Тематический цитатник по философии

ТЕМЫ ШЕСТИ ВАЖНЕЙШИХ ЦИТАТНИКОВ.

1. Философы о диалектике.

2. Либералы о необходимости преодоления ложного и дешёвого либерализма.

3. «Социалисты» о необходимости снятия «марксизма».

4. Об «истинной политее» и «антиполитии».

5. «Что такое интерсубъектность».

6. Философы о Б-ге.

1. ФИЛОСОФЫ О ДИАЛЕКТИКЕ.

1. М. Хайдеггер:

«В ходе разработки самой онтологической путеводной нити, т.е. "герменевтики" логоса, растет возможность более радикального охвата бытийной проблемы. "Диалектика", которая была настоящим философским замешательством, становится излишней. Поэтому у Аристотеля не было "уже никакого понимания" для нее, коль скоро он поставил ее на более радикальную почву и снял.» («Бытие и Время»)

2. Аристотель:

«…диалектика, точнее, софистика, дальше свойств вещей и не идет, и не изучает сущее именно как сущее. Итак, остается философу созерцать сущее, о котором мы только что говорили.» (Метафизика); «…диалектики дерзают рассматривать, придумывая мысль из одних только мнений…»; «Диалектика на опыте узнает то, что философия и так знает; а софистика — кажущаяся наука, по сути не существующая.» («Метафизика»); «Диалектические положения — это также и сходные с правдоподобными, и предлагаемые как противоречащие тем, которые противоположны считающимся правдоподобными…»; «Для философии, конечно, эти положения следует составлять сообразно с истиной, а для мнения — диалектически.» («Топика»)

3. И. Кант:

«…общая логика, которая есть лишь канон для оценки, нередко применяется как бы в качестве органона для действительного создания по крайней мере видимости объективных утверждений и таким образом на деле употребляется во зло. Общая логика, претендующая на название такого органона, называется диалектикой.»; «…из действительного применения его легко заключить, что она была у них [у древних] не чем иным, как логикой видимости. Это было софистическое искусство придавать своему незнанию или даже преднамеренному обману вид истины…»; «Поэтому диалектика причисляется к логике скорее в форме критики диалектической видимости…» («Критика чистого разума»)

4. Ф. Ницше:

«Софисты близко подходят к критике морали, к первому прозрению в вопросах морали: они сопоставляют ряды моральных суждений (их местную обусловленность); они дают понять, что каждая мораль может быть диалектически оправдана, то есть, что всякое обоснование морали по необходимости должно быть софистическим…»; «До Сократа диалектическая манера отвергалась во всяком хорошем обществе. Полагали, что она дискредитирует и предостерегали от нее юношество.»; «Ничто так быстро не утрачивает своей силы, как диалектический эффект. Диалектика может годиться только в случаях необходимой обороны.» («Воля к Власти»)

5. М. Фуко:

«Диалектическая суверенность подобия состоит в том, что оно позволяет различиям существовать, но всегда только под властью негативного…» («Theatrum philosophicum»); «…диалектическую логику я предлагаю заменить тем, что я бы назвал логикой стратегии. А логика стратегии не сводит противоречащие термины к ОДНОРОДНОМУ элементу…»; «Логика стратегии — это логика соединения разнородного, а не логика гомогенизации противоречивого.»; «…о чем нужно помнить, так это о том, что разнородность никогда не бывает принципом исключения, или, если хотите, разнородность никогда НЕ МЕШАЕТ ни сосуществованию, ни сопряжению, ни взаимосвязанности.» («Рождение Биополитики»)

6. Ж. Бодрийяр:

«…два дифференциальных полюса имплозируют друг в друга или рециркулируют друг друга — [происходит] синхронизация противоположностей, которая является одновременно пародией и концом любой диалектики.» («Симулякры и симуляции» с. 59.)

7. Ж. Делёз:

«Смысл слитых воедино истории и диалектики — не воплощение разума, свободы или человека как вида, но нигилизм, ничего, кроме нигилизма.»; «Странный силлогизм раба: ему нужны два отрицания, чтобы создать видимость утверждения. Мы уже предощущаем, в какой форме столь преуспел в философии силлогизм раба: это диалектика.» («Ницше и Философия»); «Итак, идеальный центр схождения по самой своей природе постоянно децентрирован. Его функция только в том, чтобы утверждать расхождение…»; «...это расхождение утверждается так, что или... или само становится чистым утверждением.» («Логика Смысла»); «Утверждение есть наслаждение и игра собственным различием…»; «…утверждение во всей своей мощи оказывается двойным: утверждение утверждают…»; «Оба утверждения образуют потенцию утверждения в целом.» («Ницше и Философия»).

8. Г. Гегель:

«Логическое по своей форме имеет три стороны: а) абстрактную, или рассудочную, ;) диалектическую, или отрицательно-разумную, у) спекулятивную, или положительно-разумную. Эти три стороны не составляют трех частей логики, а суть моменты всякого логически реального, т. е. всякого понятия или всего истинного вообще.»; «В спекулятивной логике содержится чисто рассудочная логика…» («ЭФН»1); «Мышление как рассудок не идет дальше неподвижной определенности и отличия последней от других определенностей…»; «Диалектический момент есть снятие такими конечными определениями самих себя и их переход в свою противоположность.»; «Спекулятивное, или положительно-разумное, постигает единство определений в их противоположности, то УТВЕРДИТЕЛЬНОЕ, которое содержится в их разрешении и переходе.» («ЭФН»1); «Рассудок дает определения и твердо держится их; разум же отрицателен и диалектичен, ибо он обращает определения рассудка в ничто...»; «Но в СВОЕЙ ИСТИНЕ разум есть дух, который выше их обоих [и рассудка и диалектического разума]...» («Наука Логики» 1).

2. ЛИБЕРАЛЫ О НЕОБХОДИМОСТИ ПРЕОДОЛЕНИЯ ЛОЖНОГО И ДЕШЁВОГО ЛИБЕРАЛИЗМА.

