Мир в коробке

Мир в коробке
Глава 1
В большом деревянном шкафу, на самой верхней, запылившейся полке, стояла самая обычная коробка из-под обуви.Тусклая лампочка еле светила с боковой стены, бросая тени на одежду и прочий ненужный хлам, забытый людьми при переезде.
Сквозняк гулял по деревянному заброшенному дому, доживающему свои последние дни. Город захватывал новые территории, вытесняя старые кварталы, хранящие волшебство и мудрость предыдущих поколений.
***
Крышка старой картонной коробки отъехала в сторону. Две маленькие ручки повисли через борт.
– Ну, чего там? – тонкий голосок пропищал из глубины коробки.
– Погоди Митька, – лохматая головка человечка выглянула наружу. – Что там, что там... – передразнил он, – Шкаф там, как и двести лет назад.
Вторая головка появилась рядом, человечек с почти лысой головой и длинным носом, громко запыхтел принюхиваясь.
– Не, Прошка, нет здесь никого. Даже людьми не пахнет. Пошли обратно, надо старейшине сказать.
– А может, там, за шкафом проверить?
– Потом проверишь. Пошли.
В глубине коробки два человечка отворили вырезанную бумажную дверь, впереди чёрной дырой их встретил коридор пробитый в стене. Преодолев небольшое расстояние они оказались в маленьком городе. Земляные домишки с крохотными оконцами и дверьми из тонких прутьев были разбросаны на небольшой площади. Башня из старой банки от Колы возвышалась в центре. Серебряный колокольчик был закреплён булавкой на её верхней крышке.
– Старейшина, старейшина?! – Закричал Митька и сбежал своими кривыми ножками с горки. Со всего разбега он ударил ладошками в дверь, и кубарем влетел в комнату.
Старейшина в белом одеянии, сшитом из носового платка, стоял у алтаря, на котором разместились почтовые марки, с изображёнными на них разными странами. Горы, озера, современные города, всегда вызывали восхищение у земляного народа, которые никогда не покидал старую коробку в шкафу.
– Они ушли? – тихо спросил старец с длинной седой бородой до пола, кончик которой вздрагивал от каждого его слова.
– Да, – Митька опустил глаза и покосился на Прошку, который стоял рядом и тяжело дышал от быстрого бега.
– Деревню ждут тяжёлые времена. Время ограничено.
– И что мы будем делать? – хором спросили человечки.
– Нам нужно найти нашего человека, – старец вышел за дверь и окинул взглядом маленький городок.
Земляные человечки, суетились рядом со своими домиками, обрабатывали грядки. Человечек с рыжими волосами сидел за гончарным кругом, его ручки ловко лепили кувшин, вырисовывая полоски на пластичной глине. В стороне, его жена рисовала цветы на обожжённой посуде, старательно выводила листики зелёной краской, и отставив очередную плошку в сторону любовалась своей работой. Мельник вёз на тележке сухие ломти хлеба на мельницу. Из пекарни пахло свежим хлебом. Румяная пухлая девчушка доставала очередной каравай из печи, выкладывала его на прилавок и заботливо накрывала полотенцем.
Жизнь маленького народа шла своим чередом. Они много сотен лет существовали рядом с людьми, которые о них не знали, принимая за домовых, барабашек и прочую домашнюю нечисть.
Но люди ушли. И «домовята» не подозревали, что над ними нависла угроза исчезновения.
***
Маленький домик затрясся, земля посыпалась с потолка. Девчушка со смешной короткой стрижкой, больше похожая на озорного мальчишку, открыла свои огромные янтарные глаза.
– Матушка? Что происходит? – Она вскочила с кровати, в доме никого не было. На площади, рядом с банкой из-под Колы, собрались все маленькие человечки. Они что-то оживлённо обсуждали, тыкая руками в сторону коридора, ведущего в дом.
Старейшина сидел на скамье и смотрел прямо перед собой, когда девчушка дернула его за плечо.
– Пап, что случилось? – прошептала она.
– А? Степанида. Да дочка, похоже нам нужно покинуть нашу деревню.
– Но мы столько лет жили здесь. Отец, а если найти своего человека?
– Боюсь, что это не спасёт нас. – Старец удручённо покачал головой. Он ещё минуту молчал. – Земляной народ! – громко молвил он, – Мы столько лет жили рядом с человеком, но он ушёл, оставив нас. Наш старый дом скоро сравняют с землёй. Поэтому мы должны уйти. – Старец внимательно посмотрел на свою небольшую общину. – Забирайте только самое необходимое.
В этот момент Земляной городок опять содрогнулся от удара извне.
Стёпка, не долго думая, побежала в свой дом. Схватила дорожную сумку, бросила в нее пару сухарей и выбежала вон. Стараясь не попадаться на глаза отцу, она прошмыгнула в тёмный коридор.
«Я найду нашего человека, – подумала она и решительно сжала маленькие кулачки. Она достигла картонной коробки, приоткрыла крышку и закрепив один конец верёвки, спустилась на пол.
В маленькую щель проглядывал свет, Стёпа прислонилась щекой к деревяшке и посмотрела, что там снаружи.
