Пятнадцатилетний Лёва вёл три жизни

В школе он был тихим молчаливым парнем с наушниками, который садился за последнюю парту и отвечал «норм» на любой вопрос.

Дома он был грубым и раздражённым сыном, который "огрызался", когда мама заходила в комнату без стука: «Ну что опять? Я же не маленький!»

А в цифровом мире он был создателем атмосферных роликов. У него было 12 тысяч подписчиков, которые писали: «Ты крутой! Ты выражаешь то, что я чувствую, но не могу сказать».

Родители Лёвы видели только его первую жизнь и были неудовлетворены увиденным. Отец не понимал: «Почему он перестал со мной разговаривать, весь день в телефоне? Раньше хотя бы в футбол играли». Мама, тревожилась иначе: «Он же одинокий. Ни друзей, ни девушки. Сидит в этих соцсетях — там же всё нереальное и надуманное!»
Конфликт назрел в субботу вечером. Мама зашла в комнату к сыну и увидела: Лёва записывает видео — медленно водит камерой по полке с игрушками из детства. Она воскликнула: «Что это? Занимаешься ерундой вместо уроков?»

Лёва взорвался. Лицо побелело.
— Замолчи! Там микрофон включён!
— Да ладно, кто тут услышит? — начала мама.
— 12 тысяч человек! — выкрикнул он и выбежал из квартиры, хлопнув дверью.

Впервые родители задумались: «А что, если это не «просто соцсети»?»

На следующий день отец тайком нашёл аккаунт сына. Смотрел ролики один за другим. Без музыки, без слов — только образы. И вдруг понял: это его увлекло. Он увидел школу на фоне заката. Липа под окном, под которой он целовался с одноклассницей в десятом классе. Он рассказал об этом Лёве в прошлом году, и даже не предполагал, что эта история тронет Лёву настолько, что он сделает видео. А вот наблюдение за повадками кота. Лёва подметил самое смешное.

Когда мама посмотрела эти ролики, то сказала:

— Он не прячется в телефоне. Он собирает себя. Из кусочков. Наших кусочков тоже.
Разговор с Лёвой случился не сразу. Через три дня, когда Лёва выносил мусор, отец вышел за ним на лестницу.

— Я посмотрел твои ролики, вместе с мамой и нам понравилось, — сказал отец и замер, боясь услышать: «Ты следишь за мной?»

Лёва молчал.

— Не злись, — продолжил отец. — Просто я не знал, что то, чем ты занимаешься, для тебя важно.

— Это не "важно", — Лёва пнул стену ногой. — Это про то, что я не знаю, кто я. В школе — ноль. Дома — «сын». А там, — он кивнул на телефон в кармане, — там я могу быть собой. Без слов. Просто быть. Я там есть. Меня там видят и слышат.
Мама, стоявшая у двери, вдруг сказала:
— А мы можем смотреть твои ролики вместе? Не как родители-контролёры, а как любопытные зрители, как твои подписчики?

Лёва молчал минуту.

Они вместе смотрели ролик про старый фотоаппарат деда, в котором руки Лёвы перебирают потёртые кнопки. Никакого текста. Только звук щелчка затвора и дыхание.

— Это же папин «Зенит», — прошептала мама. — Он его любил. И ты передал любовь к этому фотоаппарату. Спасибо!

С тех пор правила в семье изменились.

Родители перестали спрашивать «Что ты там смотришь?» — вместо этого иногда говорили: «Покажи, что сегодня снял».
Лёва начал иногда оставлять приоткрытой дверь в свою комнату.

Однажды мама увидела: он снимает, как отец чинит кран — крупным планом руки с инструментом, капли воды на раковине. А когда ролик был опубликован, то его название звучало так: «Руки, которые держат дом».

Никто не стал другим. Лёва всё ещё молчал за ужином. Родители всё ещё переживали за оценки. Но появилось третье пространство — не «их мир» и не «его цифра», а нечто между: тихое, без осуждения.


P.S. Подростку в цифровом мире не нужны советы «выходи в реальность». Ему нужно, чтобы взрослые за экраном увидели его живым, способным, умелым, творческим человек. Так он ищет путь домой. К себе.