в стихийности пощады нет

Максим Кузьмич по образу подобию отца... не выше двухметрового мальца.  Как   грешник, крест несет исправно.  Шест держит высоко… отсюда нелегко- но думает о главном. Глаза большие , ресницы - остью  ржи. Побасенки с юмором свежи. Ведет всегда рассказ  от первого лица.  Благоухает  лож с приправой чабреца,- крапивного листа и игл цветущей розы.  И даже в сильные морозы отыщет в закромах щепотка соли, перца для слепца,- надменного  глупца.
Сказитель- боже мой. В  подтексте, между строк бытует слава и порок. Хитрец - творец необыкновенный. Средь юмора, порядка лжи...его попридержи. Где можно подскажи. Но не дерзи ему… и не обманывай себя. Он  лишь на вид простой, - мякина в  тесте. Максим шутник , но поперек словечко не скажи, отвесит «ядерно» ударом. Недаром славился ехидностью  словцом. Ославит, более того… язвительная нить в игольное ушко... со слюной  вошло.  Одномоментным рот зашьет, печать поставит и булавочкой приколет.
 Сегодня день прекрасен... не для всех. Хотя грех жаловаться. Жар костей не ломит. А коль заломит,-  ждите непогоду.  Засуха  нуждается в дожде. А человек в нужде, нуждается в словечке добром и крепком  поцелуе. Иные  в крепком табаке... условности минуя.
 Максим  Кузьмич, в позе  копии мыслителя Родена. Сидел на берегу, притока Сивирской реки. На  шее сильно вздулись вены. Загадочен  в лице.  Нет-нет. Не  рвал он  васильки, не плел венки, не сбрасывал их в воду.  А притулился на пеньке, смотрел, дивился , как хитро пауки отшельники  плетут  и расставляет   сети  в жаркую погоду. И как беспомощная муха, попавшая в плетение  силков , пытается освободится, как впрочем - безуспешно. 
Максим веточкой   при том... пошевелил  небольшой российский муравейник. Так видимо  и главы государств  опомнившись… пытаясь выгоду извлечь, трясут уснувшего чиновника по месту. Встревоженные  муравьи…обеспокоенно метались  в поисках  врага. Умственно отсталые искали неведомого им обидчика внутри. Более  продвинутым, разум подсказал... что сидящий некто и есть их враг-обидчик. Настырные,  по веточки достигнув его руки, жадно впились в кожу. Максим  отбросил веточку . Смахнув муравьев с руки… стал внимательнее наблюдать за скопищем  смышленых  насекомых. На удивление более энергичные,  в здравом уме… быстренько восстановили муравейник.  И чувствуя приближение грозы попрятались внутри. Лишь один зануда не соблюдающий  устав… иль часом опоздав, суетился в шаге… Сизифа труд напоминая.   Мирской заботой связан… как мы все.
 Пытаясь дотащить невидаль  чертовщину- « уши от мертвого осла», вернее мертвую осу. Которая жужжала здесь вчера.  Природа  создала ему множество естественных  препятствий. Он старался, старался... но увы.  Неожиданно, как всегда из-за бугра, на помощь работяге муравью пришла и помощь.  Около  десятка муравьев вылезли из муравейника и направились искать заорганизованного  одиночку. Не сразу, обшарив местность-пошли по следу. Нашли  его и дружно, быстро коллективно дотащили осу до муравейника. Не прошло и минуты. Оса была разобрана на части, на запчасти и перемещена внутрь. На поверхности остались только крылья. Максим удивился слаженности их действий и более всего… как они узнают, что муравью,  одиночке нужна помощь. Как они вообще общаются? Возможно  у них есть средство связи неведомые нам?
 Холодный ветер заставил его подняться. Он посмотрел на небо . Черная огромная туча  затмив горизонт, надвигалась со стороны Кривцово. Первые капли дождя  смочили его, когда он подходил к калитке. Нежданный порыв ветра вздыбил крапивный островок у дороги и  пригнув картофельную ботву к земле. Это только начало.
