Индийский батик. Глава 3

Проснулась я от того, что кто-то тряс мою руку. Это Мика будил меня. Мы уже были в Индии.

Из аэропорта мы поехали в отель на такси. Первый раз в жизни я видела такой шикарный отель, а чтобы жить в нем — об этом я не могла даже мечтать. Не успели мы расположиться в гостиничных номерах и распаковать багаж, как Луи Филлип счел нужным уведомить нас, что сегодняшний день будет посвящен шопингу, а вечером мы идем на ужин в ресторан.

- Почему непременно сейчас мы должны идти в магазин? - запротестовала я (я никогда не делала больших покупок и меня это раздражало). - Сделаем это завтра…

- Сегодняшний день не настолько загружен, чтобы не извлечь из этого пользу. Думаю, за перелет все достаточно отдохнули и выспались, и нам просто необходимо размяться. Если не удастся купить все необходимое сегодня, то продолжим завтра, - стал убеждать меня Луи Филлип. - Если ты никогда не занималась этим раньше, то стоит попробовать раз и ты изменишь свое мнение на счет этого увлекательного занятия. Аппетит приходит во время еды, дорогая. Нам стоит потрудиться сегодня, ведь нужно купить не только подарки молодоженам, но и одежду и обувь для себя и, конечно же, украшения: кольца, браслеты, ожерелья, серьги. В этом деле вам не найти лучшего эксперта, чем я,. На таком торжестве, как помолвка двух личностей, приравненных к национальному достоянию государства, будет просто неприлично показать себя в скромном обличье, а значит, никак не показать. Эта помолвка станет основой для важных начинаний: много людей найдут своих партнеров, соединят свои судьбы или станут хорошими друзьями на долгие годы.

- Ты так хорошо знаешь Индию? - иронично взглянула я на Луи. - Можно подумать, что ты не вылезаешь из таких торжеств, как помолвка или свадьба. Извини за каламбур, это получилось чисто случайно. Твоя личная жизнь тут ни при чем.

- Она будет мстить мне до конца своих дней, - сказал Луи на хинди, обернувшись к Микаэлю.

Домбрович о чем-то глубокомысленно задумался, потом сказал:
- Несомненно, это торжество свело нас вместе и наверняка поможет нам соединить какие-то осколки нашего прошлого. Возможно, наконец-то мы поставим точку в истории под названием Холминд. Я и Фред — мы два последних звена, которые открыли страницу этой истории и теперь мы напишем заключительную главу…

- Но писать-то буду я! - отвернувшись и тайно торжествуя, я произнесла эти слова почти неслышно. - И без моего участия никто не узнает, чем все это может закончиться!..

Итак, вчетвером мы отправились по магазинам. В основном покупки делались для меня и Лизы. Чтобы выглядеть респектабельно на торжественном вечере,  мужчины намеревались взять костюмы напрокат — классические или в национальном стиле; я хотела пойти именно в сари, раз уж мне представился такой случай, а Лиза мечтала о длинном вечернем платье непременно вишневого цвета.

В Нью-Дели выдался довольно жаркий день и, чтобы добраться до магазина одежды, мы взяли авторикшу. За украшениями Луи Филлип планировал поехать в старый Дели на такси: там у него были знакомые ювелиры, которые могли предложить эксклюзивные вещи хорошего качества по сходной цене, но посещение современных ювелирных магазинов так же входило в его планы.

В огромном магазине одежды мы разделились на пары: Луи сопровождал Лизу, а Мика ходил со мной и оценивал приглянувшиеся мне вещи. Выбор платьев и сари был столь огромен, что целого дня не хватило бы примерить их все, но я точно знала, что мне нужно — сари из красивого сочетания пурпурного, алого и нежно-розового цветов, как напоминание о том дне, когда в Лесном доме я первые сидела перед алтарем богини Лакшми рядом с Бакином Роялсом и даже не подозревала во что выльется эта церемония.

Мика обратил мое внимание на платье из многослойного шифона глубокого кобальтово-синего цвета, расшитое нитью белого серебра.

- Как раз для сегодняшнего ужина подойдет, - сказал он одобрительно. - Мне очень нравится. Этот цвет тебе к лицу. - Мы взяли и это платье.

В бутике обуви я увидела именно такие туфли, какие носила когда-то в Лесном доме, обнаружив их случайно в гардеробе миссис Коры: загнутый турецкий носок и каблучок-рюмочка.

