которые этот предмет вступает. Это – во-первых. А, во-вторых, изучать предмет – зна-чит, узнать законы его развития, а не только сделать «фотографию» предмета. Но как только мы привлекаем в наш анализ принцип развития, тут же утрачивается связь предмета с чувственной реальностью, поскольку наши органы чувств всегда ограниче-ны временем «сейчас». Прошлого и будущего для нашей чувственности не существует. Значит, идя по пути каузально-генетического анализа, мы должны обратиться к про-шлому предмета исследования, скрытому от наших органов чувств. Но это – общий ме-тодологический подход. На разных же этапах построения Л.С.Выготским его психоло-гической системы идея развития проявляется по-разному.
Л.С.Выготский говорит, что построить новую психологию можно только на принципах диалектического материализма. Принимая эту философскую основу, он ин-терпретирует сознание человека как реальный организм. Но этот организм не является материальным в смысле вульгарного материализма, понимавшего материю как то, что «дано нам в органах чувств». Сознание – реально, а психологическая система состоит из двух составляющих: реальной основы и духовной составляющей. Подобное образо-вание, которое в отечественной философии получило наименование органической си-стемы, встречается в работах Г.Гегеля и К.Маркса. 
На разных этапах построения культурно-исторической психологии Л.С.Выготским высказываются разные теоретические построения. Но все его взгляды о психологии человека, взгляды, которые меняются с течением времени – это не отрица-ние всего предыдущего, а его развитие.

Философские источники культурно-исторической психологии.
На содержание культурно-исторической теории большое влияние оказали неко-торые философские системы. Прежде всего, марксизм. Однако, Л.С.Выготский говорит, что он не хочет построить свою теорию на основе десятка цитат из работ К.Маркса. Выготский утверждает, что для него Маркс важен своим методом. У Маркса происхо-дит выделение своеобразной единицы, при помощи которой он исследует свой предмет. У Маркса такой единицей служит понятие «товар». И мы в психологии должны так же поступить: найти свою психологическую единицу. И такой единицей Выготский назы-вает значение.
 В основание своей психологической теории Л.С.Выготский помещает диалек-тику развития психологического процесса. Но при этом, он, по-видимому, сам о том не подозревая, выступил против существовавшей идеологии. Диалектика полностью про-тиворечила сложившейся в то время идеологии большевизма. Ведь основной принцип диалектики - саморазвитие. Диалектика отвергает точку зрения, в соответствии с кото-рой можно усилиями человека произвольно направить развитие того или иного процес-са в заданное русло. Но большевизм, процветавший в России, именно и был построен на идее преобразования окружающего мира. Заметим, что сам Выготский очень риско-вал, поднимая тему развития, диалектики в начале 30-х гг. В это время в СССР пробле-ма развития уже была «решена» постановлениями партии и правительства. Любой ис-следователь, задающий вопросы о закономерностях развития, сразу начинал вызывать подозрения, что и выразилось в конце 30-х гг. (после смерти Выготского) в огульной, идеологизированной критике культурно-исторической психологии и ее автора.
Другой философ, учение которого отчетливо проявляется в культурно-исторической психологии - Г.Гегель. Важный момент философии Гегеля, без рассмот-рения которого трудно понять развитие культурно-исторической психологии, - закон единства и борьбы противоположностей. Саморазвитие может происходить только то-гда, когда предмет исследования (а предмет психологического исследования всегда – живой организм, органическая система) содержит в себе противоположные начала, по-скольку живое – всегда то, что обладает способностью саморазвития. А механизм са-моразвития – борьба противоположных начал организма.
Что собой представляет борьба противоположных начал, образующих предмет психологического исследования? Чтобы ответить на этот вопрос, обратимся к формаль-ной логике, по законам которой мы, казалось бы, живем. Мы общаемся друг с другом, пишем книги, работаем, учимся и всегда пытаемся делать это в соответствии, как нам кажется, с законами формальной логики. В наших рассуждениях не должно быть аб-сурда, логики бреда. Последующее должно вытекать из предыдущего. Правда, так бы-вает не всегда, но тогда нас критикуют, а мы пытаемся исправить допущенные логиче-ские ошибки.
