Не буди лихо - не трогай психа

Прежде, чем дёргать за колечко, убедись, что граната не боевая.

 


  Вся эта история началась с того, что в тот год, более пятидесяти лет назад, в наш Ленинградский Ветеринарный Институт напринимали почему-то очень много ребят с Кавказа. Мальчиков и девочек. Девочки были спокойные, скромные и дружелюбные, а вот мальчиков мы поначалу называли «дикая дивизия».
   Но месяца через два они понемногу притёрлись, постукались об углы боками, поняли порядки, цивилизовались и освоились. А любимый спорт у них на Кавказе был какой? Борьба, конечно. Попросили тренеров на нашей кафедре физкультуры, организовали кружок для всех желающих,  вольная и классическая борьба, дело хорошее, многие записались.
   Тут выяснилось, что у кавказских джигитов в этом благородном деле есть весьма и весьма достойные соперники: поморы, из-под Архангельска, типа викинги.  Здоровенные, быстрые, хваткие, смелые, себя уважающие. И так они все вместе сдружились и натренировались, что скоро к общему хохоту в Ленинграде на соревнованиях ветеринары забивали Институт физкультуры, как хотели.
   
   Но это всё присказка,  а сказка, собственно, началась через четыре года. Началась  она с того, что в восемь часов утра в дверь нашей комнаты в общаге забарабанила Люда из пятой группы:
-   Лена, Лена, Сашка двери не открывает и говорит, что на занятия не пойдёт!
    Людочка всполошилась недаром: она уже почти официально считалась Сашкиной невестой.
   Такой знающий себе цену парень, как Сашка, лишь бы с какой девочкой серьёзно не замутит.  У Люды с первого курса имелось прозвище Принцесса. В самом лучшем смысле слова.  Вот было в ней что-то такое, изящное, романтичное, благородное, негромкий голос, глаза, как у Бемби, ровный характер…  Паника на ровном месте  -  это не про неё.
   А почему она ко мне стучала? Ну, так сложилось, что я в их компании пользовалась определённым авторитетом: сначала сельским ребятам объясняла на анатомии, что такое пространственное представление и зачем оно нужно, потом с английским языком помогала, советы советовала, как выкрутиться из непростых ситуаций (обычно удачно, у меня фантазия работала лучше)…
-   Идём, вместе постучим, тебе он откроет!
   Ну, да. Первой парой сегодня идут не лекции, а занятия по хирургии, отсутствие заметят обязательно, а Сашка почти отличник, что это на него нашло?
   Подходим к двери, и я грозно заявляю в замочную скважину, что не отстану, он меня знает, и нечего Люду волновать, и из всякой неприятности есть выход, а хирургию пропускать себе дороже…
   Тогда наконец Сашка с соседом Андрюшей нам открывают, и оба они сами на себя не похожи. И Сашкино лицо, медальной красоты и чёткости, и Андрюшина физиономия, лобастая и широкая,  бледные и перекошенные. Костяшки пальцев у обоих сбиты, а глазки бегают, а говорить, в чём дело, они отказываются. А Люду уже трясёт. Тут я клянусь самой страшной клятвой  -  своей студенческой зачёткой, что ни одной живой душе не расскажу причину их упёртости, а только постараюсь помочь. И тогда мальчики по кусочкам выдают нам вчерашние роковые события.
 