Два человека с молотками простукивали стены и пол.
– Я тебе говорил, всё трухлявое. – сказал один, – Дому сто с лишним лет. Проще все тут разбомбить, чем восстанавливать.
– Не знаю, Андрюх, это историческое здание. – рыжий высокий парень с какой-то грустью посмотрел на комнату. – Дай мне неделю. Я проведу более тщательный анализ и доложу.
Стёпа маленькими перебежками добежала до большой коричневой сумки и залезла внутрь.
«За неделю я смогу всё исправить.» – подумала она и спряталась в тёмном кармане.

Глава 2
Рыжий открыл дверь квартиры, и бросил сумку на табуретку.
– Алло, дед это я, Виктор. Помнишь, ты в детстве меня водил в старый дом на окраине? Его хотят снести. Городской план по постройке нового квартала уже утверждён. – Виктор замолчал, слушая собеседника в трубке. – Да, я понял. Мне дали 5 дней. Где искать? – на том конце опять что-то сказали. – Хорошо дед, я постараюсь их найти.
Степанида вылезла из сумки, прислушиваясь к  разговору человека.
– Кого, интересно, он хочет найти в нашем доме, – она прокралась в комнату и спряталась за креслом.
– Бандит, кис-кис... – позвал Виктор и зашуршал пакетиком с кормом, – где ты шпанец?
Степа выглянула и нос к носу столкнулась с большим чёрным котом, который с любопытством рассматривал маленького человечка.
– Оу, зараза, – вскрикнула девочка и юркнула за ножку кресла как раз вовремя, потому что мохнатая лапа с выпущенными когтями стремительно ударила по тому месту, где она только что стояла. – Мамочки! – пропищала Стёпка, наблюдая как усатая морда пытается пролезть под кресло.
– Чего ты там нашёл? – юноша схватил кота и вытащил из-под кресла, отряхивая чёрную морду от пыли и паутины. – Надо будет убраться, смотри грязи сколько нацеплял.
Девочка облегчённо вздохнула: «Всё оказалось не просто.»
***
Маленький народ пробирался по тёмному коридору. Тележки с тюками еле протискивались в узкий тоннель. Старейшина шёл позади всех.  Прошло два дня, как его своевольница дочь сбежала. Тревога и злость разбирали его изнутри, мешая здраво думать.
– Старейшина, а после шкафа, куда мы пойдём? – Прошка, громко пыхтя от усталости, покосился на старца.
– Может сможем добраться до оврага. – неопределённо ответил тот. – Ещё Стеша неизвестно где.
– О, я уверен, она вернётся.
– Да, да Прошка, конечно вернётся. – Но в голосе отца было мало надежды.
Картонная коробка из-под обуви ждала своих новых обитателей. Ночь уже опустила сумерки на город, в окнах старого дома было темно и нелюдимо. Маленький народ укладывался спать прямо на своих вещах, когда дверцы старого шкафа резко раскрылись и свет фонаря ослепил «домовят».
– Привет, – женский хриплый голос не обещал ничего хорошего. – крышка коробки закрылась, погрузив человечков в темноту и панику. Тонкие голоса, плач и крики раздавались в мёртвой тишине дома. Но им никто не мог помочь. Тёмная фигура небрежно опустила коробку в грязный мешок и вышла на улицу.
***
– Где они? Где? – Стёпка запустила пальцы в свои короткие волосы и в отчаянье бегала по полке в старом шкафу. – Человек, ты слышишь меня?
– Господи, и зачем я во всё это ввязался! Два дня уже никакого покоя. Я вообще сомневаюсь в реальности происходящего. – Виктор смотрел на маленькую странную девочку.
***
Два дня назад, Виктор, как обычно, сидел за компьютером. Бандит начал громко мяукать и беспокойно заглядывать под кресло. Человек нагнулся проверить что там. Кот лапой зацепил какой-то предмет. Предмет двигался и отбивался. Виктор протёр глаза, не веря тому что увидел. Он протянул руку и схватил это нечто. Помедлив, юноша раскрыл ладонь и ахнул. Маленькая, лохматая девчушка сидела на ладони, закрыв от страха глаза.
– Я сошёл с ума? – сам себя спросил человек.
– Не думаю, – тихо ответила девочка, и открыла один глаз. – Не урони только.
– Кто ты?
– Стёпа, хе, Степанида из земляного народа.
– Какого народа? Не понял?
– Тот дом, который ты вчера смотрел. Это мой дом, то есть наш и нашего человека.
– Вашего... дед? Ваш человек это дед? Это ведь вас он велел найти? Правда, он не уточнил, что это домовые.
– Мы не совсем домовые. Но они наши родственники.
– Ладно, это не важно. Тебя надо вернуть в дом, к своим.
– Да нет же, что ж вы такие непонятливые люди. Поставь меня! – Стеша спрыгнула с ладони на стол и с опаской посмотрела на кота. – Ты должен всех моих отнести к нашему человеку. Понял? Иначе дом разрушат. И...и все... все погибнут. – курносый нос девочки сморщился, на глаза набежали слезы и она громко расплакалась, вытирая глаза маленькими кулачками.