Представим некий объект, который существует и изменяется, развивается во времени. Может показаться, что в процессе развития старый организм исчезает, а на его месте появляется новый. Это – механистическая точка зрения, в соответствии с которой в новом организме ничего не остается от старого. По Гегелю же, если возникает какой-то объект, то на следующем этапе развития он не исчезает, а сохраняется «в снятом ви-де» в новом объекте. Это означает, что, во-первых, старый объект, действительно, исче-зает – в том смысле, что мы не воспринимаем его как какое-то целостное образование. Но, во-вторых (и это – главное), предыдущий объект некоторыми своими свойствами, признаками, качествами обязательно сохраняется в новом, возникшем в процессе раз-вития старого, образовании. В новом обязательно содержится старое. Таким образом, старое не исчезает. В философии Г.Гегеля такой подход назван принципом снятия. Этот принцип, говорит Гегель, один из самых главных в науке. Гегель говорит: любая живая система подчинена этому принципу. Даже сам дух, по Гегелю, есть снятая природа, т.е. включает в себя некоторую органическую составляющую. Выготский именно как орга-ническую систему понимает предмет психологии. Как говорят Л.С.Выготский и А.Н.Леонтьев во втором предисловии к книге Леонтьева «Развитие памяти» (Выгот-ский, Леонтьев, 1931) старое «схоронено» в новом.
Принцип снятия важен для того, чтобы понять методологию Выготского. Пред-мет психологии для Выготского выступает на каждом этапе у Выготского так, что каж-дый последующий снимает предыдущий. Но принцип снятия важен и для того, чтобы понять, что произошло с самой теорией Выготского. Каждый этап его теории не уни-чтожает все предыдущее, а снимает ранее сделанное, то есть не уничтожает ранее сде-ланное, а содержит уже сделанное в себе. В итоге Выготский приходит к выводу о необходимости введения в психологию метода единиц.
Теория высших психических функций хорошо известная психологам, многими считается, чуть ли не главным достижением культурно-исторической психологии – ведь она была описана Л.С.Выготским в одном из его основных трудов «История развития высших психических функций», который сегодня мы рассматриваем как классику оте-чественной психологии. Напомним, однако, что эта книга так и не была издана авто-ром. По-видимому, уже написав ее, он стал рассматривать этот труд как что-то наподо-бие механики, а Выготский хотел создать теорию относительности в психологии. За несколько месяцев подготовки книги Выготский ушел далеко вперед, и его перестала устраивать схема, в основе которой лежит инструментальный акт и теория интериори-зации. Действительно, теория интериоризации, если брать ее в изолированном виде, легко сводится к схеме «ученик-учитель», когда учитель извне закладывает знания в ученика. Если оставаться в рамках этой теории, то остается опасность возврата к сти-мульно-реактивной схеме.
Поэтому на третьем этапе становления культурно исторической психологии, в теории речевого мышления, Л.С.Выготский активно использует идеи философа XVIII в. Б.Спинозы, будто пытаясь создать психологическую интерпретацию философии гол-ландского мыслителя, перенося его идеи о субстанционально-атрибутивной сущности бытия в психологическую плоскость. Основополагающими, при этом, становятся раз-мышления Спинозы о целостности жизнедеятельности человека и – проистекающая отсюда – идея о единстве аффекта и интеллекта.

Психологический контекст культурно-исторической психологии.
На фоне психологического контекста начала XX столетия выделялось несколько психологических школ, претендовавших на всеобщность своей интерпретации внут-реннего мира человека. Обладавший энциклопедическими познаниями Л.С.Выготский использовал в своей работе многие идеи своих предшественников и современников.
Здесь следует назвать предположение о зависимости индивидуального сознания от коллективных представлений, формируемых обществом (французская социологиче-ская школа), принцип синкретизма детского мышления Ж.Пиаже, психоанализ З.Фрейда, изучавшего глубинные внечувственные структуры внутреннего мира челове-ка и т.д. Однако мы остановимся на более известных линиях, связывающих теорию Вы-готского с современной ему психологией.
