Мышиная единица действия

                Мышиная единица действия (МЕД)

     Мы уже написали с дедушкой семь сказок о животных, насекомых и прочей разной живности, пора приступать к написанию фэнтези. Я было уж собралась это сделать, но тут мне попались под руку мои черновые записи. В них я нашла пару-тройку любопытных вещиц, которые не мешало бы закончить. Одна из них – это реальная история, которая называется: «Мышиная единица действия (МЕД)». Правда интересно!? Одно название чего стоит…       
     Итак, начинаю.
     Я всегда думала, что мой дедушка всегда будет таким, каким я его знаю – пожилым крепким мужчиной в полном расцвете сил. Представить себе его старым, а тем более дряхлым? Нет уж, увольте. Дед Витя и старость – понятия несовместимые. Он до сих пор ходит на тренировки вместе с бабушкой Леной (иногда я к ним присоединяюсь, когда летом приезжаю в гости, но в последнее время делаю это всё реже), поэтому я даже подумать не могла, что он когда-нибудь заболеет.
     «Дед Витя в принципе заболеть не может, – думала я, – кто угодно, только не он».
     Так я думала долгое время, но оказалось, что в нашем мире болеют все, даже самые спортивные спортсмены, даже чемпионы мира… что уж говорить о дедушке. Он оказался не исключением.
     Занедужил дед Витя внезапно, захромал после очередной тренировки. Мы тогда занимались все вместе: я, он и бабушка. На самой тренировке мне ничего подозрительного в глаза не бросилось. Дедушка, как всегда, был свеж, очень подвижен, как всегда подолгу стоял в паре с бабушкой, и та лупила его от всей души (впрочем, она делала так всегда), в тот раз даже мне было позволено постоять с дедушкой и постучать не только по лапам, но и по нему самому (мне показалось, что мои удары для него, как слону дробина). Но, когда тренировка закончилась, и мы возвращались домой, я вдруг обратила внимание, что дедушка слегка хромает. Совсем чуть-чуть, но это было заметно. И шёл он как-то слишком медленно. Перехватив мой взгляд, он начал оправдываться:
     — Растянул себе ногу, – сказал он, – к следующему разу пройдёт.
     Но на следующей тренировке он уже в паре ни с кем не стоял, а возвращаясь домой, хромал ещё больше. Бабушка отнеслась к этому серьёзно и отправила его в поликлинику. Там ему сделали рентген, который показал, что у него не всё в порядке с тазобедренным суставом правой ноги. А именно – коксартроз второй степени. Вот тебе и спорт. 
     Конечно спорт тут не при чём, скорее всего дал о себе знать возраст и десять лет работы на Крайнем Севере. По крайней мере, так сказала бабушка Лена. Короче, взялись мы с ней деда лечить.
     Лечим мы его лечим, уколы делаем, по утрам и вечерам таблетки даём, а у него никаких улучшений.
     — Надо мазь ему выписать, – говорит бабушка, – какую-нибудь крутую. Противовоспалительную (уфф – выговорила).
 В аптеке, куда мы пришли, нам посоветовали «Салвисар».
     — Она из натуральных компонентов состоит, – сказала нам девушка фармацевт, – от суставных болей помогает и аллергических реакций не даёт.
     В первый же вечер пред сном мы намазали дедушку, и ему полегчало. Спал он в ту ночь хорошо и почти не ворочался. Утром встал, радостный.
     — Я, – говорит, – давно уже так не высыпался.
     Потом за завтраком сидит за столом, довольный такой, весёлый. Ещё бы, по себе знаю, когда долго болеешь, а потом выздоравливаешь, всегда настроение улучшается.
     Но бабушка Лена, а она у нас дотошная, после того, как выпила своего кипятка-чаю (она его всегда пьёт огневым, прямо с плиты), говорит:
     — Прежде чем в следующий раз деда мазать, надо инструкцию прочитать, да повнимательней.
     Достаёт её из упаковки и читает: 
     — Салвисар – мазь при болях в мышцах и суставах. Состав мази, – продолжает она, вглядываясь в мелкий шрифт (инструкции почему-то всегда мелким шрифтом написаны), – действующие вещества: яд гадюки обыкновенной 5 – мышиных единиц действия, в скобках (МЕД), далее салициловая кислота – 1 грамм, – читает она  отчётливым голосом, – камфара синтетическая – 3 грамма и скипидар живичный – 3 грамма. Но, как я поняла, основной лечебный компонент – это яд гадюки в дозе пяти мышиных единиц действия.
     Бабушка оторвала взгляд от инструкции.
     — Это что, выходит мы деда гадючьим ядом травили и дальше травить собираемся!?
     — Ничего, – успокоил её дед, засмеявшись, – я в деревне вырос, на свежем воздухе, гадюк в Верхнем саду видел навалом, особенно в конце мая, когда они кожу меняли. Значит, это лекарство от моих земляков мне досталось. Вернее, землячек, – он опять засмеялся, – вечером снова намажусь, а там посмотрим.
     — Открой-ка интернет, – попросила меня бабушка, – и найди там, что это за «Мышиная единица действия»? Что она из себя представляет?
     Открываю интернет, нахожу нужное мне, читаю. Дед с бабушкой внимательно слушают. 
     —  Мышиная единица действия, сокращённо (МЕД), – читаю я, – это количество токсина, необходимое для уничтожения 20-граммовой мыши за 15 минут с помощью внутрибрюшинной инъекции.
     «Вот это, да-а! – ошарашенно думаю я. – Тут никаких ужастиков не надо!». – Но продолжаю читать дальше.
     — Один МЕД, – продолжаю я, – соответствует активности 0,11 мг яда гюрзы или 0,0776 мг яда гадюки. Перед применением любых лекарственных средств необходимо проконсультироваться с врачом, – заканчиваю я.
     — Да-а, – теперь уже невесело усмехается дедушка, – а я бы расшифровал этот МЕД, как мышиная единица дохлости, и никак иначе. Но мазь всё же мне помогла, поэтому продолжу мазанье… 
     Через неделю дедушка был «как огурец». Это он сам так сказал, ходил и почти не хромал. На тренировках, правда, не скакал, как прежде, а вот походы на Андреевский луг за грибами и ягодами мы с ним возобновили, и собирал он ягод, как всегда, больше меня.
      Такой вот у меня дедушка. Пока, слава богу, живой.

                11 февраля 2026 года

        * Картинка взята из Интернета из свободного доступа