Виктор сочувственно сжал губы, боясь что тоже пустит слезу.
– Ну ладно, ладно. – он протянул маленький лоскуток салфетки, в который девочка громко высморкалась. – Завтра утром пойдём в дом.
Личико Степаниды просветлело, лёгкая улыбка пробежала по губам, и ещё всхлипывая она согласно кивнула человеку.
***
Но случилось ужасное. Земляной народ пропал, вместе с коробкой. Стёпа готова была разрыдаться, она опустила руки и с болью в глазах смотрела на Виктора. Они опоздали. Страшно было представить, что ждёт «домовят». И где теперь их искать?

Глава 3
Виктор остановил машину у высотки и, не дожидаясь лифта, поднялся на четвёртый этаж.

Дверь открыл моложавый мужчина, в чёрных роговых очках и свёрнутым журналом подмышкой.
– Это я. – Виктор сбросил ботинки и прошёл на кухню.
– И тебе хорошего дня. – мужчина прошёл следом за внуком. – Так как наше дело?
– Дело-то..., а вот твоё дело, дед. – юноша поставил на стол заплаканную Стешу. – И как хочешь теперь, так и разруливай. 
Стеша опять всхлипнула и громко заревела.
– Вот чего разорался, не видишь она переживает. – мужчина сел на стул и погладил домовёнка по голове. – Успокойся, и расскажи что приключилось? Где остальные? – при упоминании о семье рёв усилился. – Ты тогда, Вить, объясни.
– А чего объяснять? Похитили всех. Кто – неизвестно. Она одна осталась. Фёдор Петрович, что делать-то теперь?
Фёдор достал молока из холодильника, налил в кофейную чашку и протянул Степаниде.
– Присядь Виктор. Мне надо немного подумать.
– Но дед!
– Я сказал, мне надо подумать! – грозный голос Федора эхом отозвался по квартире.
– Ладно, – рыжий нехотя уселся на стул и вытянул ноги. Он достал уже приготовленные заранее салфетки из сумки и протянул девочке. Та молча их взяла и высморкалась.
Минута тянулась невыносимо долго, за ней начиналась следующая и так до бесконечности.
– Я предполагаю, кто похитил земляных человечков. Но есть одна проблема. Я не знаю о его местонахождении. – Мужчина подошёл к окну, он нервно барабанил пальцами по подоконнику, словно не мог определиться со своим решением.
– Вить, ты же помнишь, когда твой родной дед умер, бабушка вышла за меня. И мы жили счастливо, пока и она не покинула этот мир. А помнишь, после её похорон к нам в дом пришла женщина?
Виктор непонимающе пожал плечами.
– Ты мелкий ещё был. Так вот эта женщина сказала, что она дальняя родственница, и ей нужна бабушкина вещь, которая является семейной реликвией. Но что это за вещь, она не смогла сказать, и я её просто выгнал.
– Она де говорила про нас? – пожала голос Степанида.
– Нет, маленькая, про вас она не сказала. Но потом, перебирая вещи, я нашёл это. – Федор Петрович достал из кармана старый снимок. На нём была совсем молодая бабушка Виктора, рядом с ней стояла девушка. Очень красивая с чёрными длинными косами. На ладонях у девушек сидели маленькие человечки. Совсем, как Стеша. С первого взгляда можно было подумать, что это куклы. И только те кто был посвящён в тайну, знали кто это.
– Это Прошка и мой папа. – Закричала Стёпка. – Значит это она могла всех похитить. Только зачем?
– Затем, что у твоего народа есть секрет вечной молодости.
– Так вот почему ты всегда был молодым. А я то ломал, почему у всех дедушки уже седые, слепые, а мой выглядит моложе отца. – Виктор обиженно надул губы.
– Не по-родственному это, Фёдор Петрович.
– Да я не специально, тот кто заботиться о человечках, получает молодость в благодарность. Это же не как в салон сходить.
– Ладно дед. Только когда найдём мелких, я буду за ними ухаживать.
– Мы тебе не хомячки, – огрызнулась Степанида. – Ухаживать он собрался. Кстати, тебе хватит и тех десяти лет, что ты заработал за помощь мне.
– Да ну? – Виктор даже привстал со стула.
– Вот тебе и ну. Продолжайте, Фёдор Петрович, а то у кого-то зависть зашкаливает.
– У меня есть личные данные этой женщины. Её зовут Сидорцова Зинаида Ивановна, примерно моего возраста. Проживала она в то время в деревне Ткачёво, пол часа езды от города.
– Уже хорошо, можно будет пробить в адресном столе. Стеша, ты со мной или с дедом останешься?
– С тобой, конечно. – девочка ловко прыгнула в сумку. – Спасибо, Фёдор Петрович!
– Удачи! – мужчина закрыл за ними дверь и прошёл к старому письменному столу. Из нижнего ящика он достал альбом. Фёдор Петрович перелистывал одну страницу за другой, с них на него смотрела черноволосая красавица, её чёрные глаза казались живыми даже на этих старых снимках. Мужчина тяжело вздохнул и захлопнул альбом.
«Им не надо этого знать.»