Прежде всего, необходимо назвать разработки Вюрцбургской школы, подчерки-вавшей абстрактный, нечувственный, ненаглядный, безобразный характер нашего мышления. Здесь стоит назвать два момента, связывающие теорию Л.С.Выготского с идеями данной школы и, главным образом, ее представителя Н.Аха. Это, во-первых, методика исследования развития понятий, которую, видоизменив, использовали Л.С.Выготский и Л.С.Сахаров. Это, далее, проблема воли, которая все время занимался Л.С.Выготского. Он так и говорил: то, что раньше называли волей, в культурно-исторической теории называется «высшие психические функции». Но самая важная идея, воспринятая Выготским у Аха - концепт «детерминирующая тенденция», обозна-чающий внутреннюю настроенность человека, его психологического состояния на определенную цель, на решение той или иной задачи. Эта интенциональная составля-ющая проявилась у Выготского особенно ярко, когда (в начале 30-х гг.) он приступил к анализу соотношения смысла и значения, взаимодействие которых составляет основу самодвижения психологической системы.
Большое влияние испытал Выготский со стороны гештальтпсихологии. Даже известный образ, используемый Выготским для иллюстрации своего понимания еди-ницы психологического анализа, – образ воды, молекула которой содержит элементы (водород и кислород), поддерживающие горение, но сама составляет вещество, проти-востоящее огню – восходит к гештальтпсихологии.
Следует подчеркнуть использование Выготским принципа целостности, ключе-вого в этой психологической школе. Процесс, анализом которого он занимается, изна-чально целостен.
Важно также обратить внимание на проблему соотношения фенотипических и каузально-генетических проявлений внутреннего мира человека, развивавшуюся в ра-ботах К.Левина (см: Левин, 2001). Эта проблема непосредственно связана с принципом развития, который после работ Л.С.Выготского прочно вошел в методологические ос-новы отечественной психологии. Развитие – одно из основных качеств психики. Но старая психология, говорит Выготский, занимаясь феноменологической проблемати-кой, закрыла для себя каузально-генетические закономерности, благодаря которым та-кое развитие осуществляется. Психологи изучают психический процесс как готовый продукт, т.е. как вещь. Но мы, говорит Выготский, должны обратиться к развитию пси-хики, поскольку такое развитие определяет становление психологической феноменоло-гии.
Хорошим примером использования каузально-генетического закона при объяс-нении экспериментальных данных являются эксперименты с использованием методики двойной стимуляции (Леонтьев, 1931). Как известно, в этом случае дети дошкольного возраста и взрослые демонстрируют сходные результаты при выполнении заданий, свя-занных с запоминанием. Здесь, говорит Л.С.Выготский, мы видим фенотипически сходные проявления, имеющие совершенно разные генетические корни: использование натуральных функций у детей и высших психических (т.е. имеющих опосредованный характер) у взрослых испытуемых.
 
Психология как раздел естествознания.
В трудах Л.С.Выготского мы видим многократное повторение слов: предметом психологии должен быть естественный предмет, а сама психология должна быть ча-стью естествознания. Заметим – не биологической наукой, но естественной. Дело в том, что под естественностью Выготский понимает нечто иное по сравнению с тем, что вкладывали в это понятие представители классического естествознания.
Предмет психологии – всегда предмет развивающийся, значит, его можно счи-тать живым организмом, живой системой, утверждает Л.С.Выготский. Правда, под раз-витием иной раз понимается и усложнение, и количественное увеличение. У Выготско-го – совершенно иное понимание развития. Не простое изменение подразумевается здесь. Прежде всего, для Выготского слово «развитие» означает саморазвитие. Предмет, которым занимается психология – обязательно саморазвивающееся образование.
Второе, о чем говорит Л.С.Выготский: в основе психологического предмета все-гда лежит некая реальность. В качестве предмета такой реальности Выготский приво-дит когда-то очень известную цитату В.И.Ленина о критерии материальности: матери-альное это - все то, что существует вне и независимо от сознания. Правда, тут Выгот-ский подменяет слово материальное на слово «реальное»: реальное это - то, что суще-ствует вне и независимо от нашего сознания.
