Необыкновенное знакомство

  Давно это было. На заре моей юности. Хочу рассказать одну историю. Окончив школу, поехала я поступать в Новосибирский инженерно-строительный институт на архитектурный факультет. Впервые сама полетела на самолёте в другой город. Я казалась себе такой взрослой, значительной, самостоятельной! Всё было потрясающе: новый город, студенческий городок, институт, общежитие. В одну комнату нас заселили четырёх девушек. Они тоже были замечательные!

  Экзамены начинались с 1-ого августа. Надо было сдать 5 экзаменов. Они меня не пугали. Влюблённость в жизнь так и била из меня фонтаном! История, которую я хочу рассказать, случилась почти в самом конце. Одна наша подруга к этому времени уже отсеялась, осталось нас трое. И вот однажды вечером прибегает Танька вся возбуждённая и говорит:

  - Девчонки, я познакомилась сейчас с настоящим итальянцем!
  - И откуда ему здесь взяться? Где ты его нашла? - скептически спросили мы с Алиной.
  - Я уже пригласила его к нам в гости на чай сегодня вечером, - восторженно заявила Танька, - не одного конечно, с ребятами. Их четверо в комнате, и живут они в нашей общаге.
  - Боже! Танька! На какие «шиши» ты собралась их угощать?
  - Тихо, тихо! Скинемся помаленьку, купим что-нибудь в буфете. Они, поди, тоже что-то принесут. Главное, расспросим их обо всём, пообщаемся. Интересно же?
  - И он, правда, итальянец? - задали мы с Алиной главный вопрос. - Ты уверена, что тебе не лапшу на уши навешали?
  - Нет, девчонки! У него отец русский дипломат в Италии, а мать - итальянка. Он говорит с акцентом, - Танька закатила глаза, - сразу видно, что иностранец! Хорошенький такой, черноглазенький.
  - А то ты в иностранцах разбираешься! - усмехнулась Алина.

  Мы с Алиной заинтересовались, конечно. Надо же! Итальянец в наших рядах! В первую очередь надо было прикинуть, хватит ли у нас финансовых сил принимать столь почётного гостя со свитой! Как угощать, чем, где взять посуду, стаканы? Но Танька была готова к любым трудностям. Мигом нас организовала. Времени у нас было два часа. Итальянец - это так волнительно...

  Скинулись из своих оскудевших денежных запасов, составили смету и меню. Сбегали в буфет, в столовку, к кастелянше. Танька щедро пожертвовала на банкетный стол последнюю банку с вареньем. Она была девкой деревенской и приехала поступать в институт со своим провиантом. Но к этому дню мы уже почти всё у неё подъели, жаль. Хоть последняя полулитровая банка с вареньем сохранилась и сегодня пригодится. Повезло нам с Танькой!

  Мы с Алиной были девушками городскими, и ни нам, ни нашим мамам не пришло в голову собрать нам в дорогу по мешку провизии. А зря! Денежки очень быстро проедались.
 
  Ровно к восьми вечера всё было готово. Стол накрыт чистыми газетками, сервирован гранёными стаканами, чайник вскипячён, чай заварен. Сами причесались и принарядились, у кого, что было понарядней. Алина среди нас была самой красивой девочкой. Тоненькая, стройная, ноги прямые, русые волосы прямые, нос прямой, глаза серые, большие и томные. Танька была тоже хорошенькая: рыженькая, кудрявая, курносая, в веснушках. И хохотушка, каких поискать. О себе могу сказать, что тоже была кудрявая и вполне себе ничего для своих юных лет. Все мы девочки -  свежие бутончики в 17 лет! Но мы с Танькой демократично отдавали пальму первенства Алине. Она была неотразима!

  И вот, дорогие гости пожаловали. Четверо парней зашли в комнату и представились. Итальянца мы вычленили сразу. Он был ростом пониже остальных, действительно очень хорошенький: чёрные волосы, чёрные глаза, весь такой лощёный - настоящий иностранец!
 
  - Валерьяно, - представился он с лёгким акцентом и пожал нам всем руки, задержав Алинину руку подольше. Похоже, сразу запал на неё, чего и следовало ожидать. Мы с Танькой не расстроились. Наша задача была показать этому итальянцу, какие мы русские девушки разные и разнообразные, разносторонние и необыкновенные. Уж мы постараемся не ударить в грязь лицом: страну представляем!
Не всем выпадает такая честь!
 
