Воскресение корсара. Глава 41

«Воскресение корсара» – продолжение романа «Ветер удачи»

41. ЭСКАДРА МЕНЯЕТ КУРС

Лишь одного человека на Тортуге не волновала подготовка пиратской эскадры. Это был Рауль Контрерас. Он зашёл попрощаться с губернатором, пора было отправляться на Сент-Кристофер.  Контрерас уже не надеялся получить золото от господина де Бертезена, видя, что тот вместе с Мегеро затевает выгодное предприятие. Истинной цели похода он, конечно, не знал. Ни губернатор, ни Рут ему этого не говорили, строго храня военную тайну.

Его превосходительству, губернатору Тортуги, хотелось несколько сгладить неприятный нюанс их расставания, найденная сумка ведь оставалась у него. И он нашёл выход:
– Мне очень жаль расставаться с вами, месье Рауль, – начал он, как всегда расхаживая по кабинету. – Но я получил недавно известие из Европы, что дворянин, назначенный королём мне в вице-губернаторы, тяжело заболел и получил отставку. К нам на остров он не прибыл. А я не против служить вместе с вами. Используя ваше знакомство с кардиналом, легко устроить ваш перевод с Сент-Кристофера на Тортугу. Если вы захотите, конечно…

Господин де Бертезен этим разговором давал понять, что их совместные дела не закончены, всё ещё впереди. Если захочет господин де Контре, а он-то со своей стороны – всей душой!

Рауль Контрерас все его уловки прекрасно понимал, поэтому, несмотря на свой холерический темперамент, ответил сдержанно, явно копируя самого губернатора:
– Благодарю, ваше превосходительство, я подумаю.

Военное предприятие, что организовывали де Бертезен и капитан Клещ, он обсуждать не хотел. Говоря откровенно, Мегеро он ревновал к славе. Ведь они были соотечественниками: два испанца на службе Франции. Один – родовитый дворянин, отмеченный чинами и наградами. Другой – простолюдин, разбойник и душегуб, который кому только ни служил. И вот он опять на коне, отправляется в поход за золотом и славой, а Контрерас, профессиональный военный, остаётся не у дел.

На следующий день Рауль, так долго гостивший на Тортуге, отбыл с торговым кораблём на остров Сент-Кристофер. А ещё через день с якорей снималась пиратская эскадра капитана Клеща. Провожали её не только чайки и бакланы. Много зевак пришло посмотреть, как корабли корсаров покидают бухту Бастер.

Нужно заметить, что выход парусника из гавани – дело не простое. Особенно, тяжёлого многомачтового корабля. Многое зависит от того, насколько благоприятны скорость и направление ветра. Если эти факторы не благоприятствуют, то приходится на шлюпке завозить якорь, чтобы затем к нему подтянуть или развернуть судно.

Но погода была подходящей и корабли по очереди направлялись в открытое море через пролив Пти-Пас. Командовал выходом судна из бухты только первый штурман, либо сам капитан, настолько ответственным был этот манёвр. В этот момент никто, кроме него, не мог не то что отдавать команды – разговаривать матросам запрещалось, чтобы там, на высоких мачтах, где в ушах шум ветра и крики чаек, был хорошо слышен голос командира, державшего рупор – второй, после пистолета, символ капитанской власти.
 
Постановка парусов – зрелище необыкновенное, именно ради него и приходят на причал бездельники. Ждут, когда прозвучит громкое: «Пошёл все наверх!!» Там, наверху, работали опытные и ловкие матросы. По вантам они стремительно взлетали на марс, перебирались на рей, бежали по нему босыми ногами, лишь символически придерживаясь за довольно слабо натянутый леер. Потом, оседлав рей, они должны были спуститься и встать ногами на перт – подвешенный под реем трос. Затем, одной рукой держась за рей, другой нужно было развязать концы, чтобы распустить парус. То, что  делают в цирке воздушные гимнасты под гром аплодисментов восторженной публики, эти ребята делали молча и считали рутинной работой.

Спускаться же с мачты по вантам для доброго матроса считалось позорным – они, по сути, съезжали вниз по вертикальным снастям. При этом нельзя было скользить, сорвёшь кожу с рук, нужно было стремительно перебирать руками.
 
 Добавьте к этому, что судно не стоит, как столб, оно качается. И тем сильнее, чем свежее ветер, о котором только что просили Всевышнего. Потому, такая работа требует огромной ловкости, и не каждый матрос летал по вантам, как птичка. Падение с эдакой верхотуры было делом далеко не редким.
 
К этому можно добавить лишь то, что на боевых кораблях выучка матросов требовалась намного выше, чем на торговых. «Купец» не совершал таких резких манёвров, как судно военное. Требовалось также, чтобы матрос знал такелаж буквально на ощупь, ведь манёвры совершались не только днём, но и ночью, и не обязательно при свете луны.

Итак, поднимая огромные паруса, как белые королевские альбатросы крылья, корабли выныривали из узкого пролива Пти-Пас на морской простор. Выстраивались в кильватер, направляясь на запад. Выйдя из Ветреного пролива, флотилия обогнула Берег Сент-Доменга и взяла курс зюйд-вест. Флагманом шёл фрегат капитана Клеща «Чёрный порох».

На третий день зловещая эскадра, ловя ветер удачи всеми парусами, круто повернула вправо, вслед за флагманом и, как стая волков, почуявших добычу, устремилась на север, к юго-восточному побережью Кубы, где совершенно не ожидая их, жил своей размеренной жизнью колониальный город испанцев Сантьяго-де-Куба, комфортно расположившись по берегам самой удобной бухты Вест-Индии.


P.S.  Историческая справка: 5 октября 1662 года испанский город Сантьяго-де-Куба был взят пиратской эскадрой в составе одиннадцати кораблей, на борту которых было 1300 бойцов. Грабёж и разрушение города продолжались до 19 октября.