1. Карл Поппер:

«Свобода сама себя упраздняет, если она не ограничена...»; «…принцип государственного невмешательства в экономику - принцип, на котором основывается не ограниченная законодательно экономическая система капитализма, должен быть отброшен. Если мы хотим защитить свободу, то должны потребовать, чтобы политика неограниченной экономической свободы была заменена плановым вмешательством государства в экономику.»; «Действительно, правление, которое создает институты контроля за оружием и преступностью, но не за властью денег, вполне может попасть под влияние последних. В таком государстве может править бесконтрольный ганкстеризм богатых.»; «В истории бывали времена, когда, к примеру, всякая эксплуатация была грабежом, непосредственно основанным на власти военной силы. И сегодня немногие поддерживают наивный взгляд, согласно которому «прогресс истории» раз и навсегда положил конец этому прямому способу эксплуатации людей. Сторонники такого взгляда ошибочно полагают, что поскольку формальная свобода однажды была завоевана, для нас уже невозможно вновь подпасть под власть таких примитивных форм эксплуатации...» («Открытое общество и его враги» Том 2); «Тезис №3: ... Благодаря технологиям мир — по крайней мере потенциально — достаточно богат, чтобы ликвидировать бедность. И он достаточно богат, чтобы свести безработицу к допустимому минимуму. Экономисты должны понять, что осуществить это очень трудно, но необходимо. Довольно неожиданно (около 1965 г.) они отошли от идеи считать это своей первоочередной задачей…»; «Решение этой проблемы является безотлагательным, и возмутительно, что она стала неактуальной.» («Мысли об истории и политике»; «Доклад прочитанный 6 марта 1992г.»)

2. Людвиг Мизес:

«Согласие с нравственными правилами, соблюдение которых требует создание, сохранение и интенсификация общественного сотрудничества, представляется не жертвой мистической сущности, а использованием наиболее эффективных методов деятельности, ценой достижения более высоко ценимых результатов.»; «Разумеется, всегда будут существовать индивиды или группы индивидов, интеллект которых настолько ограничен, что они неспособны осознать выгоды, которые предоставляет им общественное сотрудничество.»; «Выгоды от мирного сотрудничества и разделения труда всеобщи. Они тотчас же приносят пользу именно данному поколению, а не отдаленным потомкам. Ибо все, чем индивид жертвует ради общества, он сполна компенсирует большей выгодой.»; «Второе: [истинные] либералы не смотрят свысока на интеллектуальные и духовные устремления человека. Наоборот, с неистовым рвением они стремятся к интеллектуальному и нравственному совершенствованию, к мудрости и эстетической безупречности.» (Л. Мизес «Человеческая деятельность»)

3. Милтон Фридман:

«Ни одно общество не может быть стабильным, если в нем отсутствуют стержневые оценочные суждения, безоговорочно принимаемые подавляющим большинством его членов.»; «...все мы, возможно, хотели бы способствовать борьбе с бедностью при условии, что и все остальные поступят так же. Без подобной гарантии мы, наверное, не захотели бы внести ту же самую сумму. В маленьких общинах для осуществления этого условия за счет частной благотворительности может быть достаточно давления общественного мнения. В крупных имперсональных общинах, которые все в большей степени начинают доминировать в нашем обществе, добиться этого с помощью одного только общественного мнения значительно труднее.»; «Он [истинный либерал] рассматривает частную благотворительность, рассчитанную на оказание помощи менее удачливым [людям], как пример разумного пользования свободой. И он может одобрительно относиться к действиям государства, направленным на борьбу с бедностью, как к более эффективному средству, с помощью которого большая часть общества может достичь общей цели.» (М. Фридман «Капитализм и свобода»)

4. Бертран Рассел:

«Летом 1915 года я написал «Принципы социальной реконструкции»…»; «Там я выдвинул философию политики, основанную на убеждении, что человеческая жизнь строится скорее под влиянием импульсов, чем разумно обусловленной цели. Импульсы я разделил на две группы — импульсы обладания и импульсы творчества, считая лучшей жизнью ту, которая по большей части строится на творческих импульсах. В качестве примеров, демонстрирующих импульсы обладания, я привел государство, войну и бедность, а примерами творческих импульсов мне послужили образование, брак и религия. По моему убеждению, преобразующим принципом должна стать свобода творчества.» (Б. Рассел «Автобиография»)

5. Френсис Фукуяма:

«Те, кто выступает за «сумерки государственности» — являются ли они поборниками свободного рынка или преданы идее многосторонних договоров, — должны объяснить, что именно заменит силу суверенных национальных государств в современном мире (см. Evans 1997). На самом деле эту пропасть заполнило разношерстное собрание международных организаций, преступных синдикатов, террористических групп и так далее, которые могут обладать в определенной степени властью и легитимностью, но редко и тем и другим сразу.» (Ф. Фукуяма «Сильное государство»); «Этот продолжительный период, начавшийся с Рейгана и Тэтчер, во время которого закрепилась идея о преимуществах нерегулируемого рынка, во многом имел разрушительный эффект»; «Говоря о социальном равенстве, это привело к ослаблению профсоюзов, переговорных возможностей рядовых рабочих, практически повсеместному росту олигархического класса, который в итоге получил чрезмерную политическую власть. С точки зрения финансов, если мы чему-то и научились благодаря финансовому кризису, так это тому, что данный сектор [то есть финансовый] необходимо регулировать по полной, иначе он заставит платить за него всех остальных. Вся эта идеология очень глубоко укоренилась в пределах Еврозоны, политика экономии, которую Германия навязала Южной Европе, была разрушительной». (George Eaton 17. октября 2018г. Francis Fukuyama interview: «Socialism ought to come back» («Социализм должен вернуться»))

6. Фридрих Хайек:

«Популярность идеи «планирования» связана прежде всего с совершенно понятным стремлением решать наши общие проблемы по возможности рационально, чтобы удавалось предвидеть последствия наших действий. В этом смысле каждый, кто не является полным фаталистом, мыслит «планово». И всякое политическое действие — это акт планирования (по крайней мере, должно быть таковым), хорошего или плохого, умного или неумного, прозорливого или недальновидного, но планирования. Экономист, который по долгу своей профессии призван изучать человеческую деятельность, неразрывно связанную с планированием, не может иметь ничего против этого понятия.»; «...если мы хотим распределять доходы или блага в соответствии с определенными стандартами, мы должны прибегать к планированию.»; «Несогласие с таким [с ложным см. по тексту] пониманием планирования не следует путать с догматической приверженностью принципу laissez-faire. [Истинные] Либералы говорят о необходимости максимального использования потенциала конкуренции для координации деятельности, а не призывают пускать вещи на самотек.»; «И они вовсе не отрицают, а, наоборот, всячески подчеркивают, что для создания эффективной конкуренции нужна хорошо продуманная система законов, но как нынешнее законодательство, так и законодательство прошлого в этом отношении далеки от совершенства. Не отрицают они и того, что там, где не удается создать условий для эффективной конкуренции, надо использовать другие методы управления экономической деятельностью.» («Дорога к рабству»)