В материалистических теориях чувственно данный мир рассматривался как пер-вичная и даже единственно возможная реальность. Для Л.С.Выготского понятие «ре-альность» шире понятия «материя»
Сознание, пишет Л.С.Выготский, не дает человеку все, оно отсекает все ненуж-ное. Поэтому «психика построена по типу инструмента, который выбирает, изолирует отдельные черты явлений: глаз, который видел бы все, именно поэтому не видел бы ни-чего, сознание, которое сознавало бы все, ничего бы не сознавало, и самосознание, ес-ли сознавало все, не сознавало бы ничего. Наш опыт заключен между двумя порогами, мы видим лишь маленький отрезок мира; наши чувства дают нам мир в выдержках, из-влечениях, важных для нас. Внутри порогов они опять отмечают не все многообразие применений, а переводят их опять через новые пороги. Сознание как бы прыжками следует за природой, с пропусками, пробелами. Психика выбирает устойчивые точки действительности среди всеобщего движения. Она есть островки безопасности в герак-литовом потоке» (Выготский, 1982, с347).
Сознание как будто перепрыгивает с островка на островок: от одного «островка» к другому, далее – к третьему и т.д. Мы не знаем того реального мира, который нахо-дится, за пределами этих прыжков, но оттого, что мы его не можем воспринимать при помощи органов чувств, этот мир не становится менее реальным. Собственно, частью этого огромного, таинственного мира и является предмет нашей науки. В результате этих «прыжков» сознание «выдергивает» и дарит нам «кусочки» действительности. Ча-сто мы считаем, что нам дана вся реальность, и стоит лишь создать еще один прибор, увеличивающий различительные способности наших органов чувств, как откроется еще один кусочек реальности. Но Выготский как раз и утверждает нечто прямо проти-воположное: наше сознание устроено так, что ему в принципе не нужна «вся» реаль-ность. Нам дано осознать лишь малую часть окружающего нас мира.
С точки зрения психологии, говорит Выготский, предметом психологии как естественной науки является такой предмет, в состав которого входит реальная основа и который подчиняется законам саморазвития. Более того, этот предмет должен обла-дать не только реальной основой, но иметь некоторую духовную надстройку: это некий симбиоз духовного (или сознательного) и реального. Такое понимание предмета психо-логии приводит Л.С.Выготского к сомнениям в правомерности использования в психо-логии метода эксперимента.
 
Антиэмпиризм Выготского.
Развитие культурно-исторической психологии проходило на фоне кризисных яв-лений, сопровождавших психологическую науку с конца XIX века. Призывы преодо-леть кризис в психологии совпали с первыми попытками осмыслить итоги проникно-вения в психологию экспериментальных методик. Эксперимент возник в так называе-мых естественных науках как способ изучения «внешних» объектов и явлений посред-ством их физического или теоретического расчленения. Обе названные характеристики эксперимента – изучение «внешнего», т.е. чувственно воспринимаемого, предмета и его расчленение, выделение в нем отдельных частей – вступили в противоречие с ос-новными психологическими постулатами.
Рассматривая кризис современной ему психологии, и критикуя тех, кто считает его причиной существование «многих психологий», Л.С.Выготский приходит к выводу: главным здесь является эмпиризм, выступающий в двух основных формах: натурали-стической и интроспективной. Подтверждение своей точки зрения Выготский находит в состоянии прикладной психологии - движущей силы психологического кризиса: суще-ствующая психология не выдерживает соприкосновения с практикой. Выход из создав-шегося положения Выготский видит в построении новой психологической методоло-гии. Нужна диалектика психологии, - утверждает Выготский.
Естественнонаучная психология возникла во второй половине XIX века. Причи-ной этого стало бурное развитие естествознания. Начиная с XVII века человечество накопило огромное количество информации, добытой благодаря, прежде всего, экспе-рименту, применявшемуся в физике, химии, биологии. Это открытие – эксперимент – на протяжении двух столетий позволяло человеку ощущать себя царем природы, глав-ным существом на нашей планете.
Психологи хотели приобщиться к потоку открытий, внести в него свою лепту. Ради этой благой цели они сделали эксперимент своим главным методическим прие-мом. Таким актом стало создание Вундтом в 1879 г. в Лейпциге первой психологиче-ской лаборатории, в которой было получено большое количество экспериментальных данных.
