Без меня

Всё начиналось как обычно, можно сказать рутинно. Ничего как говорится, не предвещало, но получилось как получилось. Собрались мы значит на охоту. На лося, загоном. Шесть человек, все опытные и знакомы друг с другом много лет, костяк нашего первичного охотничьего общества. Сезон  с самого начала удался и к его середине, на руках, осталась только одна бумага. Поэтому и коллективная охота, так сказать завершающая. Ну как завершающая, увлёкшись охотой на лосей мы почти забыли про косулю, а разрешения на неё ещё оставались.
Валера, егерь общества и наш соратник по совместительству, ещё вчера до обеда всех обзвонил с известием, что к нам пришёл здоровый бык. К нам, это значит на его солонец. Бык - это хорошее завершение сезона. Было принято однозначное решение: охоте непременно быть.
Так уж получилось, что всех забирать пришлось мне, потому как подходящий транспорт был на то время только у меня, а именно УАЗ, «санитарка», «буханка», как угодно можно его называть. Валера посоветовал с утра не выдвигаться, по причине заморозка. Снег будет скрипеть, а это осложнит охоту. К обеду немного отпустит и даже как бы потеплеет. Действительно, с крыш закапало, дороги опять расквасило, одним словом красота.
Солонец Валера обустроили на краю бора, в осиннике. Мелкий осиновый подрост переходил в сосновый реликтовый лес, в центре которого располагалось не проездное и непролазное моховое болото. Лоси по своему обыкновению кормились в осиннике, заглядывали в обязательном порядке на соль, а в случае опасности уходили бором в болото. Так что пути бегства нам были понятны и не раз проверены.
Так как местность была знакома всем, не хуже собственных огородов, а путь отступления был один, то и в загон пошёл только Валера. Задача которого, состояла только в том, чтобы толкнуть быка с солонца. Валера молча вышел из автомобиля, легонько, без щелчка прикрыл дверь и махнув рукой, потихоньку двинулся в сторону солонца, по дороге разглядывая следы. Я даже скорость не выключал, просто выжал сцепление, чтобы не хрустеть шестерёнками и гружёный людьми автомобиль, покачиваясь, повёз остальных расставляться по номерам. Загон в этом месте, был относительно не большим, не более километра и даже, не побоюсь такого определения, лёгким. Рассказывать и тем более указывать, никому ничего не надо, все знают свою очерёдность и место номера. Я приостанавливаюсь, стрелок предварительно зарядившись и не хлопая дверью, выходит на раскисший снег, а я качусь далее. По понятным причинам, я скоро остался в автомобиле один, выкатил его на, заросшее рыжей полынью поле, а сам вернулся на край бора. Отправил Валере сообщение на телефон о всеобщей готовности, с недавних пор перестали пользоваться рациями, по причине их шумности и несдержанности некоторых участников охоты, и весь обратился во слух и зрение.
Номер у меня был самый, что ни на есть бесперспективный, а что делать, такова доля водителя. С одной стороны я просматривал широкое поле, а с другой мне обзор и возможность выстрела ограничивал осиновый молодняк. В руках же я держал, поглаживая, новенького «вепря», с новой же, только пристрелянной, оптикой.
По причине потепления, подул ветерок, раскачивая верхушки сосен, сбрасывая шишки и сухие веточки, низкие облака казалось цеплялись за верхушки деревьев. Ширина ленты бора, в этом месте, не превышала пятисот метров, как раз для пятерых стрелков. Сам лес был разделён несколькими неглубокими распадками, а номера располагались по гривам и имели отличный обзор.
