Золотой сюрприз

Недаром говорят: «Тяжела жизнь приискательская». Нелегок труд старателя в арктических широтах. Работали мужики в экстремальных условиях. Промывочный сезон короткий, а значит, следовало поторапливаться. Важен здесь был опытный и профессиональный коллектив старателей, которому все задачи по плечу. Большое значение имела техническая и материальная обеспеченность золотодобытчиков. Не следовало сбрасывать со счетов природно-климатические особенности района производства работ, горнотехнические условия отработки россыпи, количество и характер распределения металла и т.д. Без фарта – старательской удачи, также  было не обойтись.

Старатель, как начальник участка, а затем хозрасчетного подразделения по добыче золота знал подобные нюансы и учитывал их в своей работе. Полигоны в установленном порядке готовились к отработке, велись эксплуатационные работы на россыпи и прочее.

Без всяческих приключений Старатель жить не мог. В результате небрежного обращения со служебным оружием, которое допустила дама-геолог, вследствие случайно произошедшего выстрела, у мужчины оказалась прострелена ладонь. Конечно, она зажила со временем, несмотря на то, что первоначально ее замотали какой-то грязной тряпкой.

Между тем все продолжало идти в установленном порядке. В сентябре 1994 г. Старатель возвратился в Норильск с Острова после трудов праведных. Ничто не предвещало неприятностей. Буквально на следующий день где-то под утро пришел друг, также начальник участка, с которым он работал еще на Таймыре и Ямале. Они о чем-то поговорили и мужчина ушел.
 
Утром жена Старателя узнала, что сына приятеля с его товарищем задержали в аэропорту с металлом. При себе у них обнаружили по некоторым сведениям 510 грамм шлихового золота. Думается, что ничего вразумительного по этому поводу они сказать не могли. Было их задержание случайностью или хорошо спланированной операцией, сказать трудно. Друг по всей вероятности просил Старателя о помощи.

Мужчина ничего лучшего не придумал, как пойти в ОРБ (Оперативно-розыскное бюро) - спецподразделение в составе МВД г. Норильска и взять всю вину на себя, не ломать же парням жизнь. Слушать какие-либо другие доводы Старатель не стал. Вероятно, на его решение повлияло общение с отцом неразумного детяти, а также то, что они находились в дружеских отношениях.
 
Поступок начальника участка золотодобычи был уж очень самоотверженный и опрометчивый одновременно. Он думал, что ребят сразу отпустят, но так не случилось. Его задержали, но никого не отпустили. Слишком наивно было надеяться на это.

Вечером к жене пришли с обыском. Супруги как раз собирались отправлять контейнер на «материк». Предложили выдать имеющиеся противозаконные предметы. Вещи были упакованы в ящики. Все открыли, разворошили. Провели обыск по полной программе. Конечно, искали в первую очередь драгметаллы. В результате нашли упакованную ракетницу, переделанную для стрельбы патронами, а это уже являлось криминалом. Также обнаружили парашютный материал и стропы, что вызвало вопросы с их стороны. Вот по большому счету и весь «улов».

Картина складывалась для мужчины весьма грустная. В представлении следствия вырисовывалась целая преступная группа, организатором которой являлся Старатель. К тому же ему грозило вовлечение несовершеннолетних  в преступную деятельность. Если к этому добавить изготовление и хранение оружия, имея в виду изъятую при обыске ракетницу, то получался вполне приличный «букет» уголовных статей. Короче, светило мужчине не менее 10 лет реального срока лишения свободы. Вот такой  «золотой» сюрприз получился.

Поместили Старателя в Норильский СИЗО и закрутилась колесо оперативно-следственной деятельности, направленной на доказательство вины главного фигуранта дела, который выступал в качестве «паровоза». Сам ведь взял вину на себя. Молодые люди тоже указали на Старателя: вот мол он и есть главный «злодей», но они были заинтересованными лицами и вполне могли оговорить человека. В случае его отказа от своих признательных показаний, доказательная база у следствия оказалась бы весьма зыбкой. Поэтому усиленно старалось «нарыть» на фигуранта хоть что-нибудь еще.
 
При определенном раскладе дело можно было представить как пресечение канала хищения драгметаллов из Норильского промышленного района с целью противоправного вывоза их на «материк» и дальнейшей реализации. Под эту марку стали мести всех, кто мог иметь отношение к добыче золота и платиноидов.
 
Следует упомянуть об одном примечательном случае, произошедшем в помещении геологической партии, которая проводила на Острове работы на золото. В кабинет Главного геолога заглянул человек, удостоверившийся в его личности. Следом за ним пожаловали «маски-шоу». Мешок на голову, взяли под белы рученьки и увезли к себе в «узилище». Естественно, там его допросили в соответствующей им манере. Видимо, хотели еще одного персонажа   пристегнуть к делу Старателя. После «дружеской» беседы Геолога отпустили. Естественно, содержание их разговора не разглашалось, да и стресс он получил хороший. Несколько позже Геолог в общих чертах рассказал о своем злоключении коллегам, опуская некоторые подробности. Оно и понятно. С такими ребятами встречаться было себе дороже.