Максим  вошел в дом с порывом ветра. Свободный ветер влетев за ним.  Смахнув газету со стола… пролетел  в зал, заглянул... где спальня? Успокоился.
Маруся- жена его… смотрела в окно. - Какая буря!  Какая грядёт буря!  Не повезло тем  кого застанет  гроза в пути.
Максим  стоял у окна. -Какая  мощь, какая сила  ветра. Крупные капли дождя  барабанили по стеклу.  На дороге в пыли  капли дождя оставляя  символические воронки... шевелили его немощную, испещренную событиями  память.
 Ливень продолжался не более двух часов. О последствиях говорить рано. Так как по улице вода еще текла сплошным потоком. Несколько человек промокшие до нитки. Держа обувь в руках, подпрыгивая ,  пытаясь  якобы взлететь… пробежали мимо. Выразив бессодержательное удивление, что вода не по летнему холодна.  Максим присев на табурет, смотрел в окно.  Сорока взлетев на колодезный гусак  весело стрекотала. Чему радуется дура?  Наверное просвету в облаках. Как  омрачает человека природная стихия. Хотя природа потери возмещает. А кто укротит  стихию войн. Кто возместит потери?
 На следующий день  когда солнце малость прогрело землю. И пар стал медленно курится и стелиться,  местами подниматься кое где. Максим  обул резиновые сапоги,  взял косу, мешок... направился  к реке. До  реки пройти было возможно, лишь   в болотных сапогах. После  обильного дождя  косить отаву одно удовольствие. Подошёл  к реке.Вчера она была в разливе.Сегодня, вода бурлила в размытых стихией берегах.   Следы стихии видимы везде.  Пластмасс   плывет, грязь мутность на  реке.  Повсюду  тряпки на кустах подобий парика. Свисают, зрелищности к диву добавляют.  А где же муравейник? Вот ответ. Вода  живая. В стихийности  пощады нет. Таков сюжет. Такая проза. Промоина в которой жизни нет. Хотя, постой-постой... не торопись судить. С десяток муравьев  чуть в стороне, не борются за жизнь...а возрождают новый муравейник. Он мал, щепотки мусору ведь равен. Не буду им мешать  и шевелить. Пойду косить.
Взойдя на островок, обременен лишь  степенью  разлива и косьбой. Взором оценил пространство и траву. За ромашкой наклонился… о боже! Он чуть-чуть  не наступил на перепелку. Она прикрыв собой гнездо…  смотрела на него, не шевелилась. Пройдешь, её и не заметишь. Зеленый островок   не пострадал от бремени разлива. Он  благостно промок ...и не попал под  «селевой» поток брезгливо.  Светило солнце. Пели птицы. Поодаль жаворонок, шустрая синица... ловили мелкого жука.
А в выси стрекотала стрекоза. Кружилась над селом. Кружиться перестала и  ринулась в пике. Здесь непотребное случалось. Смерть уходила- возвращалась. Усеяв  звездами, крестами… омыв девичьими слезами… родной до одури родимый, любимый уголок земли. В дурном ли сне. Так видно суждено. Смерть  со стихией обвенчалась.  Хотя ничто не предвещало...- осмыслить гибель лишь дано.
Максим Кузьмич распластан  в божий крест.   Лицом  уткнувшись в муравейник. Он Ратник божий...принял смерть. А  небо? Небо голубое. Лишь по причине взрыва злое. Цветы  прокоса вянут вслед.  И я, не сдерживая слезы, стал о погибших сожалеть. Я зритель, к смерти не причастен. «Фильм» жизненный мне надо досмотреть.
Пар  от земли , погода устоялась. Единожды  нашествий  подвергалось... - родимое село. Родной мой дом, земля моя родная. И к нам пришла война. Когда закончиться ? Я этого не знаю. Лишь громогласно заявляю. Лишь муравьям я подражаю. Наш  муравейник возродится. За это муравьев  люблю. Их опыт в жизни пригодится.