7. Натаниэль Бранден:

«…разумность – это предварительное условие независимости и уверенности в себе.»; «…отвергающий ответственность мышления, может существовать, только паразитируя на разуме других. А паразит не может быть индивидуалистом.»; «Бунтарство или необычность сами по себе не являются доказательствами индивидуализма. Точно так же, как индивидуализм не сводится к отрицанию коллективизма, он не сводится и к отсутствию подчинения нормам.»; «Психически нездорового человека вряд ли кто-нибудь станет обвинять в конформизме, однако как психически больной, так и субъективист отнюдь не являются представителями индивидуализма.» (Натаниэль Бранде «Фальшивый индивидуализм»)

8. Джон Роулс:

«...фундаментальным для справедливости является понятие честности, относящееся к честным деловым отношениям между лицами, которые сотрудничают или конкурируют друг с другом…»; «…люди, в идеале, должны хотеть служить друг другу.» (Д. Роулс «Справедливость как честность»)

9. Адам Смит:

«Какую бы степень эгоизма мы ни предположили в человеке, природе его, очевидно, свойственно участие к тому, что случается с другими, участие, вследствие которого счастье их необходимо для него, даже если бы оно состояло только в удовольствии быть его свидетелем.»; «Из всего сказанного нами следует, что выражать свое сочувствие другим и забывать самого себя, ограничивать насколько возможно личный эгоизм и отдаваться снисходительной симпатии к другим представляет высшую степень нравственного совершенства, на какую только способна человеческая природа. Только таким путем мы можем достигнуть того господства согласия в чувствованиях людей, при котором страсти наши оказываются законными и приносят нам счастье.» (А. Смит «Теория нравственных чувств»)

10. Айн Рэнд:

«…существует фундаментальное различение между нашим подходом и тем, который демонстрируют как традиционные защитники капитализма, так и его современные апологеты. За малым исключением, именно они, по определению, несут ответственность за крах капиталистической системы. И вина их заключается в том, что они не могут либо не желают защищать морально-философские установки капитализма как системы.» («Капитализм» М.2019); «Напомню, что «права» – это этический принцип…»; «…отношения [между людьми] будут кардинально различаться в зависимости от того, взаимодействуют ли люди между собой как свободные, независимые личности, считающие, что всякий человек самоценен, или же как члены одной стаи, где всякий видит в других лишь слепые орудия достижения своих личных целей, а также целей «стаи вообще». («Что такое капитализм» М.2019.)

-------------------------------—
Карнеги, Форд и Рокфеллер о необходимости интенсивного отчуждения и циркуляции капиталов:

Генри Форд (крупнейший автопромышленник):

«Бережливость – излюбленное правило всех полулживых людей.»; «Принцип правильной траты есть единственный необманный принцип. Трата положительна, активна, животворна. Трата жива. Трата умножает сумму всего хорошего.»; «Излишек есть общий продукт всей организации.»; «Никто не имеет права считать подобный излишек личной собственностью, ибо не один он его создал»; «Всегда следует платить высшие ставки. Каждому участнику должно быть дано приличное содержание, безразлично, какую бы роль он не исполнял.» (Г. Форд «Моя жизнь, мои достижения.»)

Э. Карнеги (крупнейший металлопромышленник)

«Людям, которые всю жизнь продолжают накапливать огромные состояния, правильное использование которых во всеобщих интересах было бы благом для общества, следует дать понять, что общество в лице государства не может быть лишено права на пристойную долю этого состояния.» (Э. Карнеги «Богатство»)

Д. Рокфеллер (крупнейший нефтепромышленник):

«Я твёрдо верю в то, что истинное человеколюбие, скорее всего, заключается в способности применить свои силы, время и средства так, что бы состояние, возрастающее из этого дела, дало возможность найти как можно большему числу людей и занятие, и приличный заработок...»; «Считать добрым делом бессмысленную трату денег, на мой взгляд, необычайно ошибочно и характерно для людей очень близоруких.»; «Деньги полученные человеком без труда, редко бывают благодеянием и гораздо чаще проклятием для него.»; «Мы, американцы уже достигли в жизни народов таких успехов, что вправе требовать от наиболее видных своих сограждан больших пожертвований для общества, в пользу общего блага, как временем, так и разумом, и средствами.»; «Учителя, РАБОЧИЕ и великие вожди наций должны быть освобождены от давящих и угнетающих забот о деньгах.» (Д. Рокфеллер «Как я нажил 500 000 000 долларов»)

3. СОЦИАЛИСТЫ О НЕОБХОДИМОСТИ ПРЕОДОЛЕНИЯ-СНЯТИЯ ОДНОСТОРОННИХ ОПРЕДЕЛЕНИЙ МАРКСИЗМА.