Глава 4
Серый, унылый пейзаж за окном машины не менялся уже на протяжении двух часов. Маленькая девочка, с взъерошенными волосами, сидела на приборной доске и, положив голову на колени, грустно смотрела на дорогу.
– Какое же это скучное занятие, ездить на железяке с колёсами, – сказала Стеша. – Это всегда так происходит? Будто время остановилось. Нет, оно даже не остановилось, оно ушло из этих мест. А мы зависли между мирами, и теперь будем блуждать веками как призраки. – девочка драматично ударила себя по лбу и откинулась на спину.
– А у тебя талант, – улыбнулся рыжий.
– Долго нам ещё ехать?
– Навигатор говорит 15 минут.
– Что за навригатор? Название какое-то глупое, не внушает доверия. – девочка сползла на подлокотник и спрыгнула на сиденье. – Разбудишь, когда доедем.

Указатель «Ткачёво» стоял на перекрёстке, указывая направо. Разбитая дождями дорога, с колеёй на пол колеса, вела к редкому лесочку.
– Сомневаюсь, что нас кто-нибудь вытащит, если мы застрянем, – пробормотал себе под нос Виктор и повернул руль вправо.
Миновав лесок, машина выехала на открытое место.
Первые дома встречали их пустыми глазницами окон, у многих из них крыша провалилась, от некоторых осталась только печная труба и основание.
– Мёртвая деревня.
– Что приехали? – Стеша протёрла глаза и залезла на подлокотник, чтобы лучше видеть. – Жуть какая!
Дальше по улице стояло несколько жилых домов, из ворот выскакивали собаки и дружелюбно махали хвостами. Машина проехала вперёд ещё метров сто, когда перед собой путники увидели пожилую женщину, стоявшую посреди дороги. Она смотрела прямо на них. На голове её красовалась чёрная шляпа с остатками кружева. Старое бордовое пальто не застёгивалось на женщине, ввиду её полноты. А серое строгое платье в пол очень напоминало наряды начала прошлого века.
– Чего ты там про время и миры говорила? – Виктор остановил машину и вышел. – Здравствуйте! Мы ищем...
– Здравствуй, Витя! Здравствуй! – сказала женщина.
– Я вас не знаю. – Виктор рассматривал старуху, пытаясь припомнить, где с ней встречался. Её седые волосы едва касались плеч. Чёрные глаза колко выглядывали из под нависших бровей, которых почти не было видно. Морщинистое лицо кого-то напоминало, но он не мог вспомнить кого.
– Это я, Зинаида! Что, старая стала? – женщина рассмеялась. Её низкий грудной смех с хрипотцой не обещал ничего хорошего.
– Очень хорошо, что мы вас встретили. У вас можно будет остановиться?
– Конечно, бери свои пожитки и пойдём. Мой дом на окраине. Заодно и дровишек мне наколешь. Смотри, какой вымахал-то. – она, переваливаясь на коротких кривых ногах и размахивая руками, поковыляла по дороге.
– Может на машине? – крикнул он вдогонку, но бабка не слышала его, удаляясь с необычайно быстрой скоростью для её возраста. – Ну, а мы доедем. Ты Степанида, спрячься пока. Странная бабка, да и деревня тоже.
Девочка послушно залезла в сумку.

Дом старухи был не намного лучше первых развалюх. Вместо лестницы, лежали две доски, по которым и в солнечную погоду трудно было пройти, не говоря уже про сырую, как сегодня. Они покрылись скользкой тёмно-зелёной слизью, и Виктор упал бы в грязь, если бы не остатки перил, за которые он ухватился.
В доме оказалось намного уютнее, чем он думал. Дрова в печи весело трещали, стреляя искрами. В очаге стоял большой горшок, из которого очень аппетитно пахло.
– А я тут щи как раз затеяла, как знала, что гости приедут. – Зинаида стояла у стола и расставляла посуду. Она поставила две большие миски и одну крохотную.
– А для чего такая маленькая тарелка? – спросил Виктор, хотя уже знал ответ.
– Ты сказок что ли перечитал в детстве?! Ещё спроси, почему такие большие зубы или глаза. – старуха замерла и посмотрела прямо на юношу. Ему показалось, что она стала выше ростом. – Выпусти её. Не место ей в сумке.
Её голос, опутывал его сознание, словно цепями. Юноша почувствовал себя в змеином логове. Ловушка. Он тряхнул головой и дурман отступил.
«Надо быстрее отсюда уходить.» – подумал он, но Стешу не стал выпускать, не поддаваясь на уловки старухи.
– Тут идти некуда, Витюша. – ответила Зинаида, прочитав его мысли. Она достала горшок из печи и разлила по тарелкам наваристые щи. – Поешь лучше.
Старуха села за стол и начала есть. Юноша тоже попробовал, но аппетита совсем не было.
– Я знаю, за чем ты приехал. У меня их нет и не было никогда. – она отложила ложку и замолчала. – Нам, мне и твоей бабушке, было по 16.
***
 Двойняшки Тоня и Зина родились абсолютно не похожими друг на друга. И к шестнадцати годам никто не мог сказать, что они сестры.  Тоня – светленькая, невзрачная, небольшого роста. Зина же была яркая, с волосами цвета вороного крыла, с хорошей фигурой.