Одному из своих знакомых председателю артели «Таймыр», которого также отрабатывали на участие в незаконной деятельности по обороту драгметаллов, Старатель лишь успел сказать:

- Если что! Только на «очняк»!
- Понял! – отвечал председатель.

Прихватили даже финансиста из горно-металлургического комбината, который не сумел объяснить наличие крупной суммы валюты у себя в сейфе. Видимо с ним также пытались разыграть комбинацию с хищением драгметаллов. После обработки холодным душем из шланга мужчина заработал себе пожизненный гайморит.

Задавались соответствующие вопросы и Инженеру:

- Как думаете, мог Старатель на Острове самостоятельно намыть тайно от коллектива, допустим 500 грамм золота.
- Он где угодно намоет простым лотком! – поведал мужчина гордо.

Тем самым Инженер оказал Старателю медвежью услугу. С одной стороны он как бы похвалил его, а с другой, по сути дела, ненароком сыграл против своего коллеги.

Старатель не распространялся о том, применялись ли к нему какие-либо меры физического и психологического воздействия, а также о своих взаимоотношениях с сокамерниками. По жизни он уже имел некоторый опыт отсидки за рукоприкладство в отношении лица высшего офицерского состава. Правда, тогда благодаря вмешательству отца – полковника, командира танковой дивизии все окончилось для него относительно благополучно.

Приходилось Старателю также общаться и с авторитетными в криминальных кругах людьми. Так он не раз упоминал одного своего хорошего знакомого, мастера спорта по боксу и вольной борьбе, которого называл «Кубик». В 90-х годах  он был весьма известным персонажем, державшим «масть» во всем  Норильске.

Компетентные органы прилежно собирали информацию, чтобы наверняка «закрыть» человека, да еще пресечь деятельность преступной группы, а себе звездочку более высокого ранга заполучить на погоны, а то и еще одну дырку для награды прокрутить.

На супругу Старателя выходил отец парня с предупреждением, чтобы ее муж не изменил свои первоначальные показания во избежание негативных последствий. До него, по всей видимости, не доходило, что он сам мог стать фигурантом «золотого» дела.

Ситуацию следовало радикально менять. Жена прикладывала к этому все усилия. Старателя в следственном изоляторе посетил сотрудник ФСБ, который в свою очередь довел до него  реальные последствия его поступка. Скорее всего, мужчина воспринял данную информацию и понял серьезность своего положения. Позже он отказался от всякой своей причастности к делу о попытке незаконной перевозки золота. Тем не менее, не было уверенности, что суд вынесет оправдательный вердикт в отношении Старателя. Процент такого рода приговоров, опираясь на судебную правоприменительную практику – минимален. На кону стояла судьба человека.

Оставалась еще одна возможность переломить обвинительный характер следствия. При содействии группы «поддержки»» решили провести независимую экспертизу металла. С этой целью начальник экспедиции выделил из добытого на Острове шлихового металла 10 грамм для сравнения с изъятым у парней золотом. С оказией пробы отправили в московскую лабораторию. Здесь для ускорения процесса помог местный адвокат, которому надо было ехать по делам в Москву. Он и выступил в качестве своеобразного курьера за определенное материальное вознаграждение.

Через некоторое время пришли результаты исследования. Оказалось, что металл не имел к Острову отношения, также как и к самому Старателю. Было установлено его магаданское происхождение. Некоторые коллеги почему-то считали родиной изъятого золота северную речку Унгу.

Известно, что металл с каждого месторождения имеет свои характерные только для него признаки: пробность, наличие примесей, облик зерен и т.д. Для этого составлялись специальные паспорта месторождений, в которых содержались данные сведения.

Результаты экспертизы коренным образом повлияли на состояние доказательной базы следствия и нанесли по ней сокрушительный удар. Наверняка огорчились расследовавшие это дело должностные лица. Такая рыба уплыла из казалось бы надежных сетей.

По решению суда Старатель был освобожден из СИЗО в мае 1995 г. Уголовное дело при этом не было закрыто и направлено на доследование. Таким образом, действия правоохранителей по разоблачению преступной группы не увенчались успехом и мужчина вышел «на свободу с чистой совестью» к немалой радости своих доброжелателей.

У ряда досужих товарищей возник вопрос:

- Почему раньше не провели экспертизу металла?
- Представьте, если золото оказалось бы с участка добычи, где «старался» муж, - пояснила супруга. - Тогда точно шансы на его освобождение свелись сразу к нулю.

Некоторое время Старатель продолжал работать в геологоразведочной экспедиции. Постоянные расспросы о случившемся с ним, тяготили его. Кто-то считал, что это темная история. В итоге, мужчина в конце года написал заявление на увольнение, хотя начальник уговаривал  его остаться. Вероятно, он посчитал, что теперь будет находиться под «колпаком» у соответствующей службы и от металла желательно держаться подальше. Какого-либо применения своим профессиональным навыкам в то время Старатель в Норильске уже не видел.
 
Что здесь можно сказать: «Жизнь после пятидесяти лет только начинается». Действительно, пятидесятилетний мужчина еще был вполне в силе. Наверное, существовали на тот момент какие-то планы относительно того, чем он будет заниматься дальше. Не сидеть же без дела.

Рано или поздно на «материк» надо было все равно выезжать.


Февраль 2026 г.