Экспериментальная психология стала отождествляться с самой психологией. Возникает вопрос: что такое эксперимент? Служит ли он средством познания предмета психологии? Дело в том, что в естествознании, в конце XIX в. фактически попавшем во власть философии позитивизма, считалось, что главное в эксперименте - действия с чувственно воспринимаемыми предметами. И чем больше таких действий производит-ся, тем ближе познание законов, управляющих такими предметами.
Но на самом деле эксперимент является не приближением к реальности, а ухо-дом от нее, считает автор культурно-исторической психологии. Действительно, давайте представим, что происходит во время проведения эксперимента, например, в лаборато-рии И.П.Павлова. Здесь собаку помещают в искусственные условия, в изолированное помещение, стараются обездвижить, обвязывая ремнями, вставляют в слюнную железу фистулу, из которой по трубке вытекает выделяющаяся при виде пищи слюна. Экспе-риментатор в это время делает записи в соседней комнате. Он фиксирует количество делений, на которое поднимается слюна в пробирке после предъявления голодной со-баке пищи. Таким образом, собаку стараются превратить в препарат.
После этого исследователь начинает производить обобщения. На первом уровне делаются какие-то первичные выводы о зависимости количества слюны от тех условий, в которых собаке предъявляются условные и безусловные раздражители. Далее делает-ся вывод на новом уровне обобщения: так работает вся нервная система высших жи-вотных, включая человека. Далее: так работает высшая нервная деятельность. И, нако-нец: так работает душа человека. Правда, сам Павлов держался в стороне от таких вы-водов. Но многочисленные сторонники поведенческой психологии именно этим и за-нимались. Происходит переход от записей о количестве слюны к грандиозному выводу о механизмах функционирования души человека. На основании работы совершенно оторванного от реальности препарата делаются обобщения самого разного уровня – вплоть до глобальных философских обобщений. Конечно, это не означает, что экспе-риментальный метод должен быть выброшен из психологии. Просто следует помнить, что, как и любой другой метод, эксперимент имеет свои ограничения. Нужно всегда помнить о проблеме операционализации, обозначающей сопоставимость выводов с конкретными результатами экспериментального исследования. Если мы получаем в эксперименте разное количество собачьей слюны, то вряд ли это служит достаточным основанием для выводов о работе души человека.
Против такого обобщения выступил Выготский. А сделал это он в то время, ко-гда после работ О.Конта – основателя позитивизма – с середины XIX века это фило-софское направление захватило основные позиции не только в науке, но и в умах боль-шинства людей. Позитивизм провозгласил, что только чувственно воспринимаемая ин-формация дает нам истинные знания о мире. И изучать этот мир мы должны при помо-щи эксперимента. Позитивизм проник и в советскую идеологию, считавшую своей фи-лософской базой марксизм. Убрав из марксистского тезиса: критерий истины – обще-ственно-историческая практика, а не практика отдельного экспериментатора, советский позитивизм превратил его в тезис: критерий истины – практика. А что такое практика в науке, задает вопрос советский позитивизм, присвоивший себе имя диалектики. И отве-чает: практика в науке есть эксперимент. Проводим эксперимент - получаем истину.
Л.С.Выготский оказался тем человеком, который в разгар позитивистской эйфо-рии сказал: эксперимент не дает истинное знание, а дает некоторое представление о работе препарата, если поместить его в искусственные условия, произвести «очистку» воздействий, оказываемых миром на этот препарат (воздействия, таким образом, пре-вращаются в переменные). Эксперимент позволяет получить представление о соотно-шении переменных.
Кого изучает психология, задается вопросом Л.С.Выготский, препарат человека или самого человека? И отвечает: разумеется, человека. У него это звучит так: не мыш-ление мыслит, не память запоминает, не восприятие воспринимает, а человек мыслит, помнит, воспринимает. Поэтому человек должен быть исследован во всей своей це-лостности. Когда мы производим эксперимент, мы разрушаем эту целостность.
 
Биологическое и социальное в культурно-исторической психологии.