В то лето Антонина серьёзно заболела. Девочка лежала тяжело дыша, хрипы и боль мешали сделать вдох, жар изводил её. Фельдшер прибегал по несколько раз на дню, делал укол и только разводил руками.
– До города она не доедет, – говорил он, и опускал глаза. – Бедная девочка!
Вечером родители и Зина сидели молча за столом, все готовились к худшему. Мать изредка всхлипывала и прижимала платок к носу. Отец смотрел в одну точку, отключив все свои чувства.
Зинаида встала и вышла из дома. Она шла к старой часовне, вокруг стояли почерневшие кресты, сами могилы уже давно поросли травой. Девушка зашла в здание и зажгла свечу, ветер гулял между щелями, издавая пронзительный свист, который поднимался к высокому деревянному куполу. Зина опустилась на колени и запела. Почему-то сейчас ей вспомнилась старая песня бабушки. Её голос звучал сначала неуверенно, потом набирал силу и уплывал вслед за ветром высоко наверх.
«У церкви стояла карета, там пышная свадьба была. Все гости нарядно одеты, невеста всех краше...» – голос оборвался, став хриплым и низким, плечи девушки затряслись в беззвучных рыданиях.
– Зачем пришла сюда? – неожиданно, откуда-то из-под земли пропищал тонкий голосок.
– Кто это сказал? – Зинаида посмотрела в тёмные углы часовни, но никого не увидела.
– Отодвинь половицу. – девушка дёрнула доску на себя, ржавый гвоздь заскрипел и вылез из дерева.
– Матерь божья! Я тоже заболела или уснула?! – воскликнула девушка. Десять маленьких человечков сидели в углублении и смотрели на неё.
– Мы почувствовали твою беду, – сказал самый старый из них. – И решили, что поможем твоей сестре.
– Но я не говорила...
– А и не надо, мы это увидели. Отнеси нас в дом и спрячь, чтоб родители не нашли, и накопай мешок земли у часовни.
– Да, да, – кивая пролепетала девушка. И поспешила всё исполнить.
Так маленькие человечки перебрались в дом. Тоня, удивительным образом, пошла на поправку, и, спустя месяц, Зинаида рассказала о своей тайне, которая стала их общей на долгие годы.
***
– Интересная сказка, – зевая произнёс юноша. – А на сколько долгие годы?
– Старый хрыч тебе и об этом рассказал. Что ж... – всё произошло в одну секунду. Старуха исчезла, перед ним стояла девушка с чёрными, как смоль косами. С глазами, в которых тонули звезды, её белый длинный сарафан с красной вышивкой по подолу был не из этого времени.
– А как же Тоня, почему она...
– Умерла? Потому что я так решила. – Зинаида схватила глиняный горшок и ударила Виктора по голове. Юноша потерял сознание, и сполз со стула. – Я ж не знала, что сестрица и Федора посветит в нашу тайну. – прошептала она волоча юношу за ноги в дальний угол дома. – Эй, мелкая, вылезай из сумки! Пора воссоединиться с семьёй!
Стеша выглянула из сумки и, на негнущихся ногах, подошла ближе к Зинаиде. Девочка посматривала в дальний угол, где белели кроссовки Виктора.
– Ты убила его?
– Что ты, оглушила только, – женщина равнодушно махнула рукой. – Через пару часов придёт в себя.
– Почему ты такая злая? – губы девочки дрогнули, а нос сморщился.
– Не смей реветь, – рявкнула Зина, девочка вздрогнула и затихла. Женщина взяла девочку в руки и вышла на улицу.
Дождь лил нескончаемым потоком, но Зинаида не обращала на него внимания. Её волосы прилипли к щекам, бордовое пальто стало чёрным от воды. Она посадила Степаниду в карман, прикрыв ладонью.
На месте старой часовни почти ничего не осталось, обгоревшие головешки валялись в траве, среди уцелевших крестов.
– Куда мы идём? – пропищала Стеша из кармана.
Зинаида остановилась посреди развалин и дёрнула за кольцо, торчащее из земли. Крышка скрывающая подпол, с трудом поддалась. Деревянная лестница вела в тёмный земляной подвал. Женщина спустилась на пару ступеней и закрыла крышку над головой, щёлкнул выключатель и где-то вдалеке зажглась лампочка.
Земляной коридор тянулся на 10 метров в глубину и вёл в небольшую комнату со стеллажами. Посередине стоял большой стол. Женщина поставила бледную Степаниду на стол, которая не моргая смотрела перед собой. Большая клетка с частыми прутьями возвышалась почти до потолка подпола, разделённая внутри на несколько ярусов. Маленькие человечки суетились внутри, перебегая с одного этажа на другой. Кричали, просовывая свои маленькие ручки к Зинаиде. На полках стояли клетки поменьше, но из них уже не доносилось ни звука. 
– Ой, Мамочки! – прошептала девочка и закрыла ладошками лицо. – Зачем ты так с нами?
Зинаида опять превратилась в старуху и села на лавку, её морщинистые руки теребили подол серого платья.