  Парни принесли две бутылки портвейна и банку ананасового компота. От нашего дома были пирожки с картошкой и ливером из буфета, нарезка огурцов из столовой, хлеб чёрный из магазина и банка с вареньем из Танькиного мешка. Шикарный у нас получился стол! И начался банкет. Сначала все себя чувствовали немного скованно. Кто из нас знал, как ведут себя там у них в Европах? Никто не знал (кроме итальянца, разумеется). Но после второй порции дело пошло на лад. Разливали помаленьку, закусывали чинно, беседовали. Всё внимание, конечно, было направлено на Валерьяно.

  Парни на правах ближайших друзей рекламировали его с большим энтузиазмом. Подавали итальянца, как этакого заморского принца, случайно залетевшего в наши края. Он, мол, приехал учиться на архитектора. Отец у него родом из Новосибирска, сейчас в Москве, а он - Валерьяно - пожелал остаться здесь. Очень ему понравился этот русский город. Мама уехала с отцом, позже они вернутся в Италию. Всё это нам рассказывали парни, а мы, чуть ли не разинув рот, слушали и любовались итальянцем. Сам он говорил мало, стеснялся своего акцента. Больше улыбался и нас разглядывал. Потом попросил:

  - Хочу русский песня. Пойте. Я буду слушать.
Мы к этому времени уже разогрелись портвейном, удовлетворили своё первое любопытство относительно его персоны и готовы были перейти к концертной деятельности, и представлению себя как носителей русской культуры.

  Надо сказать, что мы были уже вполне спетые. Жили вместе около двух недель - спелись. В те времена люди развлекались в свободное время общением, разговорами, пением. Песен каждый знал много. Слава Богу, что у нас у троих был музыкальный слух,  так что пели мы неплохо. А Алинка не только была красоткой, она и пела лучше всех! Голос имела высокий и приятный. Мы не заставили себя уговаривать - запели. Репертуарчик накидали ещё до прихода гостей. В основном из русско-народных и патриотических песен. А как иначе? Европа будет слушать! Пусть знают наших! Как мы пели! С чувством, да на два голоса! Валерьяно с Алины глаз не сводил. Ну и нам иногда улыбался.

  Периодически промачивали горло. Еда быстро закончилась. Закусывали вино вареньем. Тоже неплохо. Между песнопениями развлекались анекдотами. Парни (русские) оказались в этом жанре большими знатоками, но и мы не отстали. Анекдоты наши были с патриотической начинкой для иностранцев и начинались так: "Собрались как-то русский, немец и француз". Итальянцев решили не упоминать, чтобы не обидеть гостя. Но и так понятно, что русский был самым смекалистым! Куда до русского Европе? А Валерьяно хохотал над нашими анекдотами, потом, отсмеявшись, спрашивал: "А русский зачем так говорить?" И получалось, что ни черта он не понял! Милый, милый итальянец! Долго же придётся тебе постигать наш русский юмор, наш дух, менталитет и культуру!

  А ночь текла. Ах, эта тёплая августовская ночь! Как же было хорошо! Всё было съедено, выпито и спето. Забрезжил рассвет. Надо было расходиться. Распрощались очень тепло. Ребята ушли, а мы, усталые и счастливые, сели рядком и стали делиться впечатлениями, обсуждать это невероятное с нашей точки зрения событие. Нет, не посрамили русские девушки свою страну, выступили от души, показали себя во всей красе! И вдруг Танька встрепенулась:

  - Девчонки! Они ведь тоже обсуждают сегодняшнюю встречу, как и мы сейчас! А давайте подслушаем! Я знаю номер их комнаты. Это в коридоре за поворотом.
  - Танька! Ты гений! - воскликнула я. - Пошли. Разувайся - в носочках пойдём.

  Алинку оставили на хозяйстве, незачем всем стадом ходить, а сами бесшумно на цыпочках потрусили по коридору. Пообещали Алинке всё рассказать слово в слово. Когда приложились к вожделенной двери, услышали приглушённый разговор и хихиканье. О чём - не разобрать. У самих сердчишки колотятся: а ну как выглянуть кто-нибудь из них захочет? Вдруг взрыв хохота - настоящее ржанье! Наверное, итальянцу наши анекдоты разжёвывают и ржут над ним! Тут Танька не удержалась и тоже хихикнула. За дверью сразу установилась тишина. Мы с Танькой, не сговариваясь, рванули за угол и за дверь на боковую лестницу. И замерли там, как статуи. Нам показалось, что из комнаты всё же кто-то выглянул.
 
