Феномен къонаха в новелле Белая Альбика

  Феномен внутреннего къонаха: этический лабиринт Надирсолты Эльсункаева.


В современной кавказской литературе новелла «Белая Альбика» (глава из романа «Сказки старого Абати») занимает особое место, балансируя на грани исторического эпоса и острой социальной сатиры. Надирсолта Эльсункаев создает текст, который работает по законам классической русской и мировой прозы, где за частным случаем в чеченском ауле просматривается судьба целой цивилизации.
1. Архитектоника памяти
Автор использует сложную зеркальную композицию. Эпоха «перестройки» с её митинговым энтузиазмом и растерянностью партийных бонз противопоставляется суровой статике горской легенды. Эла Закри здесь — не просто фольклорный персонаж, а архетип «рыцаря духа». Его молчание под ударом ножа — это не пассивность, а высшая форма волевого акта. В мире, где Альбика ищет «дворцы и золото», Закри утверждает ценность бытия, а не обладания.
2. Деконструкция обряда
Главный герой главы — старик Абати — выступает в роли «совести нации». Его отказ участвовать в строительстве мечети на месте клуба — это мощный экзистенциальный протест. Эльсункаев через своего героя ставит неудобный вопрос: можно ли построить храм на обломках детства?
«Они решили идти к Богу легким путем», — говорит Абати, и в этой фразе звучит приговор любому формализму, будь то партком или мечеть, если за ними не стоит личного труда по «очистке родника».
3. Трагедия и теодицея
Одной из самых сильных и страшных сцен в новелле является воспоминание о ссылке — образ Хелисат, топором долбящей мерзлую землю для своих детей. Здесь автор поднимает вопрос библейского масштаба: как соотнести божественную волю с человеческой жестокостью и равнодушием соседей? Эльсункаев не дает дешевых утешений, утверждая устами Абати: «Зло на этой земле — от людей». Это возвращает человеку ответственность за его поступки, не позволяя «списывать» подлость на волю Всевышнего.
4. Символизм «Удода»
Финал главы — притча об удоде — превращает социальный очерк в философское высказывание. Метафора птицы, которая меняет гнезда, но не меняет привычек, становится диагнозом обществу переходного периода. Автор предупреждает: смена лозунгов и знамен бессмысленна, если человек не совершил внутреннюю революцию духа.
Заключение
Проза Надирсолты Эльсункаева — это литература сопротивления. Сопротивления серости, конформизму и забвению корней. Автор доказывает, что серьезная литература сегодня — это не только поиск новых форм, но и возвращение к фундаментальным ценностям: чести, совести и тихой молитве дела, а не слова.