– Мы с Тоней не знали о даре молодости, принимая это за наследственность. Потом Тоня вышла замуж и решила забрать вас в город. Я не была против, пока она не уехала. За считанные минуты, мои волосы стали седыми, кожа покрылась старческими морщинами. Мой муж, Фёдор...
– Как Фёдор? Фёдор Петрович?
– Да, тот ещё подлец, он слышал мой разговор с сестрой, когда я просила вернуть мне несколько человечков.
– Ты просто нас использовала.
– И что? Вы сами виноваты. Почему кто-то может жить веками, а я должна превращаться в развалину. Но Тоня отказала мне. И я старела, пока она всё больше расцветала. И Фёдор ушёл к ней, как только сестра овдовела.
– Так тебе и надо! – крикнула Стеша.
– Замолчи, – старуха ударила кулаком по столу. – Но я всем отомстила.
– Но ты до сих пор не помолодела. Мой народ никогда не даст тебе дар. Даже если ты всех нас убьёшь.
– Они тоже так говорили, – Зинаида кивнула на пустые клетки, дно которых было усыпано крохотными белыми косточками. – Пока одному из Ваших грозит опасность, остальные готовы отдать не только молодость, но и жизнь.
Она достала из-под стола стеклянную банку, На дне которой сидел Прошка, худой с синяками под глазами, он еле дышал. Тонкая трубочка для подачи воздуха торчала из крышки. Зинаида накрыла трубочку пальцем. Маленький человечек открыл глаза и переполз к стенке банки, уперевшись ладошками.
– Отпусти его, сейчас же! – Стеша подбежала и начала бить маленькими кулачками по толстому стеклу. Прошка ласково посмотрел на девочку и подмигнул, его глаза закрылись и он сполз вниз.
– Проша, Проша! Пожалуйста, дай ему дышать! – голос Стеши сорвался, слёзы бежали по щекам, девочка запустила руки в свои волосы, – Думай, думай...
Она сделала несколько шагов назад и побежала, выставив руки вперёд. От толчка банка покачнулась, старуха вскочила с лавки, пытаясь её удержать, но старческие пальцы потеряли былую ловкость. Банка проскользнула между ними и с громким звоном упала на деревянный пол, разлетевшись на мелкие осколки.
Степанида спрыгнула на лавку, с лавки на пол и подбежала к другу.
– Прошенька, очнись. Ну, очнись, пожалуйста! – девочка взяла его холодные ладони в свои и закрыла глаза. Она никогда этого не делала, но видела, как старейшины передавали свою жизненную энергию слабым. Ладони стали тёплыми, жар в них разгорался, но боли не было. Энергия ярким потоком побежала по рукам к самому сердцу Прошки. Его дыхание стало более глубоким. Щеки порозовели.
В этот момент старуха схватила девочку за ворот кофточки и поднесла к своему лицу.
– Глупая, думаешь, ты спасла его? Ты только продлила его мучения. – Зинаида отодвинула старую тряпку, висевшую на стене. За ней были спрятаны полки с сотней таких же посудин. В каждой сидел маленький человечек...
Глаза Степаниды расширились от ужаса, она чувствовала боль каждого из них, как свою. Отчаяние и безысходность читались в их глазах. Их никто не найдёт в этом проклятом месте. Надежды на спасение не было.

Глава 6
– Витя, Вить, живой? – голос деда еле долетал до сознания сквозь туман и боль в голове.
– Дед, ты как здесь? – рыжий приподнялся на локтях и застонал, – Эта...с чёрными волосами, чем-то меня ударила. А где Стеша?
Он, не обращая внимания на боль вскочил на ноги и пошатываясь осмотрел дом. Девочка пропала.
– Она унесла её. Уверен и других она похитила. Дед ты же знаешь Зинаиду, куда она могла уйти?
Фёдор переминался с ноги на ногу и посматривал на дверь.
– Ты опять что-то скрыл? Сколько можно врать, от нас зависят жизни этих невинных существ. – Виктор подошёл вплотную к старику. За последние два дня, дед очень постарел. – Федор Петрович, эта женщина не в себе. Понимаешь?
– Да, Виктор. Наверное, правда пришло время все рассказать. – старик сел на лавку и начал рассказ. Юноша слушал не перебивая, только вздыхал и осуждающе качал головой. – После Тони, я спрятал их от неё, не для себя. Я хотел искупить вину, то что мы их использовали в своих целях.
Он достал старый альбом и зашелестел страницами.
– Вот этот снимок, – он протянул его Виктору. – На заднем фоне...
– Старая часовня. Это рядом?
– За полем. Я помню это место, сестры там подкапывали землю, чтобы у человечков была энергия.
– Пошли. Значит она там их прячет.
– Но это было очень давно. Может уже там нет ничего.
– Пошли говорю.
Сумерки опустились на деревню, дождь прекратился и половинка луны бросала свет на заросшее поле. Виктор достал фонарик и светил на дорогу. Старик семенил позади, стараясь не отставать.
Чёрные кресты могил всплывали призраками из темноты. Рыжий вздрагивал и отводил взгляд.
– Что за жуткое место! – он споткнулся об обгорелое бревно, и выругался.