1. Герберт Маркузе:

«…Маркс предполагал, что переход к социализму совершится в индустриально развитых странах…»; «Однако именно в индустриально развитых странах приблизительно с начала века степень упорядочения внутренних противоречий стала существенно увеличиваться, а сила отрицания, которой располагал пролетариат, — постоянно уменьшаться. Не только незначительная «рабочая аристократия», но и более широкий слой трудящихся стал конформистской частью сложившейся общественной структуры…»; «Когда в 1895 г. умер Ф. Энгельс, в развитых капиталистических странах наметилась широкомасштабная тенденция к улучшению условий жизни и труда рабочего класса, причем весьма превосходившая тот уровень, который Маркс предвосхищал и описывал в своем «Капитале».»; «Идея обнищания, выдвинутая Марксом, предполагает осознание того, что потенциальные возможности человека, а также возможность их реализации ограничиваются…»; «Однако впоследствии развитие капиталистического производства остановило развитие революционного сознания. Технологический прогресс множил как потребности, так и способы их удовлетворения…»; «Огромный рост производительности труда в рамках господствующих социальных институтов сделал неизбежным массовое производство, но вместе с ним — и манипулирование массами.»; «Вместе с этим технологический прогресс принципиально изменил соотношение социальных сил. Мощные и эффективные орудия подавления, контролируемые правительством, способствовали тому, что классические формы социальной борьбы устарели и приобрели романтический вид.» (Г. Маркузе «Разум и революция. Гегель и становление социальной теории»)

2. Иосиф Сталин:

«Некоторые товарищи думают, что на руководящие должности на фабриках, на заводах можно выдвигать лишь партийных товарищей. На этом основании они нередко оттирают способных и инициативных беспартийных товарищей, выдвигая на первое место партийцев, хотя и менее способных и неинициативных. Нечего и говорить, что нет ничего глупее и реакционнее такой, с позволения сказать, “политики”.»; «Наша политика состоит вовсе не в том, чтобы превратить партию в замкнутую касту. Наша политика состоит в том, чтобы между партийными и беспартийными рабочими существовала атмосфера “взаимного доверия”…»; «Среди этих [инициативных] товарищей имеется не мало беспартийных. Но это не может служить препятствием к тому, чтобы смелее выдвигать их на руководящие должности.»; «…требуется, далее, чтобы наши нынешние громоздкие объединения, имеющие иногда в своем составе 100–200 предприятий, – разукрупнить немедля и разбить на несколько объединений. Понятно, что председатель объединения, имеющий дело с сотней и больше заводов, не может по-настоящему знать этих заводов, их возможностей, их работы. Понятно, что, не зная заводов, он не в состоянии руководить ими.»; «…требуется, далее, чтобы наши объединения перешли от коллегиального управления к управлению единоличному. Сейчас дело обстоит так, что в коллегиях объединений сидят по 10–15 человек и пишут бумаги, ведут дискуссию. Управлять так дальше нельзя, товарищи.» («Новая обстановка - новые задачи хозяйственного строительства». 23 июня 1931 г.); «Одно время хвастали у нас тем, что техники, инженеры будут получать не больше квалифицированных рабочих. Энгельс ни черта не понимал в производстве и запутал нас.» (Беседы И. В. Сталина по вопросам политической экономии. Записи 1941, 1950, 1952 гг.). «Итак, ликвидировать текучесть рабочей силы, уничтожить уравниловку, правильно организовать зарплату, улучшить бытовые условия рабочих - такова задача.» («Новая обстановка - новые задачи хозяйственного строительства». 23 июня 1931 г.)

3. Луи Альтюссер:

«Первым толчком мы были обязаны самому Сталину…»; «В нескольких простых страницах, на которых он осуждал чрезмерное рвение тех, кто желал считать язык еще одной надстройкой, мы между строк различили скрытое послание: критерий классовой принадлежности имеет свои границы…» (Л. Альтюссер «За Маркса»); «Когда мы говорим, что марксистская “теория” государства отчасти является “дескриптивной”, прежде всего это значит, что данная дескриптивная “теория”, вне всякого сомнения, является предварительной марксистской теорией государства и что она дает нам самое главное, то есть весомое основание для всякого последующего развития теории.»; «Тем не менее, дескриптивная теория государства представляет собой этап конституирования такой теории, которая сама требует, чтобы ее “преодолели”...» («Идеология и идеологические аппараты государства 1969г.)

4. Жан Поль Сартр:

«…конкретный марксизм должен изучать реальных людей, а не растворять их в сернокислой ванне.» («Проблемы метода» 1957г.); «Начиная с Маркса марксизм жил своей жизнью и одновременно старился. Теперь мы находимся на этапе, когда старение должно завершиться смертью. Это не означает, что основные понятия марксизма исчезнут вместе с ним. Наоборот, они будут восприняты и использованы. Но сохранение марксизма сегодня потребует очень больших усилий. Чтобы быть кратким, скажу только, что анализ национального и международного капитализма в 1848 году не имеет ни малейшего отношения к капитализму сегодняшнему (1975г). Необходимо ввести новое понятие, которое Маркс не мог предвидеть и которое не является марксистским в классическом понимании.»; «Философия свободы, которая рождается на наших глазах, будет философией того же плана, что и марксизм, то есть смесью теории и практики, философией, в которой теория служит практике, но которая принимает в качестве отправного момента свободу. Именно ее, как мне кажется, недостает в марксистской теории.» («Эпоха лишённая морали» 1975г.)

5. Пьер Розанваллон:

«Через все труды Маркса проходят две важнейшие политические темы, которые также составляют сердцевину того, что мы назвали утопическим либерализмом: угасание политики и критика прав человека.»; «…нам представляется важным подчеркнуть, что Маркс разоблачает не просто классовое и бюрократическое государство, он целит также и в государство как правовое государство.»; «Действительный смысл прав человека состоит [по Марксу – В.К.] в утверждении принципа свободы каждого и ненанесения вреда другому…»; «Отстаивать их означает не что иное, как бороться за «освобожденное рабство…»; «Словом, отстаивание прав человека — не более чем иллюзорная борьба.»; «В своей критике буржуазного общества и посредничества интереса Маркс, следовательно, лишь возвращается к классическим теориям XVIII века о симпатии и естественной гармонии людей. Только ценой подлинного регресса ему удается преодолеть Смита…» (П. Розанваллон «Утопический Капитализм. История Идеи Рынка»)

6. Виктор Вазюлин:

«Изменения, которые произошли в истории человечества, столь значительны, что они вызывают неотложную потребность в диалектическом “снятии” марксизма. “Снятие” же в диалектическом смысле есть не просто отрицание, а отрицание с сохранением в преобразованном виде того, что отрицается.» («Логика Истории»); «…понимание классовых взаимоотношений в классическом марксизме остановилось в общем и целом на уровне понимания противоположностей. Но что есть противоположности? Конечно, между противоположностями есть единство, но если останавливаться на противоположности и главным образом на отрицании противоположностями друг друга, то единство уходит куда-то в сторону, а противоположности оказываются [только] внешними по отношению друг к другу. Между тем следующий этап, который должен был быть сделан, но в силу ограниченности той эпохи не был сделан это понимание противоречия, а противоречие это несколько более глубокое понимание, чем понимание просто единства противоположностей. [В противоречии] они, эти противоположные стороны не просто отрицают друг друга: они отрицают друг друга в своём взаимопорождении. То есть вот это и есть самая суть. Но эту суть почти невозможно было понять вот в ту эпоху [в эпоху Маркса и Ленина].» (В. А. Вазюлин «О необходимости снятия классической формы марксизма (25.12.2004)» Видео на Ютуб канале «научный коммунизм»)

7. Аксель Хоннет:

«Если мы будем искать в социальной философии Гегеля ответ на вопрос, как он представлял себе соединение сфер общества, различие которых он уже устанавливал с функциональной точки зрения, то неизбежно найдем намеки на такой ответ в используемом им образе живого организма, ибо каждый раз, когда он принимается за резюмирующее описание основанной на разделении труда структуры обществ модерна, то опирается, по-видимому, на представление о целенаправленном взаимодействии всех подсистем с целью сохранения органического целого. Социальные сферы должны относиться друг к другу так же, как органы живого тела, выполняя, согласно специфичным для каждой из них нормам, те операции, которые затем, взятые вместе, служат приоритетной цели воспроизводства общества.»; «Эта идея демократической формы жизни, которая сегодня должна носиться перед внутренним взглядом социализма в качестве образа освобожденного общества, имеет перед более ранними социалистическими представлениями о будущем то преимущество, что отдает должное нормативной самозаконности различных функциональных сфер общества, не оставляя, однако, по этой причине надежды на достижение внутренне согласного целого.»; «Общество будущего не следует более представлять себе как порядок, центрически управляемый снизу, исходя из производственных отношений, но как органическое целое независимых, однако целенаправленно взаимодействующих функциональных сфер, члены которых, в свою очередь, могут действовать друг для друга в условиях социальной свободы. Правда, предвосхищение, совершаемое в такой форме обновленным социализмом, а значит, идею непринужденного взаимодействия интерсубъективных сфер свободы для достижения общественного воспроизводства как цели более высокого порядка, было бы ошибкой понимать, в свою очередь, как неподвижную, чуждую всяких изменений картину будущего.» (А. Хоннет «Идея социализма. Попытка актуализации»)

8. М. Хардт и А. Негри:

«Принципиальные расхождения этих двух представлений [об индивидуальном и общем праве –В.К.] проходят сквозь всю европейскую современность, включая и две великие идеологии, определявшие ее зрелую фазу: идеологию либерализма, полагающуюся на мирное согласие правовых сил, заменяемых рынком, и социалистическую идеологию, которая концентрируется на интернациональном единстве, достигаемом организованной борьбой и отмиранием права. Было бы ли в таком случае верным утверждать, что две эти различные идеи права, сосуществовавшие на протяжение нескольких веков истории современности, стремятся сегодня соединиться и предстать в виде единой категории? Мы полагаем, что именно это и происходит...» (М. Хардт и А. Негри «Империя»)

9. М. Фуко:

«Нужно, чтобы жизнь индивида описывалась не как индивидуальная жизнь в рамках крупного предприятия, такого как фирма или, в пределе, государство [исчезая внутри него –В.К.], но [чтобы она] могла описываться в рамках множества отдельных, вписанных одно в другое и переплетающихся предприятий <…> и наконец, нужно, чтобы сама жизнь индивида (например, в его отношении к своей частной собственности, к семье, к своему домашнему хозяйству к своей обеспеченности, к своей пенсии) сделала его чем-то вроде постоянного и разностороннего предприятия.»; «Это концепция не рабочей силы, а капитала-компетенции, в зависимости от различных переменных получающего определенный доход, который есть заработная плата, так что трудящийся оказывается, так сказать, сам себе предприятием.» («Рождение биополитики»);

10. Жиль Делёз:

«Теоретическое противопоставление работает иначе: […] Оно между классом и внеклассовым. Между слугами машины и теми, кто ее взрывает или подрывает ее механизм. Между режимом общественной машины и режимом желающих машин. Если угодно: между капиталистами и шизофрениками — которые настолько же фундаментально близки на уровне раскодирования, насколько фундаментально враждебны на уровне аксиоматики…» («Капитализм и шизофрения» 1 Том); «Дружеская революция» желания должна осуществиться не во имя относительно простых и малых машин, а во имя самой машинной инновации, которую всеми силами подавляют капиталистические или коммунистические общества, определяясь экономической и политической властью» («Капитализм и Щизофрения» 1)

11. В. В. Леонтьев (нобелевский лауреат по экономике):

«Я увлекаюсь парусным спортом и, когда объясняю студентам, как функционирует экономика страны, сравниваю её с яхтой на море. Чтобы дела шли хорошо, нужен ветер, - это заинтересованность. Руль – государственное регулирование. У американской экономики СЛАБЫЙ РУЛЬ. Нельзя делать так, как говорил Рейган: поднимите паруса, пусть их наполнит ветер, и идите в кабину коктейли пить. Так нас и на скалы вынесет, разобьём яхту вдребезги. У Советского Союза сейчас* наоборот: ветер не наполняет паруса, а тогда и РУЛЬ НЕ ПОМОГАЕТ. Я думаю, что более правильно делают японцы. У них, конечно, есть частная инициатива, но и государство играет большую роль, влияя на развитие экономики в лучшем направлении. Из всех капиталистических стран, у которых в настоящее время можно чему-то поучиться, я бы выбрал не США, а Японию» (В.В. Леонтьев «Экономическое эссе»)


4. ОБ «ИСТИННОЙ ПОЛИТЕЕ» и «АНТИПОЛИТИИ».