- Это так мило! - проговорила я, взглянув на пару великолепных туфель, шитых бисером и жемчугом. - Настоящие шедевры нельзя заменить новомодными штучками!

- Ты, как Кэрри Бредшоу — ценишь малозначимое и в то же время экстравагантное, - заметил подошедший Луи Филлип. - Удивительно, как у женщин разных культур могут оказаться одинаковыми вкусы?

- Мы же обе писательницы, и пишем об одном и том же — о мужчинах! Как же наши вкусы могут не совпадать?

- Папочка, ты дожил до седых волос и до сих пор не знаешь, что самая выдающаяся часть тела женщины — это ноги! Это самое эротичное, что может видеть мужчина и самое впечатляющее, чем только может похвастаться женщина.

Луи огляделся по сторонам и, поднеся ладонь к своим губам, произнес низким голосом:

- Луиза, о таких вещах не стоит говорить на публике. Разговоры так же, как и действия непристойного характера, могут вызвать осуждение у местного населения. В чужой стране нужно уважать чужие обычаи.

- Лиза — девушка европейского воспитания и рассуждает понятиями, которые соответствуют складу ее ума, - сказала я самоуверенно. - Мы еще не обжились и не огляделись на месте, чтобы проникнуться духом здешней культуры. Если ты не желаешь слышать откровенных фраз, не создавай ситуации, в которых эти фразы будут произносить. И не надо задевать мои предпочтения. Ты знаешь меня не достаточно хорошо.

Лиза тронула меня за руку:

- Ты берешь эти туфли? Я тоже хочу такие.

- Конечно, я беру их, - сказала я и бросила самоуверенный взгляд на Луи. - Если твой отец не пожадничает и, как он обещал, купит для нас все, что мы пожелаем, то я хочу взять еще одну пару в качестве сувенира.

Луи хотел было что-то возразить, но Микаэль успокаивающе положил свою руку ему на плечо. Луи хмыкнул, как бы говоря: ну, что еще можно ждать от этих женщин?

Выйдя из магазина с большими пакетами, мы встали у обочины дороги в ожидании, когда Луи Филлип поймает для нас такси.

- Считай, сегодня мы — королевы бала! - шепнула я дочери, заглядывая в фирменные бумажные сумки, заполненные разными красивыми вещами. - Такую заботу о нас со стороны мужчин трудно переоценить. Может твоему отцу не нравится то, что ему приходится часами просиживать в примерочных и скупать для нас такую уйму вещей, но ведь это он затеял этот шопинг, и это наглядный пример того, что каждая женщина достойна лучшего.

- Ну, самое лучшее для женщины — это украшения, - самодовольно улыбнулась Лиза. - Как говорила блистательная Мерелин: брильянты лучшие друзья женщины!

- Ты еще мечтаешь о брильянтах? - шутя упрекнула я дочь. - Вряд ли твой отец окажется таким щедрым. Конечно, он может быть состоятельным, но не настолько же... Посмотрим, как он справится с этой нелегкой задачей.

Я заметила, как Домбрович пытается сдержать улыбку, слушая нашу болтовню.

- Чему ты ухмыляешься, Мика? - я слегка ткнула своим локтем ему в бок.

- Вы такие счастливые, - сказал он, широко улыбнувшись. - Как давно ли ты была такой счастливой, Сима?

- Я просто не могу поверить в то, что в моей жизни может еще что-то случаться, - кажется, я готова была расплакаться. - Два самых дорогих для меня человека снова рядом со мной, да еще в таком месте, о котором я могла только мечтать! Что, в сущности, означают все эти наряды и драгоценности? Это всего лишь вещи, которые не могут заменить любовь ближнего. Их ценность не в том, что это может быть золотом или алмазами, а в том, что они останутся доброй памятью о днях и людях, которые тесно связаны между собой в этом отрезке времени.

*   *   *

Луи Филлип нанял для нас большое такси, да еще с кондиционером.

- До старого Дели доберемся с комфортом, - бросил Луи самодовольно, складывая пакеты в багажник; он помог нам расположиться на заднем сиденье со всеми удобствами под присмотром Домбровича.


- Папочка ни на что не жалеет денег ради нас, - заметила Лиза, глядя на отца восхищенным взглядом. - А главное, он знает где что достать!