– Пришли. – Федор обошёл внука и остановился в центре сгоревшей часовни. – Дай фонарь.
Он направил свет себе под ноги. Железное кольцо было поднято, значит кто-то его трогал не так давно. – Она внизу, в подполе. Если мы откроем крышку, она услышит и может навредить Стеше и другим. Предлагаю, дождаться, когда она сама выйдет.
– А если она не выйдет? Ты можешь ждать здесь, а я спускаюсь. – Виктор решительно дёрнул кольцо, открыв подвал. В подполе началось какое-то движение. Юноша спустился вниз и направил фонарь в темноту. Никого не было видно.
– Зинаида, тебе лучше отдать нам человечков. – крикнул он. В ответ, из темноты вылетел камень, от которого он чудом увернулся. – Вот дрянь.
Виктор вернулся к крышке подпола и громко ей хлопнул, погасив одновременно фонарь. Тишина длилась минут пять. Затем в конце коридора зажглась тусклая лампа. И тень старухи мелькнула в проёме. Никого не увидев, она вернулась в коморку.
Виктор шаг за шагом шёл по коридору. Он уже мог различить стеллажи с клетками, фигуру Зинаиды за столом и...
Он чуть не выдал себя, вовремя закрыв рот рукой. Перед старухой стояли банки с человечками. В одной из них сидела Стеша. Полоумная старуха стучала по стеклу то одной, то другой банки, явно забавляясь, видя ужас на лицах беззащитных существ.
– Отойди от стола, старая карга, – громко крикнул Виктор и вышел и темноты. В руках у него была палка, которую он взял скорее для запугивания.
Зинаида в ужасе отскочила к стене, пытаясь превратиться в молодую. Её лицо начало меняться, одна половина молодела, другая наоборот покрывалась морщинами, страшная перекошенная маска застыла на её лице. Оставив эти бесполезные попытки, старуха схватила банку с человечком и бросила её в Виктора. Юноша поймал посудину на лету и поставил на полку. А следующая банка уже опять летела в него. Ещё и ещё.
В последней сидела Стеша. Старуха взяла банку и потрясла, девочка словно мячик отлетела от одной стенки к другой.
– Поиграем внучок? – она медленно обходила стол, слегка потряхивая сосуд.
– Если с ней что-нибудь случится, я сам придушу тебя. – процедил сквозь зубы Виктор.
– Ты же не ударишь старую женщину?! – скрипучим голосом произнесла старая ведьма.
– Ты не женщина, ты убийца!
Теперь старуха стояла у выхода, она бросила банку в сторону, и побежала по коридору, выключатель щёлкнул и свет погас. Крышка подпола громко захлопнулась.
Виктор включил фонарь, руки дрожали. Он боялся увидеть бездыханное тело девочки в осколках стекла. Луч высветил ворох старого тряпья в углу, на них и упала банка.
– Степанида... – рыжий положил фонарь на стол и открыл крышку. Девочка лежала на животе и не двигалась. – Господи, маленькая, давай же приди в себя.
Он просунул ладонь в горлышко банки и аккуратно, пальцами пододвинул её маленькое тельце к себе. Виктор положил её на тряпки. Слёзы затуманивали его взор. Он тихо похлопал её по щеке, взял за запястье, пытаясь нащупать пульс.
– Стеша?
– Открой клетку, – человечек за решёткой махал ему рукой. – Ей нужна энергия других.
Виктор отодвинул засов освободив земляной народ.
Он опустил тело девочки перед седобородым старцем, который взял Стешу за руки, остальные встали плотным кольцом, по их рукам двигался поток жизненной энергии, устремляясь к телу девочки. Стеша открыла глаза.
– Папа, – прошептала она и расплакалась, уткнувшись в бороду старейшины.
– Теперь надо выбираться отсюда, – сказал Виктор, когда все пленники были освобождены.
– А что со старухой? Она ведь не оставит нас в покое. – сказал Прошка.
В подпол потянуло дымом, наверху что-то горело. Виктор нашёл старый ящик для овощей, земляной народ забрался внутрь. Юноша открыл подпол и вытащил ящик наружу. На другой стороне поля горел старый дом Зинаиды. Виктор огляделся ища глазами деда, но Федора Петровича нигде не было. Плохое предчувствие холодком прокралось в самое сердце юноши.

Глава 7
– Далеко ли собралась Зинаида Ивановна? – Федор сидел на бревне рядом с подвалом.
Старуха с перекошенным лицом зло плюнула в его сторону и поковыляла через поле.
– Где мой внук? – крикнул он, но ответа не получил, его ненависть к этой женщине разгорелась с новой силой. Он сжал кулаки и пошёл за ней: «Теперь ты не скроешься, слишком много горя ты причинила своей семье.»
Он зашёл на крыльцо и закрыл за собой дверь на засов. Раздался шум, крики и затем тишина... мёртвая тишина.

 Спустя несколько минут крыша дома вспыхнула. Огонь быстро пожирал трухлявое дерево. Стекла со звоном разлетелись вдребезги. Ночное небо озарилось всполохами и чёрный дым перекрыл луну.
Виктор бежал по высокой траве, ноги скользили.
