О книгах Джона Фаулза Коллекционер и Волхв

О книгах Джона Фаулза «Коллекционер» и «Волхв».
И о трансформации боли
Вначале я прочла книгу Фаулза «Коллекционер. Тогда-то и задумалась о трансформации боли. Формы, которые принимает боль, проходя через душу человека, и есть суть познания себя и смысла жизни.

Книга «Коллекционер» изложена очень образным и сочным языком. Сюжет, хоть и кажется простым, на самом деле невероятно тяжелый, и глубоко психологичный. Впоследствии я узнала, что по этой книге снят знаменитый фильм «Коллекционер», который получил премию Оскар еще в 1965 году.

Так получилось, что почти в то же время, когда я размышляла над книгой, мы с мужем смотрели в кинотеатре фильм «Караваджо». И сравнение двух сюжетов, фильма и книги, привело к мысли о том, что трансформация боли, и желание демонстрировать ее у каждого свое.

Так случилось, что пока мы добирались до кинотеатра, насквозь промокли под проливным дождем. Людей на сеанс собралось не много. И, зачем-то, в кинозале на всю мощность включили холодный кондиционер. Я ужасно замерзла, вжалась в кресло и укрывала себя курткой, была рада окончанию фильма. Это оказало свое влияние на восприятие и без того сложных работ Караваджо.
Столько в них страдания и боли, да еще я замерзла совсем!

В этой связи, однако, мне вспомнился знаменитый русский художник Кустодиев. Будучи неизлечимо больным человеком, он воспевал в своем творчестве жажду и радость жизни. Сам умирал, а писал работы яркие, праздничные, полные света, торжества жизни.
Словно два разных мира, скорее мировосприятия. Тревога и крик Караваджо, и безмерная радость жизни Кустодиева.

Книга «Коллекционер» писателя Фаулза, творчество Караваджо, изображающего эмоции боли и зла, и умирающий художник Кустодиев, который рисовал очарование жизнью, - как они между собой связаны?
Почему Кустодиев, умирая, воспевал жизнь и подавал её в таких ярких и сочных тонах? А Караваджо выпячивал в своих работах невероятно болезненные моменты страдания и зла, человека в самых страшных его побуждениях. 

Фаулз написал притчу о коллекционере, в котором безликость главного героя Калибана (Фердинанда) в результате побеждает человечность и любовь юной красавицы Миранды, ставшей жертвой психически больного человека, выкравшего её, и умертвившего, в результате, в подвале своего дома.

Оказавшись в плену, Миранда ведет дневник. Таким образом, она, как бы, спасается своими воспоминаниями, мыслями о другом, любимом человеке, проживает другую, внутреннюю жизнь, которая уводит ее от реальности заточения в душном подземелье, и возвышает над ситуацией.
Это способ противостоять обстоятельствам, обращение души к высшему и духовному, к любви и свободе, будучи лишенной свободы. Она, в какой-то степени, взывает и к Богу. Но ощущения контакта с Высшей силой не чувствуется.
Фаулз привел героиню к печальному концу, не позволив, или не дав ей возможности иначе решить свою судьбу. Миранда умирает в страшных муках. Путь общения с Богом, вера и чудо такого общения, не помогли, они в книге отсутствуют. Но ведь это не реальная история, а притча, и автор здесь Фаулз, а не Господь Бог. Та книга, которую писал бы Всевышний – она была бы иная.

Кустодиев внешне, и внутренне умирает, но пишет радостные, наполненные жизнью картины. Он заперт в своей внутренней тюрьме – неизлечимо болен, но он вырывается на свободу через творчество, и живет в нем по сей день, являясь для многих образцом красочности жизни.

Караваджо обращен из сложностей и тягот жизни к воплощению в творчестве совсем иных эмоций. Яркие и красочные сцены изображают вершину боли, момент надрыва: отрезанные головы, вопли, страдания – это его призыв к миру, он кричит своими работами, но о чем? Посмотри мир, какой ты уродливый, даже если это касается историй о Боге!