Целостность, которой занимается Л.С.Выготский подразумевает отсутствие аб-солютного противопоставления биологического и социального. Выготский не противо-поставляет биологическое и социальное, будто бы соответствующие натуральным и высшим психическим функциям. Он, конечно, не отрицает необходимости биологиче-ских структур для существования натуральных психических функций. Но столь же не-обходимыми биологические структуры являются и для функций высших - хотя бы по-тому, что последние «надстраиваются» над функциями натуральными, а значит, точно так же имеют в качестве своей предпосылки биологические (физиологические, анато-мические и т. п.) структуры. С другой же стороны, только что родившийся человек со всем своим набором функций (в том числе и психических) вовсе не является биологи-ческим существом. Натуральным, природным - да. Но не биологическим. Выготский противопоставляет понятия «биологическое» и «естественное». Обратим также внима-ние на то, как аккуратно использует Выготский термины «натуральное», «природное», «биологическое», когда говорит о психических функциях: натуральные — да, природ-ные — да, но — никогда биологические. Таким образом, ни критерий биологичности, ни критерий социальности не являются существенными для различения натуральных и высших психических функций.
Надо сказать, что в начале XX в. в психологии была популярна так называемая теория двух факторов. Ее сформулировал немецкий философ и психолог В.Штерн. В основе этой теории лежал тезис о взаимодействии наследственности и среды в разви-тии ребенка: развитие есть результат влияния с одной стороны - наследственности, а с другой стороны - условий среды. Иными словами, биологическое и социальное рас-сматривалось в этой теории как два независимых фактора, которые как бы извне влия-ют на человека, на его внутренний мир. Отсюда, кстати и современные попытки опре-делить «количество» биологического и социального в психике человека. Если пойти дальше в таких рассуждениях, то мы должны найти разные единицы, используя кото-рые сможем подсчитать количественно влияние этих двух факторов: единицы биологи-ческого влияния и единицы социального влияния.
Выготский считает, что нужно найти такую единицу, в которой были бы объеди-нены и мышление, и речь. Таким образом он приходит к понятию «единица психологи-ческого анализа».
 
Третий этап развития культурно-исторической психологии: теория речевого мышления.
На третьем, завершающем этапе своего пути в психологии Выготский начинает формулировать основные положения теории речевого мышления. Эта теория была из-ложена в некоторых главах работы Л.С.Выготского «Мышление и речь», которая не яв-ляется монографией в обычном смысле. Это, скорее, сборник текстов, написанных Вы-готским в последние годы жизни. А также тексты, написанные именно для этой книги. Введение, первая и последняя главы этой книги представляет собой текст, написанный именно для нее. В этих разделах и содержится изложение так называемой теории рече-вого мышления Выготского.
Здесь Л.С.Выготский продолжает поиски специфически человеческих «рефлек-сов», размышляет о том, как уйти от конструкции, которая предусматривает только пе-реход извне вовнутрь. И, в конце концов, приходит к понятию «значение».
В теории речевого мышления Л.С.Выготский особенно активно использует три закона, сформулированные Гегелем: закон единства и борьбы противоречий, закон от-рицания отрицания и закон перехода количества в качество. Действительно, в процессе эволюции получается что-то качественно отличное от всего предыдущего – человек. В мире живых существ что-то настолько количественно изменилось, что, наконец, появ-ляется человек, который отличается даже от самых высокоорганизованных обезьян ка-чественно.
Человеческое сознание – не простая добавка к телу, нельзя сказать: человек это -тело плюс сознание. Появляется совсем новый организм – человек, в котором тело и сознание существуют даже не в единстве, а в целостности. Единство – это две части, которые могут быть отделены друг от друга. Целостность - такой организм, который можно делить сколько угодно и в каждой мельчайшей частице будет и телесная состав-ляющая и духовная. И почувствовать такую целостность нельзя. Ее можно только по-мыслить.
Центральным элементом такого целостного организма является значение, кото-рое в принципе несводимо к грубым и примитивным схемам наподобие рефлекторного или инструментального акта. Значение – это процесс, опосредующий взаимодействие человека с миром. Это – единица психологического анализа. При помощи такой едини-цы Выготский и пытается решить проблему взаимодействия человека с миром.