Наверное я увидел быка первым, в подлеске, в сторону поля, что-то мелькнуло, далеко, ещё и сумрачно в бору. Выглядываю на поле, никого, только УАЗик стоит, как памятник отечественному автопрому, надёжному как банковский сейф. Мелькнуло в обратку, видимо страшный гений ульяновского завода напугал зверя. Пока он не подошёл на метров семьдесят, я его так и не распознал. Бык бежал, с остановками, в секторе соседнего номера, на Алексея, но тем не менее я снял карабин с предохранителя и поймал цель в перекрестье оптики. Как отлично видно, оптика немного подсветляла цель и сохатый шёл как бы в замедленной съёмке. Нас разделяла полоса мелкого осинника и стрелять было бы затруднительно, зная по опыту, что пули будут уходить рикошетом от мелких веточек, а вот между Алексеем и целью должно быть чисто. Почему он медлит, у него же «тигр» и тоже с оптикой, хотя какая тут оптика, на коротке уже. Выстрел. Ага. Ещё. Лось прибавил скорости и перешёл на рысь. Да что ж такое, мажет он что ли? Кладу палец на спусковой крючок. Отчетливо вижу, даже через ветки. Ещё два выстрела. Алексей начинает частить. За мандражировал. Пятый выстрел. Вижу как вылетает шерсть с кровью из под лопатки у зверя. Так он прошивает тушу насквозь. Мощный заряд «тигрового» патрона с короткого расстояния, если не задевает важного ливера, то не останавливает большого зверя. Алексей, перед охотой, ещё похвастался новыми чешскими патронами. Но вот сохатый остановился и его начало качать из стороны в сторону. Готов. А выстрелы не смолкли. Не может быть. У Алексея магазин на пять патронов, не мог он так быстро его заменить. И выстрелы другие, по глуше.
Сходил за УАЗиком, полынное поле почти очистилось от снега, подъехал к Алексею. Он наклонился над тушей лося, ощупывая её пальцами.
Спрыгивая с кабины автомобиля, я не стал оставлять похвалу на потом.      - Молодца Леха, ни на секунду не сомневался в тебе.
Алексей выпрямился, засиял как начищенная бляха на сержантском ремне. - Да? Прикинь, я ведь в него все пять попал, а он идёт и идёт. Бронированный что ли.
«Здоровый бычара, - я нагнулся над быком, осмотрел попадания, из под туши натекала, растапливая снег, лужа крови, - Ты свои патроны оставь на глухаря, а на сохатых бери полуоболочку. А кто ещё стрелял?»
«Я так понял Вовка, вот за гривкой. Косулю наверно или глухаря. Валера же сказал, что здесь только один бык, - Алексей, от восторга почти танцевал вокруг лося, мне показалось, что ещё немного и он бросится целовать свою добычу, - Кстати, а у тебя бумага на косулю с собой».
Недобрые предчувствия заметались в голове.
- С собой, с собой. Поехали, посмотрим, что там.
Алексей заметно заволновался, сделал пару шагов у автомобилю, неуверенно оглянулся.
- А бык?
Пришлось успокоительно и жизнеутверждающе похлопать его по плечу.    - А бык уже никуда не убежит. Ты нанёс ему тяжкие телесные повреждения, несовместимые с жизнью.
Скатившись с гривы, я подъехал к Володе, хоть и молодому ещё парню, но основательно влившемуся в наш коллектив. Как раз подходили и ещё два участника, братья Саша и Паша, мужики с опытом и уже в годах.
Я спрыгнул из кабины на размякшую дорогу: «Вова, это ты стрелял?»
Вова нервно, немного с вызовом, выбросил недокуренную сигарету: «Я».
Мне это не понравилось: «Ну и?»
Вова, неоправданно радостно, вытянул руку и даже сделал пару стремительных шагов в указуемом направлении.
- Вон же, вон, корова лежит. Нормальная такая корова.
Понемногу я начал заводиться, ситуация, когда никто не осознаёт рухнувших на всех нас, несколько минут назад, проблем, пугала, пришлось повысить тональность нашей непростой беседы. 
- Я вижу, что не маленькая. А ещё я вижу, что это перестрел. Ты же слышал, что Леха стрелял.
Неожиданно Вова перешёл на истеричный тон и его фальцет заметался под кронами сосен.
- Ну и что, да когда Леха куда то попадал. Кто нибудь пусть вспомнит, куда попал Леха, кроме как ногами в жир. Ну подстраховался значит. А что делать? Она идёт как в тире. Не было сил отказаться.
Я уже скрипел зубами, но Вова был неплохим парнем, при чём как правило спокойным и надёжным и внезапная громкая истерика как то поставила меня в тупик.
- Это то я понимаю. Что делать то станем?
Саша и Паша молча курили бросая друг на друга быстрые взгляды. Алексей, самый старший из нас и наиболее рассудительный тоже молчал, не спуская тяжёлого взгляда с коровы. Тем временем подтянулся из загона Валера, подошёл к уткнувшейся мордой в куст краснотала лосихе, оглядел её и доставая на ходу пачку сигарет, подошёл к нам, прикурил, не торопясь стряхнул с серой куртки прилипшие сухие листики и колючки, бросил взгляд на Алексея.