1. Платон:

«…монархия, власть немногих и власть большинства – это три вида государственного правления…»; «Если мы разделим каждое из этих трех надвое [с учётом деградационного инварианта - В.К.], у нас получится шесть видов, правильное же государственное правление будет стоять особняком и будет седьмым по счету.»; «его-то [седьмой вид - В.К.] следует, как бога от людей, отличать от всех прочих видов правления» («Политик»)

2. Аристотель:

«Начальствующий должен обладать нравственной добродетелью во всей полноте...»; «В нашем предыдущем рассуждении о видах государственного устройства мы распределили их так: три вида правильные — царская власть, аристократия, полития — и три отклоняющиеся от них — тирания — от царской власти, олигархия — от аристократии, демократия — от политии.»; «Необходимо, конечно, чтобы в прекрасно смешанном государственном устройстве были представлены как бы оба начала [и «демократия» и аристократия – В.К.] вместе и ни одно из них в отдельности.» («Политика»)

3. Самюэль Хантингтон:

«Полибий и Цицерон разработали эту идею еще более обстоятельно. Каждая из «хороших» простых форм правления – монархия, аристократия и демократия – склонна к вырождению в свой извращенный аналог – тиранию, олигархию и охлократию. Нестабильности и вырождения можно избежать лишь путем сочетания элементов из всех хороших форм в смешанной форме государства. Сложность имеет своим результатом стабильность.» («Политический порядок в меняющихя обществах»)

4. Георг Гегель:

«Разделение форм государственного устройства на демократию, аристократию и монархию всё ещё даёт нам наиболее определённое указание на их различие в отношении государственной власти. В то же время они должны быть рассматриваемы как необходимые формы в ходе развития, следовательно, в истории государства. Поэтому было бы поверхностно и нелепо представлять их себе как предмет выбора. Чистые формы их необходимости, будучи конечными и преходящими, находятся отчасти в связи с формами их вырождения охлократией и т.д.» («ЭФН» 3 Том); «Эти формы [монархия, аристократия, демократия], которые, таким образом, принадлежат различным целым [в древнем, античном мире], низводятся в конституционной монархии на степень моментов; монарх – один; вместе с правительственной властью выступают несколько человек [аристократия], а вместе с законодательной властью выступает вообще множество [демократия].» («Философия права» § 273); «Владеющая аристократия как владеющая враждебна как государственной власти, так и индивидуумам.»; «Править должны знающие, а не невежество и тщеславие лиц, считающих себя всегда правыми.»; «...главным моментом демократии является нравственный образ мыслей...» («Философия истории»).

5. Карл Шмидт:

«В более широком смысле современная конституция правового государства является смешанной конституцией еще и потому что в ней внутри второй, политической, части связаны и смешаны между собой различные принципы и элементы политической формы (демократии, монархии, аристократии). В результате эта политическая часть сегодняшних конституций соответствует древней традиции, согласно которой идеальный государственный порядок всегда основывается на соединении и смешении различных принципов политической формы.» («Государство и политическая форма»)

6. Людвиг Мизес:

«Рекомендуемый либерализмом принцип большинства или власти народа не направлен на господство посредственности, невежд, отечественных варваров. Либералы тоже считают, что страной должны править те, кто лучше всего соответствует этой задаче. Но они уверены, что способность править лучше доказывается путем убеждения своих сограждан, а не применением к ним силы.»; «По их [псевдолибералов] мнению, большинство всегда право просто потому, что способно сокрушить любую оппозицию...»; «Такой псевдолиберализм является полной противоположностью либеральной доктрины. Либералы не считают, что большинство божественно и непогрешимо; что поддержка политики многими является доказательством ее соответствия общему благу. Они не рекомендуют диктатуру большинства и жестокое преследование инакомыслящего меньшинства. Либерализм имеет в виду политическое устройство, которое обеспечивало бы ровную работу общественного сотрудничества и поступательное УСИЛЕНИЕ ВЗАИМНЫХ ОБЩЕСТВЕННЫХ СВЯЗЕЙ.» (Л. Мизес «Человеческая деятельность»)


5. ИМПЛИЦИТНЫЕ И ПРЯМЫЕ ВЫСКАЗЫВАНИЯ ФИЛОСОФОВ ОБ «ИНТЕРСУБЪЕКТНОСТИ (ДЛЯ ПОНИМАНИЯ ЭТОГО ТЕРМИНА)».

1. Мартин Хайдеггер:

«Прояснение бытия-в-мире показало, что не "бывает" ближайшим образом и никогда не дано голого субъекта без мира. И так же в итоге не дано сначала изолированное Я без других.»; «Бытие-в есть со-бытие с другими. Внутримирное по-себе-бытие есть соприсутствие.»; «Другой - дублет самости.»; «…бытие присутствия к самому себе есть бытие к другому…»; «Пока присутствие вообще есть, оно имеет бытийный образ бытия-друг-с-другом.»  («Бытие и время» 26 параграф)

2. Эдмунд Гуссерль:

«Другими словами, в моей монаде аппрезентативно конституируется другая.»; «...систему универсального Apriori следует, таким образом, обозначить как систематическое развертывание универсального Apriori, сущностно врожденного трансцендентальной субъективности, а следовательно, и интерсубъективности...»; «Первое в себе бытие, предшествующее любой объективности мира и несущее в себе эту объективность, — это трансцендентальная интерсубъективность…» («Картезианские размышления»)

3. Жана Поль Сартр:

«…субъективность, постигаемая как истина, не является строго индивидуальной субъективностью, поскольку, как мы показали, в cogito человек открывает не только самого себя, но и других людей.»; «Другой необходим для моего существования, так же, впрочем, как и для моего самопознания.»; «При этих условиях обнаружение моего внутреннего мира открывает мне в то же время и другого, как стоящую передо мной свободу, которая мыслит и желает «за» или «против» меня. Таким образом, открывается целый мир, который мы называем интерсубъективностью.» (Ж. П. Сартр «Экзистенциализм это гуманизм» 1946г.)

