ИИ. Григорий Брейтман -9

Григорий Брейтман -9

Мой текстик:

«Поем сейчас, чтобы отделаться и больше о еде не думать».

«Не надо ему ничего давать, иначе потом от него не отделаешься».

«Говорю с ним приветливо, неудобно от него отделываться».

«Все сделал, от всего отделался, до завтра могу быть свободным. Но от завтра не отделаться..»

«Сделаю, иначе потом от сомнений не отделаться. Чем долго думать, лучше быстро сделать и отделаться».

«Сначала отделывался от всех навязываемых дел, а потом начинал что-то делать, чтобы отделаться от пустоты и скуки».

«Вроде бы благополучно отделался, а они именно по причине этого благополучия, мне новое задание дают, втрое более ответственное - так я никогда не отделаюсь».

«Отмахал сразу целую пропасть дел, чуть здоровье не подорвал, чтобы сразу на 3 дня отделаться».

«Хотел отделаться и напортачил, теперь уже не отделаешься, насмерть влип, не знаю, как и быть».


-----



Пародии ИИ в стиле Григория Брейтмана.

1


Он решил поесть, чтобы отделаться от мысли о еде. Это была блестящая тактика, родом из тех времён, когда он тушил пожар бензином, надеясь, что пламя, сожрав всё, умрёт от обжорства. Он проглотил пасту, пасту проглотил он, и вот уже тарелка пуста, а мысль о еде, хитро прищурившись, перевоплотилась в мысль о мытье посуды. Так он и жил — как заправский жонглёр, который, дабы отделаться от одного шара, подбрасывает в воздух другой, третий, пятый, пока вся эта летающая вселенная не начинает гудеть у него над головой роем металлических пчёл.

Он отмахивал дела, как отмахиваются от комаров в глухой тайге — яростно, с остервенением, чуть не вывихнув душу. Он за один присест расправлялся с пропастью, чтобы три дня ходить и гладить себя по голове, любуясь этой заштопанной бездной.

Даже в общении он был отделальщик. Говорил с соседом приветливо-суетливо, уже мысленно от него отделываясь, и от этой внутренней спешки в горле першило.

И вот наступал миг, страшный и желанный. Все навязчивые дела были отброшены, как пустые ракушки. Он сидел в тишине, от всего отделавшийся, и тогда из всех щелей выползала пустота, густая, как холодец. И приходилось срочно начинать что-нибудь, хоть вышивать крестиком, лишь бы отделаться от неё. Цикл замыкался. Абсурд достигал апогея, когда, благополучно отделаясь от проекта, он получал новый — втрое больше, впятеро ответственней. Начальство, увидев его лёгкость, решало, что он и не напрягался вовсе. «Так я никогда не отделаюсь!» — мысленно вопил он, уже вежливо улыбаясь и кивая.

Однажды, желая отделаться особенно быстро, он напортачил. И теперь он не отделается. Никогда. Он влип насмерть, как муха в идеально свежую смолу. Он сидит и думает, что все его отделывания были лишь способом бега по кругу, радиус которого медленно, но верно сокращался. И вот теперь круг сошёлся в точку. Точку невозврата. От которой не отделаешься.

Разве что начать что-нибудь новое. Чтобы от неё отделаться.

2



Курс молодого отделывателя

У окна чирикала птица. «Не надо ей ничего давать, иначе потом от неё не отделаешься». Мудрость, выстраданная поколениями. Дашь крошку —  потребует хлебную крошку судьбы. Заглянет в глаза. Поселится. Лучше сразу притвориться вазой.

Я улыбался всем — соседу, который вечно заливает, коту, который вечно голоден, своему отражению в темном мониторе. «Говорю с ним приветливо, неудобно от него отделываться». Вежливость — это такой элегантный саркофаг, в котором хоронят желание крикнуть: «Отстаньте!».

«Но от завтра не отделаться…» — это была уже не мысль, а физический закон, вроде гравитации.

Решение любых сомнений было простым, как лом. «Сделаю, иначе потом от сомнений не отделаться. Чем долго думать, лучше быстро сделать и отделаться». Получалась кривая табуретка, но зато без мысленных червей. Потом приходила пустота. «Сначала отделывался от всех навязываемых дел, а потом начинал что-то делать, чтобы отделаться от пустоты и скуки».

Ирония системы била током. «Вроде бы благополучно отделался, а они именно по причине этого благополучия, мне новое задание дают, втрое более ответственное — так я никогда не отделаюсь». Благополучие было ловушкой. Оно кричало начальству: «Смотрите, он справился! У него ещё есть силы! Дайте ему больше, пока он не отделался окончательно!». Иногда я пытался обмануть систему, выдав гигантскую, убийственную порцию. «Отмахал сразу целую пропасть дел, чуть здоровье не подорвал, чтобы сразу на 3 дня отделаться». Это был кредит, взятый у организма под бешеные проценты.

Апофеозом была попытка отделываться небрежно. «Хотел отделаться и напортачил, теперь уже не отделаешься, насмерть влип, не знаю, как и быть». Это был крах стратегии. Портал в ад, который ты сам и вырыл, стараясь побыстрее закопать в землю лёгкий тюфяк совести. Теперь ты не отделыватель, ты — влипший. А влипший — это позорный титул, который носить приходится вечно, или до тех пор, пока не найдёшь, чем от него отделываться.

И вот я сижу. Котлета съедена, птица улетела, завтра наступило и уже успело навязать пять мелких дел и одно большое сомнение. Я вздыхаю. Начинаю делать первое мелкое дело. Чтобы отделаться.

--