 Просто обычным зимним вечером трое наших борцов-четверокурсников, Сашка, Андрюша и Алихан, зашли в пивбар «Уголёк» на Московском проспекте (место, по-моему, известное до сих пор).  Не самый респектабельный бар, мягко говоря, но взять там по паре пива и посидеть недолго  -  годилось.  Ну, пиво без водки  -  деньги на ветер, прихватили с собой немного «Московской», сделать порядочного «ерша»… Что тут такого?
    Оказалось  -  есть «такое». Заваливаются в этот самый «Уголёк» трое милиционеров и с ними, для подкрепления авторитета, трое дружинников.  Сержант оглядывает полупустой зал и командует ближайшему столику, то есть нашей попавшей под руку троице: ты, ты и ты  -  идёте с нами. Вперёд!
    Явление тогда было известное. Ну недобор у них по плану задержаний для вытрезвителя. Имели право прихватить любого выпившего прохожего. Или не прохожего, а сидящего  в такой вот забегаловке. И ничего не докажешь.
   Студенты с милицией не спорят, хотя тогда бы и никто не поспорил. От вытрезвителя, конечно, тоже будет проблем вагон, в институт сообщат, стипендии лишат, на собрании могут пропесочить… но что ты тут сделаешь?  Парни послушно поднимаются и идут на улицу.
   На улице стоит зарешёченный милицейский «бобик», подвыпившие студенты печально начинают залезать в заднюю дверь, как приказано…  но последним загружался Алихан.  А сержант, для ускорения погрузки, сдуру поддал ему ногой в зад пинка.
    Черкесу. Взрослому. Женатому.
   Алихан мгновенно развернулся, барсом прыгнул на недоумка и сшиб его с ног. Подскочившего на помощь сослуживца в секунду перебросил через себя и с треском вбил в асфальт.
    Наших бьют! Андрюша с Сашкой уже были на свободе, и остолбеневшие прохожие, раскрыв рты, наблюдали эпич-ческую картину: трое приличных молодых людей вовсе не криминального вида быстро и успешно разносили шестерых стражей правопорядка в клочья и мясо! Кавказское бешенство плюс  русский бунт… спасайся, кто может! Водитель «бобика» скукожился в кабине так, что только шапка была видна, и не думал высовывать нос наружу. 
    Оглядев шесть битых-мятых-стонущих куч вокруг себя на поле боя, студенты растворились в пространстве, как эфир в воздухе.
    Отдохнули, называется! Ага, и размялись заодно. Добравшись до общаги, хмурый Алихан ушёл к себе, а Сашка с Андрюшей жили вместе, и вместе же и повалились по кроватям, где и отрубились сразу же. Олега, третьего соседа, в комнате не было.
    А поутру они проснулись…  Точно, как в песне поётся, один в один. У Сашки из пепельницы на стуле торчит оторванный с мясом милицейский погон, у Андрюши из-под кровати выглядывают брошенные наручники.  И застрелите их на месте, но они не помнят, как взяли такие трофеи. Общий ступор.
-   Нас посадят. Нас найдут и посадят. Придут в институт и найдут. Мы никуда не пойдём.
-   Сашка!  -  говорю я, а шарики и ролики в моей голове уже завертелись, включили логику и ищут достойный выход,  -  да успокойтесь вы! Никто вас не найдёт, даже если захочет! Вы им что, документы показывали или фамилии свои называли? Они даже не знают, что вы студенты! И скорее всего, искать никто не будет. Милиционерам за этот погон и наручники от начальства такое прилетит! Вырванные годы им сделают! Так что они постараются всю эту историю скрыть, как залёт налево от жены! Найдут на замену где-нибудь и наручники, и погон, им же позор будет на весь район, если узнают, как их шестерых вы втроём отколошматили.
   Так что рисуем на лицах улыбки и вперёд, на занятия. Не привлекайте к себе внимание!
-   А это вот всё…  в урну выбросить подальше, точно!
-   Андрюша, да не в урну! Найти могут случайно! Засуньте всё в носок, завяжите, и вечером закинете в Обводный канал, где никто не увидит, он же ещё не замёрз.
   В общем, паника была задавлена на корню, растрёпанные нервы причёсаны, и все мы дружной толпой поехали в институт учиться.
   А красавец Алихан, как мне потом рассказала Люда, вообще не заморачивался.
-   А я и нэ волнуюс. Как они мэня узнают? Мы, кто с Кавказа, для мылыцыи  всэ на одно лыцо.
   
   И всё было тихо месяца четыре, а в марте уже наш институт, четвёртый курс,  в свою очередь мобилизовали в ДНД,  народную дружину, помогать милиции во время рейда типа «гребёнка», для прочёсывания. В добровольно-принудительном порядке, как всегда.
    И вот набиваются битком в какой-то районный отдел милиции наши студенты, каждому милиционеру придают по тройке  -  два крепких парня плюс одна девочка в нагрузку.  И Сашка, конечно, идёт со своей Людой и с Андрюшкой, и по закону всеобщего свинства натыкаются они на того самого отметеленного возле «Уголька» сержанта. Носом к носу.
    Но… реакция у ветеринаров обычно вырабатывается мгновенная. Зверская. Иначе они будут ходить покусанные, поцарапанные и побитые. Так что наши парни   даже в первую секунду не дрогнули. Выпивший разъярённый студент просто неузнаваемо отличается от студента трезвого и спокойного, и это они знали не понаслышке.
   А вот сержант наморщил лоб, свёл брови и протянул:
-   А я вас где-то видел…
-   Возможно, -  пожал плечами Сашка.
   У сержанта, видимо, щёлкнуло в голове:   
-   Это вы?!!
-   Это мы, конечно,  -  согласно кивнул Сашка,  -  с кем мы идём?
-   Это же вы хулиганили возле «Уголька»!
-   Мы??! Ну това-а-арищ сержант,  -  укоризненно протянул Андрюша, в мирном состоянии похожий на двухметрового вежливого Винни-Пуха,  -   вы о чём? Как вы могли подумать? Неужели мы похожи на хулиганов? Хулиганы в институтах не учатся и в дружину сами добровольно не приходят!
   А Сашка делает морду кирпичом и смотрит высокомерно.
-   А что там натворили эти хулиганы?  -  невинно поинтересовалась Люда в своей интеллигентной манере.
   Вокруг уже собрался заинтересованный народ, включая какого-то долговязого лейтенанта.
-   Дрались!
-   С кем? Кто-то пострадал?
    Сержант покрылся неровными багровыми пятнами, оглянулся на лейтенанта и выпалил:
-   Друг с другом!
-   И вы же их  задержали?  -  спросил лейтенант.   
   Сержант облился потом. До него дошло, что он зря на нервах раскрыл рот.
-   Нет! Не успели. Сбежали, гады.
-   Вы их видели вблизи? И на кого они были похожи?
-   Э-э-э…  да на кавказцев!  -  вылетело у сержанта на автомате, потому что в стрессе голова не успевала за языком, а подсознание выдало самое страшное воспоминание.
-   Ну, тут у нас стоят точно не кавказцы.  Идите работайте и не морочьте людям голову.
   Сержант две секунды постоял, упёршись в нашу троицу взглядом, дёрнул щекой и поспешно пристроил её к какому-то средних лет патрульному. От греха.  И тот весь вечер не мог понять, почему на подневольной унылой работе у дружинников такое смешливое настроение и от чего Аллах уберёг какого-то Алихана, отправив его в другой участок.
    Ну, знаете, на Аллаха-то надейся, а пивнушку в следующий раз нужно осмотрительнее выбирать.