4. Морис Мерло-Понти:

«Феноменологический мир есть не мир чистого бытия, но смысл, который проявляется на пересечении моих опытов и на пересечении моих опытов с опытами другого; благодаря сцеплению тех и других он, стало быть, неотделим от субъективности и интерсубъективности…» («Феноменология восприятия» 1945г.); «То внутреннее, что разыскивается философом … является интерсубъективностью…»; «...я должен добраться до субъективности и интерсубъективности, до универсума des Geistes...»;  «Переход к интерсубъективности противоречив только по отношению к недостаточной редукции…» (Видимое и невидимое)

5. Луи Альтюссер:

«Будучи кругом кругов, сознание имеет лишь один центр, и только он его детерминирует: поэтому ему необходимы круги, имеющие иные, нежели оно само, центры, т. е. децентрированные круги, для того чтобы оно в самом своем центре могло быть затронуто их воздействием, короче говоря, для того чтобы его сущность могла быть сверхдетерминирована ими.» («За Маркса»); «Можно констатировать, что структура всякой идеологии, обращающейся к индивидуумам как к субъектам от имени единственного и абсолютного Субъекта, зеркальна, то есть имеет структуру зеркал, и зеркальна вдвойне: это зеркальное УДВОЕНИЕ является конститутивным элементом идеологии...» (Л. Альюссер «Идеология и идеологические аппараты государства»)

6. Жак Лакан:

«Невротик это больной, который лечится речью, прежде всего своей. Он должен говорить, рассказывать, объяснять самому себе. Фрейд определял это так: «Принятие субъектом своей собственной истории в той мере, в какой она конституированна, речью, обращенной к другому».»; «Я имею репутацию человека темного, прячущего свою мысль в облаках дыма. Но я задаюсь вопросом, почему так происходит. По поводу анализа я вслед за Фрейдом повторяю, что он является «интерсубъективной игрой, посредством которой истина достигает Реального». Разве это неясно?» («Римское интервью 1974 года»)

7. Жиль Делез:

«Индивидуальность должна осознать саму себя как событие, а осуществляющееся в себе событие - как другую индивидуальность, как бы ПРИВИТУЮ на первой. Если это удается, то ее понимание, желание и представление этого события становятся пониманием и желанием прочих событий как индивидуальностей, и представлением всех других индивидуальностей как событий. Каждая индивидуальность уподобилась бы при этом зеркалу ... а каждый мир - перспективе в этом зеркале. В этом - главный смысл контросуществления.» (Ж. Делёз «Логика смысла» 25 серия.)

8. Людвиг Мизес:

«...позитивист не должен упускать из виду, что, обращаясь к другим людям, он предполагает явно или неявно интерсубъективную действительность логики и соответственно реальность царства мысли и деятельности другого Я, его выдающийся человеческий характер.» (Л. Мизес "Человеческая деятельность" 1949)

9. Карл Поппер:

«Поэтому, говоря о «социальной» теории разума (или научном методе) я имею в виду, если быть более корректным, теорию интерперсональную, или межличностную, но ни в коем случае не коллективистскую.»; «Поэтому научная объективность может быть определена как интерсубъективность научного метода.» («Открытое Общество и его враги» 2 Том)

10. Ганс Гадамер:

«...диалектика Гегеля — я имею в виду не схематизирование метода философского доказательства, а лежащий в его основе опыт «обыгрывания понятий, которые претендуют на охват целого … эта диалектика принадлежит к формам самоуяснения и интерсубъективного изображения нашего человеческого опыта…» («Истина и Метод»)

11. Юрген Хабермас:

«Против авторитарных воплощений субъект-центрированного разума Гегель использует объединяющую силу некой интерсубъективности, которая выступает под названиями «любовь» и «жизнь». Место рефлексивного отношения между субъектом и объектом занимает коммуникативное посредничество, в широчайшем смысле, субъектов друг другу. Живой дух — это медиум, который учреждает общность такого рода, чтобы один субъект мог быть единым с другим субъектом и при этом все же оставаться самим собой. Затем разобщение субъектов возвращает динамику нарушенной коммуникации, которой, разумеется, присуще стремление к восстановлению нравственной ткани отношения, связи как телоса.» («Дискурс о модерне»)

12. Дональд Девидсон:

«Язык по своей природе, как настаивал Нейрат, интерсубъективен»; «Интерсубъективность - это корень объективности...»; «Коммуникация зависит от того, обладает ли каждый коммуникатор концепцией общего мира, интерсубъективного мира...»; «...наличие концепции интерсубъективной истины зависит от коммуникации...»; «...единственный способ прийти к противопоставлению веры и истины – это иметь концепцию интерсубъективной истины.» («Субъектиное, интерсубъективное, объективное»)

13. У. Селларс:

«…понятия, относящиеся к таким внутренним эпизодам, как мысли, изначально и по своей сути являются интерсубъективными – подобно тому как интерсубъективным является и понятие позитрона; и … роль сообщения, выполняемая этими понятиями, –  то есть что каждый из нас имеет привилегированный доступ к своим мыслям – задаёт такое употребление этих понятий, которое уже предполагает этот интерсубъективный статус и основывается на нём. Мой Миф показал, что рассмотрение языка как по сути своей  интерсубъективного достижения, усваиваемого в интерсубъективных контекстах <…> вполне совместимо с «приватностью» этих внутренних эпизодов». Миф также показывает, что эта приватность не является «абсолютной приватностью».» (У. Селларс «Эмпиризм и философия сознания» С. Петербург 2021 с. 135)

14. Джон Роулс:

«Концепция справедливости, которую я хотел бы развить, может быть сформулирована в виде следующих двух принципов: во-первых, каждое лицо (person), принимающее участие в какой-либо практике, или находящееся в сфере ее воздействия, имеет равное право на наиболее обширную свободу совместимую с такой же свободой для всех остальных; и, во-вторых, неравенство допустимо только в том случае, если разумно ожидать, что оно будет выгодно для всех...»; «Данные принципы можно попытаться вывести из АПРИОРНЫХ принципов разума...» («Справедливость как честность»)

15. Георг Гегель:

«Дух есть вначале душа, затем Я; последнее же определение духа в том, что субъект не есть лишь вот этот вот особенный субъект, но единство ОБОИХ обособленных…» («Лекции по философии духа» Берлин 1827/1828)

6. КРУПНЕЙШИЕ ФИЛОСОФЫ О Б-ГЕ.