Подобно впередсмотрящему, Луи Филлип устроился на переднем сидении рядом с шофером.

- Ну, я же не просто так согласился сопровождать вас в этом путешествии, - произнес Диамантес, расплываясь в радостной ухмылке. - Фред знал кому можно доверить ваши персоны. Согласитесь, ведь я самый близкий для вас человек.

- Почему необходимо ехать за украшениями в старый Дели? - спросила я. - В моем возрасте что ни надень — блеск будет уже не тот. А наша Лиза — скромная девушка. Несомненно, драгоценности прельщают молодых, но при нашей бедности, надевать золотое ожерелье шириной в три пальца — значит вызывать о себе неверное суждение.

- Каждая молодая девушка должна хотя бы раз в жизни надеть на себя настоящие драгоценности, - заявил категорично Луи Филлип. - Молодость быстротечна и нужно пользоваться этим неповторимым моментом. Красота красотой украшается — говорили древние. А здесь, в Индии, даже в самой бедной семье,  почти что с первых дней жизни, на приданное дочерям покупают золотые браслеты, серьги, ожерелья. Девушка может надеть их всего один раз, в день свадьбы. Что же здесь такого неприличного? Лиза моя дочь и мой отцовский долг — купить ей столько драгоценностей, сколько положено иметь девушке на выданье. Если тебе, Сима, тоже приглянутся какие-нибудь вещицы, я непременно куплю их тебе в качестве подарка от меня.

- Он похож на мальчишку, который пытается привлечь внимание понравившейся девочки забавными выходками, - сказала я дочери.

- Как Том Сойер пытался завлечь Бекки! - хихикнула Лиза. - Обожаю Тома Сойера!

- С чего бы Луи так старался? - продолжала я размышлять вслух. - Он снова пытается взять некогда покоренную вершину?

- А разве от прошлой любви ничего не осталось? - робко спросила Лиза.

- Может и осталось, но это не значит вовсе, что завтра все вернется на свои места: он будет королем, а я его королевой, и оба мы будем управлять королевством беспредельной мечты. Вон, с Домбровичем у нас та же привязанность, что и в прежние годы, а что изменилось в наших отношениях? Те же редкие встречи и воспоминания в часы, когда бывает особенно одиноко и тоскливо. Не знаю, вспоминает ли он прежние годы? У него сейчас столько дел, столько новых переживаний. Нужны ли ему эти воспоминания?

- Похоже, ты начинаешь охладевать к жизни? - заметил Мика, выглянув из-за плеча Лизы. - Ты была моим единственным утешением все эти годы. Если ты откажешься от меня теперь, то я потеряю очень многое. И эту утрату ничем нельзя будет восполнить. На данный момент в моей жизни есть всего две любимые взрослые женщины — ты и Гретта. Вы обе — лицо  одной женщины, самой несравненной и самой любимой. Я счастлив, что моя прошлая и настоящая любовь идут со мной рука об руку. Надеюсь, когда меня не станет в этом мире, вы обе будете с преданностью вспоминать обо мне.

- Неужели у вас двоих никогда не было времени сказать все это друг другу наедине? - чертыхнулся Луи Филипп. - Вы это специально разыгрываете передо мной, чтобы спровоцировать меня на ревность?

- Дорогой, ты здесь ни при чем, - попыталась я успокоить Диамантеса. - Каждый раз, когда мы встречаемся с Миклошем, мы не можем удержаться от того, чтобы не высказать друг другу самые искренние, самые нежные слова. Все это, наверное, оттого, что наша дружба оказалась неподдельной. Мы жили в то время и развивались в тех условиях, когда истинную любовь нельзя было купить ни за какие деньги! Милый, ты не смог добиться настоящего народного признания. Микаэлю такая роскошь оказалась доступной, но, вкусив плоды своего успеха, он не стал хуже. Таким человеком нельзя не гордиться, за это нельзя его не любить. Жаль, что ты этого никогда не поймешь, так как ничего подобного ты никогда не испытывал.

- Может я не достаточно хорош для женщин, зато мои дети будут любить меня всегда! - Луи Филлип бросил гордый взгляд на дочь и в самодовольном молчании уставился на дорогу.

Мы переглянулись с Добровичем. Что можно было возразить на столь весомый аргумент?