Мышиная единица действия МЕД

     Предыдущая сказка:  http://proza.ru/2026/02/10/1501       

                Мышиная единица действия (МЕД)
       
     Мы уже написали с дедушкой семь сказок о животных, насекомых и прочей разной живности, самое время приступить к написанию фэнтези. Я уж было начала это делать, но тут мне попалась под руку моя черновая тетрадь, в которой я нашла пару-тройку любопытных вещиц. Одна из них называется: «Мышиная единица действия (МЕД)». История эта реальная и произошла она совсем недавно. Мне она показалась заманчивой (особенно название), поэтому я решила её довести до ума…       
     Итак, начинаю… 
     Я всегда думала, что мой дедушка всегда будет таким, каким я его знаю – пожилым крепким мужчиной в полном расцвете сил. Представить его старым, тем более немощным, я не могла. Дед Витя и старость – понятия несовместимые. Он до сих пор ходит на тренировки вместе с бабушкой Леной (иногда я к ним присоединяюсь, но в последнее время всё реже), поэтому мне даже в голову не приходило, что он может когда-нибудь заболеть.
     «Дед Витя в принципе заболеть не может, – думала я, – кто угодно, только не он».
     Но оказалось, что в нашем мире болеют все, даже самые спортивные спортсмены и даже самые «чемпионистые» чемпионы… что уж говорить о моём дедушке. Он оказался не исключением.
     Занедужил дед Витя внезапно, захромал после очередной тренировки. Мы тогда занимались все вместе: он, я и бабушка Лена. Пока шла тренировка, всё было нормально, ничего подозрительного я не замечала. Дедушка, как всегда, был свеж, энергичен, подолгу стоял в паре с бабушкой, и та лупила его сколько ей вздумается (впрочем, так она всегда поступает), потом и мне было позволено постоять с ним в паре, и постучать не только по лапам, но и по нему самому (мне тогда показалось, что мои удары для него, как слону дробина), но, когда тренировка закончилась, и мы возвращались домой, я вдруг обратила внимание, что дед Витя слегка прихрамывает. Совсем чуть-чуть, но я это заметила, и шёл он как-то слишком уж медленно. Перехватив мой взгляд, он стал оправдываться:
     — Кажется, ногу себе растянул, – сказал он бодро, – к следующему разу пройдёт.
     Но к следующему разу ничего не прошло и на следующей тренировке он уже в паре ни с кем не стоял, а возвращаясь домой, хромал ещё больше. Бабушка отнеслась к этому серьёзно и отправила его в поликлинику.
    — Пусть тебя там посмотрят, – сказала она, – просветят как следует, а на тренировки мы пока походим вдвоём с Алисой.
     В поликлинике ему сделали рентген, и он показал, что у дедушки тазобедренный сустав правой ноги не в порядке. Какие-то наросты на нём появились, в закдючении написали, что это коксартроз второй степени. Вот тебе и спорт… 
     Конечно спорт тут не при чём, скорее всего дал о себе знать возраст и десять лет работы на Крайнем Севере. По крайней мере, так сказала бабушка. Короче, взялись мы с ней лечить нашего деда и лечить не за страх, а за совесть.
     Лечим-лечим, уколы делаем, по утрам и вечерам таблетки даём, а у него никаких улучшений.
     — Надо ему мазь прописать, – предложила бабушка, – какую-нибудь крутую, от которой сразу полегчает. Противовоспалительную. Уф-ф – еле выговорила.
     В аптеке, куда мы пришли, нам посоветовали купить мазь из натуральных компонентов. Очень специфическую, как потом оказалось.
     — Она от суставных болей, – сказала девушка фармацевт, просовывая в окошко тюбик в зелёной упаковке, – действенная и аллергических реакций не даёт. Стоит семьсот пятьдесят рублей…
     — Посмотрим, – задумчиво произнесла бабушка, – оправдает ли она свою цену.
     В первый же вечер пред сном мы ей намазали деда Витю, намазали от и до, и ему сразу же полегчало. Спал он в ту ночь хорошо и утром встал как новенький.
     — Я, говорит, давно уже так не высыпался.
     А сам светится весь и потом за завтраком сидит такой довольный, весёлый, кашу с ягодами ест… Ещё бы, по себе знаю, когда долго болеешь, а потом выздоравливаешь, всегда настроение улучшается.
     Но бабушка Лена (она у нас дотошная, а в вопросах здоровья особенно), выпив своего кипятка-чаю (она его всегда огневым пьёт), говорит:
     — Прежде чем ещё раз деда намазать, давай почитаем инструкцию… и повнимательней.
     Достаёт мелко исписанную бумажку из упаковки, читает: 
     — Такая-то мазь, – читает она, – при болях в суставах и сухожилиях. Состоит, – продолжает бабушка, вглядываясь в мелкий шрифт (все инструкции почему-то всегда мелким шрифтом написаны), – действующие вещества: яд гадюки обыкновенной – 5-ть мышиных единиц действия, в скобках (МЕД), далее, салициловая кислота – 1 грамм, – всё это она читает отчётливым голосом и продолжает, – камфара синтетическая – 3 грамма и скипидар живичный – тоже 3 грамма. Но, как я поняла, основной лечебный компонент – это яд гадюки в дозе пяти мышиных единиц действия.
     Бабушка отрывает взгляд от инструкции.
     — Это что, выходит мы деда гадючьим ядом травим и дальше травить собираемся!?
     — Ничего, – успокаивает её дед, – я в деревне вырос, на свежем воздухе, гадюк в Верхнем саду видел превеликое множество, особенно в конце мая, когда они кожу меняли. Значит, это лекарство мне досталось от моих земляков. Вернее, землячек, – он улыбнулся с довольным видом, – вечером снова намажусь, а там посмотрим…
     — Открой-ка интернет, – попросила меня бабушка, – и найди там, что из себя представляет эта «Мышиная единица действия»?
     Я беру телефон, открываю, нахожу нужное и читаю. Дед с бабушкой внимательно слушают. 
     —  Мышиная единица действия, сокращённо (МЕД), – читаю я, – это количество токсина, необходимое для уничтожения 20-граммовой мыши за 15 минут с помощью внутрибрюшинной инъекции.
     «Вот это, да-а! – ошарашенно думаю я, оторвавшись от телефона. – Тут никаких ужастиков не надо!». – Но продолжаю дальше читать.
     — Один МЕД, – продолжаю я, – соответствует активности 0,11 (ноль одиннадцати сотых) миллиграмма яда гюрзы или 0,0776 (ноль ноль семьсот семьдесят шесть десятитысячных) миллиграмма яда гадюки. Перед применением любых лекарственных средств необходимо проконсультироваться с врачом, – заканчиваю я.
     — Да-а, – продолжает улыбаться дедушка, но теперь уже невесело, – вот тебе и лекарство, я бы расшифровал этот (МЕД), как мышиная единица дохлости, и никак иначе. Но мазь-то мне помогла, поэтому продолжим мазанье… 
     Через неделю дедушка был «как огурец». Это он сам так сказал, снова ходил и почти не хромал. На тренировках, правда, не скакал, как прежде, а вот походы на Андреевский луг за грибами и ягодами мы с ним возобновили, и собирал он ягод, как всегда, больше меня.
     Такой вот у меня дедушка. Пока, слава богу, живой.

                11 февраля 2026 года

        * Картинка взята из Интернета из свободного доступа

       Продолжение: http://proza.ru/2026/02/01/1712