- А бык где?
Алексей мотнул головой за спину.
Валера сплюнул себе под ноги, снял шапку, вытер ей пот со лба и утверждающие спросил.
- Судя по следам бык не маленький.
«Огромный, я таких и не видал даже. Слон, а не бык, - Алексей опять засиял и даже начал размахивать руками как рыбаки показываю размеры своего улова, - Валера, я в него пять раз попал, а он идёт и не падает. Идёт и не падает».
«Да слыхал я. Патроны поменяй, - Валера внимательно посмотрел на Вову, - А матку кто вальнул?»
Володя перетаптываясь, молча отвернулся и стал пытливо рассматривать серое небо и раскачивающиеся кроны сосен.
Валера глубоко затянулся и цыкнул зубом.
- Вова, ты что ли, а чего пять раз стрелил, а дырочка всего одна?
Вова продолжил всматриваться в неразгаданное небо.
- Вскипел малость.
Как говорится, смеркалось. Надо было, что-то делать. У меня на этот счёт никаких чётких инструкций в голове не имелось, а вот злость присутствовала.
- Вскипел говоришь, а как же наш договор? Как? Никаких перестрелов и прочих не потребностей. И что теперь прикажешь делать. А? Надо, что-то решать, темнять начинает.
Володя почесал затылок, сдвинув шапку на лоб и с трудом выдавил из себя.
- А что тут решишь, ну не бросать же мясо.
- Что? Что ты, чёрт тебя подери, такое несёшь. А если нас прихватят с двумя лосями. Это уголовка, ты же понимаешь. И конфискация всего, что у нас есть с собой и даже чего нет. Даже бросить не получится, мы тут так натоптали и накатали. А ещё, мой маленький дружок, в этой мёртвой даме, сидит пуля с нарезами от твоего ствола.
Алексей сделал шаг вперёд, вклиниваясь между нами и предложил.
- Если есть знакомые у которых на руках бумага, то можно перекупить у него или пусть приедет, заберёт эту чёртову корову.
Вова за его широкой спиной несогласно чихнул. Мне идея понравилась, но шансов на её исполнение было ничтожно мало, пришлось немного скорректировать.
- Ну кто поедет, кому это надо. Ты сам бы поехал? Лицензии они с неба не падают и в магазинах пока не продаются. Вот то ж. Но мысль дельная. Надо звонить председателю, может у него кто не выкупил лицензию, всё-таки денег не малых стоит, а может он приедет и свою закроет.
У Алексея мгновенно появился в руке телефон, а второй рукой взял меня за кисть: «Отличная идея. Я ему сейчас наберу. Минуту». Поднёс к уху телефон и отпустив мою руку, отошёл в сторону: «Привет. Ага, я. У меня дело, так сказать предложение, от которого никак нельзя отказаться». И отвернувшись от нас, побрёл в сторону противоречивой лосихи, дальнейший разговор был невнятным.
Повисло тягостное молчание, Валера прокашлялся и решился сделать предложение.
- Темнят, надо разделывать. А давайте порубим помельче, ну и типа сделаем из двух лосей одного.
Меня снова накрыла волна праведного негодования.
- Это ты, Валера, в своём героическом прошлом, мог из трёх козлов два сделать, сейчас такое не прокатит.
Вернулся Алексей.
- Нет у председателя лишней лицензии. Сказал, что ничем помочь не сможет.
Я в принципе другого и не ждал, поэтому сразу внёс заготовленное и как мне казалось, единственно верное.
- Надо звонить «госу», повинную голову, ну вы поняли. Ну выпишут административку. Но дела не будет. Мясо сдадим. Одна то бумага есть, значит злого умысла не было. А начнёт быковать, ну что ж, разберёмся в суде. Не в первой. Ну как?
Братья переглянулись и Паша сделал шаг вперёд, было видно, что говорить ему неприятно.
- Мы пожалуй пойдём.
- Куда пойдём, - я даже растерялся и развёл руками, - Как пойдём.
- Ногами пойдём, - зло ответил Паша, - Домой. Нельзя нам административку, никак нельзя. Есть у нас уже по протоколу. Если будет два, то лишение оружия на год. А нам оно надо? Мы даже и не стреляли. Вы тут разбирайтесь, а мы до дому.