1. М. Хайдеггер:

«Поэтому не только опрометчиво, но уже и в самом своем подходе ошибочно заявление, будто истолкование человеческого существа из его отношения к истине бытия есть атеизм. Эта произвольная квалификация…»; «…мысль, исходящая из вопроса об истине бытия, спрашивает изначальнее, чем это возможно для метафизики. Лишь из истины Бытия впервые удается осмыслить суть Священного. Лишь исходя из существа Святыни можно помыслить существо божественности. Лишь в свете существа божественности можно помыслить и сказать, что должно называться словом “Бог”.»; «Возможно, отличительная черта нынешней эпохи мира состоит в закрытости измерения Священного. Возможно, тут ее единственная беда.» (М. Хайдеггер «Письмо о гуманизме»)

2. Ж. Сартр:

«…такое существо, как я, могло появиться только волей Творца. Говоря о творящей руке, я имею в виду Бога…» («Нэшнл ревью»11.07.82/«Нувель обсерватёр»1980 г.); «…предельное понятие человечества (как целостность мы-объекта) и предельное понятие Бога предполагают друг друга и оказываются коррелятами.» («Бытие и Ничто»); «…возможность проектируется вообще как то, чего недостает для-себя, чтобы стать в-себе-для-себя. И фундаментальная ценность, которая направляет к этому проекту, есть как раз в-себе-для-себя, то есть идеал сознания, которое было бы основанием своего бытия-в-себе посредством чистого сознания самого себя. Именно этот идеал можно назвать Богом.»; «если человек обладает доонтологическим пониманием бытия Бога, то это ему даровали не удивительные чудеса природы, не могущество общества, но Бог, ценность и высшая цель трансцендентности…» («Бытие и Ничто»)

3. Ж. Делёз:

«Спрашивающему: верите ли вы в Бога? – мы должны в строго кантовском духе ответить: да, конечно, но только в Бога как Полноту Бытия, из которой путем разделения следуют производные реальности.»; «Вот почему для нас было важно кантовское определение, которое задаёт Бога как априорный принцип дизъюнктивного силлогизма…» (Ж. Делёз «Капитализм и шизофрения»); «Бог предстает как принцип или хозяин дизъюнктивного силлогизма.» («Логика смысла»); «Бог определяется общей совокупностью всего возможного, поскольку эта совокупность задает "первичный" материал или целое реальности. Реальность каждой вещи "происходит" из неё…» («Логика Смысла»)

4. И. Кант:

«В самом деле, все отрицания (а это единственные предикаты, которыми можно отличить от всереальнейшей сущности все остальное) суть лишь ограничения большей и в конечном итоге высшей реальности, стало быть, они предполагают ее и по содержанию лишь производятся от нее.»; «Расследуя подробнее эту свою идею и гипостазируя ее, мы можем определить первосущность одним лишь понятием высшей реальности как сущность единую, простую, вседовлеющую, вечную и т.д. – одним словом, мы можем определить ее в ее безусловной полноте всеми предикаментами. Понятие такой сущности есть понятие Бога в трансцендентальном смысле; таким образом, идеал чистого разума есть предмет трансцендентальной теологии, как я уже указывал выше.» («Критика чистого разума»; Гл. «О трансцендентальном идеале»).

5. Аристотель:

«Следовательно ум мыслит сам себя, если только он превосходнейшее и мышление его есть мышление о мышлении.» (Мет. 12:9 М. 2015); «И жизнь без сомнения присуща ему: ибо деятельность разума есть жизнь, а он есть именно деятельность <...> вот что такое есть бог.» (Метафизика Кн.12, Гл.7.); «Физика занимается вещами, начинающими движение с самих себя. А математика — теоретическая наука о постоянном, но не обособленном. Значит, обособленным неподвижным должна заниматься иная наука чем эти две, если только такая сущность может быть заявлена, обособленная и неподвижная, — что мы и сейчас попробуем доказать. Если есть таковая природа среди сущего, то именно в ней обретается Божество, как первое главенствующее начало.» («Метафизика»); «Первая суть бытия <…> есть полная осуществленность.» (Мет 12:8 М. 2015).

6. А. Уайтхед:

«...мы постулируем Бога, который играет роль принципа конкретизации.»; «Мы постигаем действительность в ее существенном отношении к неисчерпаемой возможности.»; «каждое явление действительности есть ограничение возможности…»; «Бог есть последнее ограничение, а его существование – последняя иррациональность.»; «Бог … есть основание конкретной действительности.» (Наука и современный мир» с. 235).

7. Э. Гуссерль:

«Первое в себе бытие, предшествующее ЛЮБОЙ объективности мира и несущее в себе эту объективность, — это трансцендентальная интерсубъективность…» («Картезианские размышления»)

8. Г. Гегель:

«…логика возвратилась в абсолютной идее к тому простому единству, которое есть её НАЧАЛО; чистая НЕПОСРЕДСТВЕННОСТЬ бытия…»; «Но ТЕПЕРЬ это и НАПОЛНЕННОЕ БЫТИЕ, постигающее себя понятие, БЫТИЕ как КОНКРЕТНАЯ и равным образом совершенно интенсивная целокупность.» («Наука Логики»); «Абсолютный дух есть в такой же мере вечно в-себе-самом-сущее, как и в глубь себя возвращающееся и ВОЗВРАЩЁННОЕ тождество; единая и всеобщая субстанция как духовная, перводеление (Urteil) на себя и на знание [Логос – В.К.], для которого она существует как таковая [вне времени – В.К.]…» («ЭФН»3); «Абсолютное, как бы по своей доброте, отпускает от себя единичности, чтобы они наслаждались своим бытием [во времени-В.К.], и это же наслаждение само затем гонит их обратно в абсолютное единство…» («ЭФН» 1)

9. Ф. Ницше:

«Воля к власти проявляется: а) у угнетенных, рабов всех видов, как воля к «свободе» […] б) у разновидностей более сильных … как воля к превосходству […] в) у САМЫХ СИЛЬНЫХ … как «любовь к человечеству», к «народу», к Евангелию, к истине, богу…» («Воля к Власти» с. 419 М. 2005)

10. А. Эйнштейн:

«Каждый серьёзно занимающийся наукой приходит к убеждению, что в законах Вселенной проявляется духовное начало, несоизмеримо превосходящее духовные возможности человека. Перед лицом этого духа мы со своими скромными силами должны чувствовать смирение. Таким образом, занятия наукой приводят к появлению особого религиозного чувства, которое на самом деле существенно отличается от более наивной религиозности других людей.» («Письмо Филлис Райт», 24 января 1936 г.)