Существует определение единицы, данное Л.С.Выготским: это – «часть» пред-мета исследования, которая содержит в себе его основные признаки. При помощи этого понятия Выготский пытается исследовать предмет психологии. При помощи этого по-нятия автор словно моделирует предмет своего исследования. В этом и состоит главная функция единицы психологического анализа: это модель предмета исследования, в ко-торой заключено авторское понимание этого предмета.
Но чтобы более полно раскрыть содержание категории «единица анализа», мы не можем ограничиться только этим кратким определением функции, которую выпол-няет единица психологического анализа. Мы должны обратиться к принципам так называемого системного подхода, который использовал в своем творчестве Выготский, сам, безусловно, обладавший системным мышлением. Термин «психологическая си-стема», использованный Выготским, нельзя считать случайным. Автор культурно-исторической психологии пытался изучать предмет психологического исследования как систему. И принципы системного подхода, кстати, использовавшиеся и К.Марксом в процессе создания его экономических трудов, Выготский пытался использовать в своей методологии.
Одно из основных качеств любой живой системы – ее развитие. Здесь Л.С.Выготский использует генетический анализ, основанный на важном методологи-ческом принципе, предложенном К.Левином. Это – так называемый каузально-генетический закон. Когда мы рассматриваем предмет в его сегодняшнем состоянии, говорит Левин – то тем самым изучаем только внешний вид предмета, его фенотипиче-скую составляющую. Выготский сформулировал эту идею следующим образом: старая психология берет предмет, психику человека как вещь, а не как процесс, поэтому она и не могла понять закономерности, в соответствии с которыми этот предмет функциони-рует. Мы, продолжает Выготский, должны рассматривать историю предмета, его гене-зис, рассматривать предмет психологии как каузально-генетическое, т.е. причинно-историческое явление.
 Главными элементами значения являются значение-для себя (смысл) и значе-ние-для-других (собственно, значение). Л.С.Выготский спорит с теми психологами, ко-торые считают, что в понятии смысл и значение существуют отдельно. Здесь он пыта-ется психологически разработать философские идеи Б.Спинозы, у которого телесная и сознательная части человека представляют собой целостное образование в форме суб-станции. В культурно-исторической психологии такой «субстанцией» становится смысл-значение.
Для подтверждения этой идеи Л.С.Выготский показывает, что значение-смысл всегда связан с эмоциональной сферой человека. Здесь Выготский придерживается ло-гики Спинозы, который говорил, что интеллект и аффект неразрывно связаны друг с другом.
Пытаясь эмпирически подтвердить свои выводы, Выготский вступает в спор с Ж.Пиаже. Спор этот возник по поводу так называемой эгоцентрической речи ребенка. Эгоцентрическая речь – речь как бы для себя. Такая эгоцентрическая речь часто наблю-дается у маленьких детей. Пиаже считал, что эгоцентрическая речь – это переходный этап между внутренней речью и социальной, внешней речью взрослого человека. Вы-готский показывает, что эгоцентрическая речь, наоборот, промежуточная стадия между социальной речью и речью внутренней.
Эгоцентрическая речь, как считает Выготский, обладает двумя главными свой-ствами. Она располагается как бы в двух сферах своеобразного психологического поля маленького человека. С одной стороны это – речь для других людей. И поэтому в ней присутствуют значения. Иными словами, при посредстве таких значений мы понимаем друг друга. Но в то же время в эгоцентрической речи присутствует и элемент речи для себя, то есть смысл. В дальнейшем эгоцентрическая речь вращивается, интериоризиру-ется и превращается во внутреннюю речь взрослого человека. Главной единицей такой внутренней речи и является значение. Но, наряду со значением во внутренней речи присутствует еще и смысл. Для Выготского внутренняя речь и есть мысль человека. Поэтому мысль обладает двумя своими сторонами – смыслом и значением.
За значением, как говорил Л.С.Выготский, за той единицей, которая является главным системообразующим центром, содержащим в себе основные свойства предме-та исследования, стоит эмоция. А «за» эмоцией, или лучше сказать: «за» переживани-ем, стоит жизнь человека. И само значение как единица психологического анализа утрачивает свою исключительную когнитивность, становится категорией, которая обо-значает все психологическое поле, включая и его эмоциональную составляющую.