От такого поворота событий я уже совсем потерялся.
- Да подождите вы. Подумать надо. Какие ещё протоколы? Когда успели?. В разговор вступил Саша.
- Ну пьяные мы были. На седьмое. Гаишники нас и приняли. Ты нас не держи. Звонить «госу», это никак. Гавно твой план. Не согласные мы.
Валера опять откашлялся, прочищая горло: «Тут это, такое дело. Матка то, это, с тогушем* была». Все молча, с непониманием смотрели на Валеру. «А что мне оставалось делать? А если вы не возьмёте? Зря что ли ноги топтал, - Валера из всех сил изображал раскаяние и тяжесть непомерного груза обстоятельств, придавившую его хрупкие плечи, - Короче, там он возле солонца и лежит касатик».
Алексей облегчённо хлопнул в ладоши и пару раз по плечу Валеры.
- Ну вот и всё. Вопрос решён. С двумя то перестрелами мы сдаваться не пойдём. Верно? Точно не пойдём. Поэтому надо думать, как этакую прорву мяса вывозить отсюда.
«Да как так то, - меня уже подбрасывало от возмущения, - Как. Я понимаю, что оправдание как дырка в жопе, есть у каждого, но отмазки у вас какие то корявые. У одного корова виновата, потому что шла как в тире, у другого тогуш виновен, потому как кто-то не хочет зря ноги бить. Как это так у вас получается? - я повернулся к Валере, - А чего ты сразу не сказал, про тогуша?» Валера пожал плечами: «Вы тут так орали, что наверное на трассе было слышно, никак невозможно было слово молвить».
Алексей примирительно развёл руками.
- Ну получилось и получилось. Никто не виноват. Обстоятельства, мать их. Надо что-то решать. Здесь будем раскидывать или как?
Братья обрадовано зашевелились и затараторили.
- Здесь, здесь. Ща, по быстрому раскидаем, пока не стемняло. Ножи есть, топор имеется. Можно и на кровях по маленькой.
Я опять возмутился.
- Так, братья кролики, а я думал вы уже с помощью ног к дому подходите. Чо надо?
- С какого перепугу мы пойдём то. А чо, план нормальный, теперича, нам ведь цельный лось достанется. Шутка ли».
Пришлось останавливать анархию: «Так, стоять, бояться. В таком раскладе сделаем вот как. Туши отсюда срочно вывозить, ну например в ельник, у депо. Место тихое и к дому близко. Здесь мы и нашумели и натоптали. Вы, - я ткнул пальцем в стрелков, - Гильзы свои ищите. Я думаю, снег к утру сойдёт и крови не видно будет».
Валера молча вытащил из кармана стреляную гильзу, показал и положил обратно. Опытный браконьер.
«Валера, дорогу через болото покажешь? - Валера согласно кивнул головой, - за болотом перепрыгнем трассу, а там уже почти в ельнике. Давай те грузить ушастых».
С тушами пришлось повозиться, особенно с быком, места в салоне почти не оставалось, так что оставшиеся в живых просто легли сверху. До ельника добрались не скоро, но без приключений, поскидывали лосей в молодом и густом подросте.
«Костра не жечь, только фонарики. Топорами не работать, только ножи. И прислушивайтесь постоянно. Мы с Лехой поедем отвезём всё оружие и мешков надо взять. Звоните по домам. Леха, нужна ещё машина, - Алексей согласно кивнул головой, - Шкуры и головы прикопать, где- то в УАЗике лопата есть. Так, ну вроде всё. Валера пойдём я тебе нож ещё дам».
Мы отошли с Валерой к автомобилю, я достал нож, верёвку и оселок, Валера оскорбленно отказался. 
- У меня своё есть.
Я примирительно настоял.
- Братьям отдашь, пригодится. Трех штук раздевать, шутка ли, править придётся каждые пять минут. А скажи мне дружище, почему я твоего выстрела не слышал?
У Валеры яростно зачесалось в глазу.
- Ну наверно потому что я дождался когда вы палить начнёте. А чо не так? - Сдаётся мне, Валера, что ты про тогуша то и говорить не собирался, а раскололся только после моего предложения позвать «госа» на огонёк. Объявляю в хате крысу.
Валера понял, что я немного отошёл и просто шучу, мгновенно расплылся в улыбке и перешёл на заговорщический шепот.
