Суд над Гомером

(Драматическая фреска в одном действии)

Действующие лица:
•  ГОМЕР — старик, чьи глаза похожи на затянутые туманом гавани. В руках у него лира, сделанная из кости неведомого зверя.
•  АРХИВАРИУС — судья в костюме из пергамента, его пальцы испачканы сухой правдой фактов.
•  ТЕНЬ ЕЛЕНЫ — сияние, принявшее форму женщины.
•  ХОР ВОЛН — рокот вечности, бьющийся о берега сознания.

---

 СЦЕНА ПЕРВАЯ: ГЕОГРАФИЯ ВЫМЫСЛА

Пространство залито мертвенно-белым светом. На полу рассыпана медь и пепел. В центре — Гомер, он неподвижен, как скала.

АРХИВАРИУС: (бьет молотком по мраморной плите) Обвиняемый, встаньте. Вы обвиняетесь в величайшей фальсификации истории. Вы превратили мелкую осаду торгового порта в пожар вселенского духа. Вы дали богам человеческие пороки, а убийцам — божественные эпитеты. Где доказательства, что Ахилл плакал у моря? Где нотариальный акт на коня, погубившего Трою?

ГОМЕР: (голос его глубок, как колодец) Доказательства? Мои доказательства — это шрамы на душах тех, кто читал меня три тысячи лет. Правда — это труп события, а Поэзия — его воскрешение. Я не описывал войну. Я описывал то, как Гектор прощался с сыном. Это единственная дата, которая имеет значение в календаре вечности.

АРХИВАРИУС: Вы ослепили человечество своими гекзаметрами! Из-за вас люди ищут в истории не хлеб, а величие. Вы создали галлюцинацию, которую мы называем Античностью.


 СЦЕНА ВТОРАЯ: СВИДЕТЕЛЬСТВО КРАСОТЫ

Появляется Тень Елены. Она не идет, она проявляется в воздухе, как отражение в воде.

ТЕНЬ ЕЛЕНЫ: Судья, вы ищете меня в руинах камня, но я живу только в его ритме. Если бы не этот старик, я была бы просто безымянной женщиной, из-за которой подрались два купца. Он дал мне лицо, которое не подвластно тлену. Его ложь — это единственный способ для красоты пережить время.

АРХИВАРИУС: (в ярости) Но это несправедливо! Миллионы погибли, и их имена стерты, потому что они не вписались в твою строфу!

ГОМЕР: (поднимает лиру) Справедливость — это удел весов. Мой удел — эхо. Я выбрал тех, в ком пульсировал Космос. Если человек становится песней, он перестает быть жертвой.

---

 СЦЕНА ТРЕТЬЯ: ВЕРДИКТ ВЕЧНОСТИ

ХОР ВОЛН: (нарастая) Гнев... О, богиня, воспой... Гнев... Смерть — это шум пены... Жизнь — это ритм весла...

АРХИВАРИУС: Ты будешь осужден на забвение! Мы докажем, что тебя не существовало! Что ты — это семь разных людей, или просто случайный набор мифов!

ГОМЕР: (улыбается, глядя сквозь судью) Вы можете доказать, что меня не было, но вы не можете доказать, что вы есть. Ведь прямо сейчас, Судья, вы — лишь метафора в моей новой песне о человеке, который пытался судить Океан. Ваша ярость — мой средний тон. Ваша скука — пауза между стихами.

Гомер ударяет по струнам. Звук настолько мощный, что Архивариус рассыпается в пыль, а стены суда превращаются в горизонт Эгейского моря.


 ФИНАЛ

Гомер стоит один на берегу. Небо над ним полно созвездий, которые он сам назвал именами своих героев.

ГОМЕР: Я слеп, чтобы не видеть границ. Я пою, чтобы границ не стало.

(Он уходит в море, не погружаясь в воду, а становясь частью линии прибоя. На песке остается только лира, в которой шумит ветер.)

ГОЛОС ГОМЕРА: (из пустоты) В начале было не Слово. В начале был Ритм. И я вернул его вам.

Занавес — это рассвет.

ЗАНАВЕС.
(с) Юрий Тубольцев