  Стояли мы там долго, боялись высунуться. Потом рискнули. В коридоре было уже светло. Прибежали в свою комнату все в мыле. Переволновались, страху натерпелись, а узнать ничего не узнали. Алина нас ждала и была разочарована отсутствием новостей. А мы радовались, что не попались! Опозорились бы. И померк бы светлый образ культурных русских девушек.
 
  Уже ничего не обсуждая, улеглись спать. Через два дня мы сдали последний экзамен. Осталось только дождаться списка на зачисление. Я уже знала, что баллов не добираю, и придётся ехать домой. У Таньки та же история. Настроения устраивать прощальный вечер с ребятами  как-то не было. Днём пересеклись с ними в столовке, мило распрощались. Мы с девчонками решили сами в комнате посидеть напоследок.

  Идём с Танькой из магазина мимо баскетбольной площадки, а там наши знакомцы в баскетбол играют. Валерьяно среди них. Мы за кустами пристроились и наблюдаем с умилением за итальянцем-красавчиком. Такой милый! В шортиках, в футболочке беленькой. Парни носятся, орут, ругаются, даже слова из ненормативной лексики употребляют! Как им не стыдно! Что итальянец подумает? А итальянец знай себе бегает, и внимания на это вопиющее бескультурье не обращает. Вдруг один из пацанов как заорёт:

  - Эй, Валерка! Ты что, окосел что ли? Куда мяч зафинтил, «мать твою перемать?»
  - Сам ты окосел, «тудыт твою растудыт!»  Учить он меня будет... Пошёл ты туда, сам знаешь куда! Ловить научись! - с чувством возразил Валерьяно-Валерка на чисто русском языке без всякого акцента.

  Мы с Танькой даже присели от такой неожиданности! Вот это да! Ай да Валерьяно! Вот это они нас "сделали"! Через пару секунд, выйдя из ступора, мы задним ходом отползли от спортивной площадки и вернулись к общаге другим путём.
Присели на лавочку у входа, посмотрели друг на друга и прыснули.

  - Как Алинке-то, скажем? - спросила я. - Только размечталась девушка, а тут такой облом. Расстроится.
  - Ничего, переживёт Алинка. Она любому только подмигнёт, и он уже у неё в кармане. Пошли, утешим её. Алина встретила нас вопросом: " Где вас носит?" Но, увидев наши сочувствующие лица, тут же спросила: "Что случилось?"
  - Алиночка, ты только не расстраивайся, - начала Танька, - увы, Валерьяно больше нет...
  - Что! - большие глаза Алины чуть не выпали из орбит.
  - Прикололись парни, разыграли нас, оказался он русским Валеркой, - поспешила добавить я.
  - Фу, чёрт, напугали! А я уж подумала... Валерка, говорите?
  - Да, Валерка. Жив-здоров, играл в баскетбол и матерился, как сапожник! Русский он - сомнений нет! Да и на кой тебе итальянец? - вдохновенно тараторила Танька.
  - Ты, помню, и в том, что он итальянец, не сомневалась, - вздохнув, напомнила Алина.
  - Как русский Валерка, он был значительно убедительней, - засмеялась Танька.
Мы рассказали Алине сцену на спортивной площадке и так хохотали, что она не выдержала и тоже засмеялась.

  - Девушки. Да, нас разыграли, но ничто не должно отменить наше прощальное чаепитие, - заявила я. Потом мы пили чай с баранками и смеялись, вспоминая, как  старались очаровать итальянца, показать ему, какие мы - русские девушки - замечательные.

  - Как они со смеху-то не лопнули, глядя на нас? - закатывалась Танька.
  - Так они и лопнули, лишь только до своей комнаты добрались! Это они над нами там ржали, а мы подумали... Вот Дуньки! - внесла я ясность.
Алина встала, держа стакан с остывшим чаем и торжественно сказала:

  - Предлагаю тост за нас, за русских Дунек! За самых красивых, весёлых и патриотичных Дунек! Всё-таки мы молодцы! Достойно выступили! Мы чокнулись, а Танька добавила:
  - И за талантливых русских парней.