Книгу «Волхв» взялась читать под впечатлением философии Фаулза о трансформации боли.
Читала, читала, хоть и с перерывами от непростого чтения, но с удовольствием. Мне было любопытно к чему все это приведет?
То, что проделывали на греческом острове с главным героем Николасом, как мне казалось, должно было иметь особый смысл, развязку, достойную замысла сюжета.
Вопреки уверенности Николаса в реальности происходящего, меня сбило с толку название романа, и я, как бы, держала за скобками, что появляющиеся фигуры – нереальны, вымысел, или гипноз…
Неспешность повествования, объем книги более чем в 700 станиц, порой даже умиротворяли как-то. Потихоньку смаковала философские размышления, аллюзии, аллегории, отсылки к литературным произведениям, истории.
Особое место отведено описаниям эротики, страсти и желаний.
Но, в конце концов, почувствовала, что увязаю в каком-то месиве, из которого хотелось поскорее выбраться, а куда и как автор не подсказывал.
И вновь упоминания в тексте о Боге. Как будто все происходящее — это игра с Богом. Но, в то же время, герой постоянно утверждает, что в Бога он не верит. Тогда с кем игра? И кто ведет партию?
Наконец, усталость от повторяющихся оборотов сюжета стала угнетать.
И, на каком-то вираже, особенно там, где героиня заманивает «возлюбленного» в подземный люк, подвал, и он попадает в заточение, связанным и запертым, возникли параллели с «Коллекционером». Только в той книге безумный мужчина удерживал девушку. А здесь, вроде, наоборот. И опять безысходность. И вновь претензии на глубину познания психики человека.
Только тут все выходило просто: герой, как бы, попадал в сложные ситуации, но особенно не мучился. Разве что переживания терзали его.
Что ж, он освобождался от иллюзий. В этом смысле понятен замысел автора, обернувшего его в слюду непонимания ситуации, и тайну. Только вот зачем все это?  Так и не поняла.
Ибо, ни он сам, ни героиня, ради которой он все это претерпел, не внутренне изменились. Пережив столь кошмарное вмешательство в судьбу, она просто выждала время, чтобы появится вдруг, весьма обыденно. Да и он не свернул с пути обычного своего отношения к людям.
Совсем не такого финала, честно говоря, ожидала от книги.
Вроде все в тайнах, в загадках, и разгадка вот-вот появится, и она должна быть столь же оригинальна, как и все описанное ранее, но нет. Банально и скучно. Парк с желтыми листьями, скамьи, газон, герой и героиня стоят лицом друг к другу. Пощечина. Сквозь зубы «Не-на-ви-жу!»
Чем ни финал мыльной оперы?!
И чувствуешь себя обманутым – вели, вели за нос по лабиринту к какой-то тайне, а вывели вот в этот парк с бытовой сценой. И все. Напоследок, зашифрованное в стихах на незнакомом языке обещание большой любви. И, гуд бай!  Чисто английское прощание с читателем.
Куда больше размышлений и путешествия сквозь душевный груз к тайне внутренней свободы остались после прочтения «Коллекционера». И глубже, и серьезнее та книга. И герои с выпуклыми характерами и понятными целями.  Хоть и муторно, и жаль героиню, и осадок после прочтения горький, и хотелось бы иного конца – но там страдания, и драма. А в «Волхве» и пафосно, и многословно. Да и название чуждо сюжету, как мне показалось.
Но смысл трансформации боли и перехода на другой уровень в результате отказа от иллюзий, хоть и не так ясно, но прочитывается между строк.
Так что зимний дождь, и холод в кинотеатре во время фильма о Караваджо, и радость жизни в картинах умирающего Кустодиева, и творчество Фаулза – все о том же, о страданиях, о любви к жизни, и о внутренней свободе. И в этом их неоценимое значение.