Таким образом, Л.С.Выготский существенно изменил содержание термина «зна-чение». У Выготского значение это – не только вербальное значение. Это – значение, в котором сконцентрированы все возможные проявления жизнедеятельности человека.
В итоге исследования онтогенеза и функционального развития значения Выгот-ский приходит к выводу о том, что значение является процессом развития от мысли к слову и обратно. Он называет этот вывод основным результатом своего исследования.

***
В культурно-исторической психология предпринята одну из первых попыток по-казать общественно-историческую природу психической деятельности человека. Мно-гие положения теории в дальнейшем получили свое развитие в дефектологии (Р.Е.Левина, Э.С.Бейн, Ж.И.Шиф, Н.Г.Морозова), патопсихологии (Б.В.Зейгарник), нейропсихологических (А.Р.Лурия), в детской психологии (П.Я.Гальперин, Д.Б.Эльконин). Большое влияние оказала культурно-историческая психология на со-держание психологической теории деятельности (А.Н.Леонтьев, С.Л.Рубинштейн).
Культурно-историческая теория не была завершена Л.С.Выготским. Его взгляды зачастую выглядят как отдельные части будущей композиции: некоторые из них пре-терпели со временем коренное преобразование, пересмотр других положений был намечен автором, но осуществлялся его учениками и последователями.
В 80-е гг. значительную роль в продвижении идей культурно-исторической пси-хологии сыграл цикл статей Л.А.Радзиховского (Радзиховский, 1979; 1982; 1988), в том числе написанных в соавторстве с В.В.Давыдовым (Давыдов, Радзиховский, 1980-81) и книга А.А.Пузырея (Пузырей, 1986).
В настоящее время исследования, опирающиеся на методологические основы культурно-исторической психологии, проводятся большим числом отечественных и за-рубежных исследователей в рамках особого подхода, получившего название выкотско-ведение. Современные выготсковеды – Е.Ю.Завершнева (Россия), А.Ясницкий (Кана-да), Ф.Рей (Бразилия) и многие другие – находят все новые направления развития куль-турно-исторической психологии.

Список литературы:
Выготский Л.С. Сознание как проблема психологии поведения. // Психология и марксизм. Под ред. К.Н. Корнилова. М.; Л., 1925, с.175-198.
Выготский Л.С. Мышление и речь. М. - Л., Соцэкгиз, 1934.
Выготский Л.С.  Исторический смысл психологического кризиса. // Л.С.Выготский. Собр. соч., Т.1, М., Педагогика, 1982 с.291-436.
Выготский Л.С. История развития высших психических функций. // Развитие высших психических функций, М., Изд-во АПН, 1960, с.13-223.
Выготский Л.С. Психология искусства. М., Искусство, 1965.
Выготский Л.С. Трагедия о Гамлете, принце Датском, У.Шекспира. // Л.С.Выготский, Психология искусства, 2-е изд., 1968, с.340-406.
Выготский Л.С., Леонтьев А.Н  Предисловие (вкладка) // А.Н.Леонтьев. Развитие памяти. М., Учпедгиз, 1931.
Давыдов В.В., Радзиховский Л.А. Теория Л.С. Выготского и деятельностный подход в психологии. Вопросы психологии. 1980. №6, с. 48-59; Вопросы психологии, 1981, №1, с. 67-80.
Левин К. Динамическая психология. М., Смысл, 2001.
Леонтьев А.Н. Развитие памяти. М., Учпедгиз, 1931.
Пузырей А.А. Культурно-историческая теория Л.С. Выготского и современная психология. М. Изд-во МГУ, 1986.
Радзиховский Л.А. Анализ творчества Л.С.Выготского советскими психолога-ми. Вопросы психологии, N 6, 1979, с.58-67.
Радзиховский Л.А. Современные исследования творчества Л.С.Выготского. Во-просы психологии, N 3, 1982, с.165-168.
Радзиховский Л.А. Гамлет психологии. Психологический журнал, N 4, 1988, с.116—124.

2023 г.