Желание

В Памяти нет образов, которые можно назвать воспоминаниями. Есть непрерывный поток смещений — калейдоскоп состояний без источника. Они не требуют внимания и не задерживаются, пока один из них не фиксируется.
Не событие, не эмоция, не мысль.

Просто исчезло напряжение.
Мир перестал требовать.
Подсознание зафиксировало  состояние кратковременного счастья , когда было  зафиксировано отсутствие сопротивления.
Эта отметка  сохраниться навечно.
Такие  эпизоды  считаются в подсознании очень значимыми.


Настоящее состояние  не было плохим.
Оно выглядело  в реальности  чрезмерным.
Любое действие имело вес.
Любое решение требовало участия.
Любое присутствие ощущалось как давление.
И в этом давлении  возникло желание,  как указание на несоответствия.
Желание не говорило, что конкретно  нужно.
Оно говорило только одно: чего то нехватает.
Сознание  получило цель, сделать хорошо и ещё лучше.
Оно получило направление.
Желание  обещало награду.
Оно  предлагало завершения, чего то незаконченного.
Оно просто делало текущее состояние недостаточным..
Так появилось движение.
Сознание в ответ начало менять параметры жизни —  ради результата,  ради снижения внутреннего давления. Любое изменение  оправдывалось, потому что оно хотя бы что-то делало с ощущением неполноты себя в этом мире.
Каждый новый шаг  приносил облегчение.
И он подтверждал сам факт желания и своего существования.
И этого хватало, чтобы продолжать.
Желание  удовлетворяется и это стало способом  быть здесь в этом мире.
Жизнь постепенно выстроилась вокруг этого движения. Не как путь к чему-то, а как серия попыток уйти от текущего состояния. Работа, выборы, связи, перемены — всё стало вторичным. Первичным стало ощущение: нужно двигаться, иначе станет слишком поздно.
Так желание перестало быть эпизодом.
Оно стало структурой.
Оно не требует исполнения.
Оно требует продолжения.
И жизнь, подчиняясь, превратилась в погоню без объекта — не за призраком и не за счастьем, а за уменьшением давления, которое никогда не исчезает полностью.
Не потому, что мир плох.
А потому, что однажды было зафиксировано состояние, в котором мир был проще. И мы были молоды и наивны.