Головешки с крыши летели в разные стороны.  Он накрыл голову курткой и плечом ударился об дверь. Ещё раз, плечо ныло от боли. Но страх за деда был сильнее. Старый засов крепко держал шпингалет с той стороны. Рядом с крыльцом юноша увидел ржавый топор. Не долго думая, он схватил его и просунул острие в щель между дверью и косяком. Действуя, как рычагом он сумел открыть дверь. Ворвавшись внутрь он увидел старуху, она сидела возле печки, её мёртвые глаза смотрели в потолок, а вокруг шеи были обмотаны кружева с её чёрной шляпки. Дед лежал рядом, в плече торчал кухонный нож, он был жив.
Дышать становилось всё труднее, дым плотными клубами валил с чердака, огонь уже добрался до крайней комнаты и быстро распространялся, окружая людей. Виктор кое-как поднял деда на руки. Верхняя балка заскрипела, заискрила и рухнула прямо за спиной Виктора. Из последних сил, задыхаясь от гари он прыгнул с крыльца и, упав в грязь со своей ношей, отполз подальше от бушующего пламени.
Дед приоткрыл глаза и похлопал внука по плечу.
А маленькие человечки уже были рядом. Они плотным кольцом окружили людей, делясь своей вечной магией добра.

Эпилог
Машина остановилась возле небольшого, но крепкого дома. Его белые резные ставни были свежевыкрашенны. Низкий палисадник с яркими островками цветов, красиво дополнял общую картину. Из калитки, радостно лая, выбежал рыжий пёс. Признав своих, он поскуливал и вилял хвостом.
– Клык! – маленький рыжий мальчуган выпрыгнул из машины и сел на колени рядом с псом. Клык поставил передние лапы ему на плечи и счастливо лизнул маленького хозяина в нос. – Хороший, хороший! Пошли деда найдём.
Они скрылись за домом. Виктор достал сумку с вещами. Он несколько лет не видел деда. Когда родился Алёшка они всей семьёй часто приезжали в деревню. А потом, заботы, работа.
Завтра у деда день рождения, ему уже 80. Но он молодец, крепкий. Жизнь в деревне только на пользу.
– Чего встал, как истукан? – Федор расставил руки и крепко обнял внука. – Как ты? Всё хорошо? – Виктор согласно кивнул. – Ну и замечательно. Пацан как вырос, а на тебя как похож. Ладно, пошли. Сегодня баньку затопим, верно Вить?
– Конечно. Ради твоей баньки и ехал. – он приобнял деда за плечи, – Соскучился я дед!
– Пошли, пошли...
Вечером после бани Виктор сидел на крыльце, рядом стояла чашка с ароматным смородиновым чаем. Дед катал мяч с Алёшкой, который весело смеялся, когда обыгрывал старика. Одна мысль не давала покоя Виктору. После того, что случилось, он никогда не спрашивал Федора о человечках. Фёдор Петрович тоже не поднимал этой темы, сказав только, что земляной народ ушёл. И что всем будет спокойнее, если о них все забудут. Виктор согласился. Но ему часто снилась маленькая курносая девчушка, с лохматыми стриженными волосами. Иногда, ему казалось, что Лёшка чем-то её напоминает.
И сейчас, сидя на крыльце он вспоминал о Стешке. Где-то в доме, на чердаке раздался непонятный звук, словно что-то тяжёлое упало на пол. Мужчина поднялся и прошёл в дом. Звук опять повторился.
Виктор поднялся по крутой лестнице и открыл дверцу ведущую на чердак.
«У деда даже чердак идеально чист.» – с восхищением подумал он. На полу лежала старая чугунная сковорода, как будто её специально положили посередине. Мужчина поднял её, повертел в руках и повернулся к шкафу. Открыв его, он вздрогнул, сковорода упала ему на ногу, отчего Виктор вскрикнул и громко выругался.
– И тебе хорошего вечера, Витюша! – Степанида сидела на полке и болтала ногами. Она улыбнулась открытой и счастливой улыбкой, от которой появились маленькие ямочки на щеках.
Мужчина рассмеялся, хотя ногу действительно было больно.
– Привет, Стешенька, можно? – он протянул ей ладони и она, кивнул, спрыгнула к нему в руки. Он рассматривал её, замечая, все изменения. Её некогда лохматые волосы выросли, и теперь были заплетены в две косы. Из пацанёнка, Стеша превратилась в девушку. Но глаза и курносый нос с веснушками остались прежними.
– Я очень скучал по тебе, маленькая! – просто сказал он.
– Я знаю, – её щеки покраснели, – Я видела твоего сынишку. Он такой замечательный! Я бы хотела с ним познакомиться.
– Думаешь это хорошая идея? – Виктор с сомнением посмотрел на Стешу.
– Папа, пап, – рыжая голова вынырнула из-под отцовской руки, а его глаза широко расширились, увидев маленького человечка на ладонях у отца. – А это кто? – шёпотом спросил мальчик и посмотрел на Виктора.
– Это...
– Привет, Лёша! Меня Стеша зовут. Будем дружить. – она протянула ладошку и подмигнула мальчугану. – Будет весело, обещаю!
 
КОНЕЦ