- Прикинь он даже не встал. С брательником бы к утру вытащили, кого там тогуша то этого, килограмм сто не более, за раз бы утащили. А чо, это я всегда в загоне.
Я горестно вздохнул. - И часто ты так крысятничаешь?
Валера вздохнул не менее горестно.
- С вашими правилами с голоду опухнешь, ну и ноги опять же.
По дороге в деревню я спросил у Алексея.
- Ты не знаешь где эти два оленя умудрились на протоколы попасть?
- И смех и грех. Посреди ночи у них закончилось и как водится поехали за добавкой в Сарачовку, к бабе Мане, самогон у неё отменный. А на трассе засада. Паша за рулём, его и оформили. Машину забрать хотели, а Саша и предложил за руль сесть, вот и права с собой. Ну менты и отпустили, а на обратном пути, другой то дороги нет, опять остановили и Сашу оформили.
- Молодцы, ума палата. А ты ведь председателю про перестрел не сказал.
- Не сказал. А зачем? Я был уверен, что как то так и разрулится.
- Ну ну. Выходи, приехали.
Когда я вернулся с мешками и без оружия, Алексей уже подогнал свой автомобиль багажником к месту расчленёнки. Мужики заканчивали дело, споро раскидывая элементы туш по равным кучкам.
- Шкуры где? - спросил я, оглядываясь по сторонам.
Валера махнул рукой в стону зарослей елей.
- Прикопали словно чугунок и монетами. Не найти. Таак. Ну всё, давайте делить добычу, граждане разбойнички.
После быстрой и справедливой процедуры дележа, я разложил причитающиеся мне куски мяса по мешкам. Алексей стоял в сторонке и с интересом наблюдал за мной.
- Что ты смотришь? Поди думал, что я откажусь от своей доли?
Алексей бросил в снег сигарету и ответил: «Был уверен, что откажешься. Хорошо, что ошибся». «Интересно, - мне было действительно интересно, - И что бы ты стал делать?»
«Я то, а ничего, но мясо бы домой к себе не повёз. Ты последнее время ничего в себе не держишь, - Алексей грустно вздохнул, - Опасаться я стал, что сболтнёшь что-то ненароком. Боком потом всем выйдет».
Я попытался возразить.
- А не надо делать такое, которое потом боком выходит.
- А вот так случилось. Обстоятельства, а положиться ни на кого нельзя. И на тебя тоже. Вот скажи мне, как надо было поступить по твоему в этой ситуации?
- Не знаю. Правда не знаю. Да что теперь кал в штанах мять. Сделали уже всё. Давай я тебе квиточки от лицензии отрежу на проезд.
- Ну давай, не помешают. Завтра в город отвезти гостинец надо.
Я посмотрел на радостно возбуждённых братьев, таскавших мешки с мясом.
- Знаешь что Леша, а мне кажется, что все довольны остались. Это когда человек взял на себя тяжёлое бремя, обязательства, возможно он изначально и не собирался их исполнять, но пришлось, а это не по душе. И тут случай, когда можно сбросить все договорённости и ничего за это не будет. Вот и вы все, как будто облегчение почувствовали. Неужели это так трудно было. Соблюдать правила. Скажи мне Алексей. Тебе трудно было?  - Мне не трудно. Я лицензию всегда купить могу и в законе буду, но и если подобная ситуация случится, то и шибко переживать не буду. Исполню так, как ты сегодня исполнил. А мужикам этого не надо, они по другому привыкли. Правила все эти для них, как нож под рёбра, а ты их принуждал. Может ты и прав, но у них тоже правда своя есть. Правды как минимум две. Так то брат. Закончили вроде. Давай, не грусти. Увидимся.
Через неделю опять пошёл снегопад. В кармане завибрировал телефон, на дисплее высветился номер Алексея. Я нажал иконку принять:
-Привет дружище.
-Привет.
-Чего печальный такой. Не хвораешь?
-Нет. Чего хотел?
-А чего я хотел. Ты смотри какая падера**. Красотища. К утру перестанет, я прогноз смотрел. Поехали на дальние лога, дрочканём козлюков  с мужиками. У меня есть бумага, у Валеры я знаю, ну и твоя. Три это лучше чем две и тем более одна.
-Без меня.

* - молодой лось.
** - сильный снегопад.