1893-1953. Сампилов Цыренжап

В 2016 году в газете «Буряад ;нэн» писатель Владимир Митыпов (1940-2023) опубликовал очерк, который назвал «Тихий подвиг бурятского художника Сампилова». Предлагаю полный текст. С эпиграфом.
«Нет уз святее товарище¬ства!»
Гоголь. «Тарас Бульба».

В 1917 году живший тогда в Чите неза¬урядный художник и литератор Инно¬кентий Жуков поместил на входной двери своего дома по улице Корейской приме¬чательную табличку, гласившую: «Дёрните за колеч¬ко – и вы сможете войти». Времена стояли тревож¬ные, бунтарские, а Забай¬калье издавна было краем ссылки и каторги, а посему «дёрнуть за колечко» мог и какой-нибудь варнак. Од¬нако человек, представший перед Жуковым в один из дней 1918 года, был явно не из таких. Это был молодой бурят, по виду – наёмный работник или бедный подёнщик, каких немало бро¬дило по улицам Читы. Жу¬ков сразу отметил живые, смышлёные глаза пришед¬шего. Не укрылся от хозяи¬на и тот особенный жадный интерес, с каким заметно робеющий гость поглядывал на развешанные по сте¬нам репродукции картин известных художников…
Таким было знакомство будущего основателя Союза художников Бурятии Цырен¬жапа Сампилова с первым в его жизни профессиональ¬ным художником. Знакомство счастливое, поскольку оно вскоре переросло в крепкую дружбу, продлившуюся до са¬мой кончины в 1948 году Ин¬нокентия Николаевича.
К слову, отношения, свя¬зывавшие Жукова и Сампило¬ва, всегда были отношениями учителя и ученика. Такими они оставались и тогда, когда ученик намного превзошёл учителя…
В 1918 году Жукову было уже сорок два, и почти по¬ловина из прожитого ушла у него на то, чтобы утвердить себя в искусстве. Ещё до ре-волюции он участвовал в художественных выставках, на одной из которых удосто¬ился одобрительного внима¬ния самого Репина. Учился в Германии, Австро-Венгрии, Франции. Не без успеха зани¬мался скульптурой и лишь по чистой случайности не стал учеником великого Родена. Был «на короткой ноге» с не¬безызвестным Давидом Бурлюком…
Так что в своём деле он был достаточно опытен, и созданная им в Чите художе¬ственная студия очень непло¬хо приобщала своих слушате¬лей к азам изобразительного искусства.
С лёгкой руки Жукова дальнейший творческий путь молодого бурятского само¬родка шёл по восходящей. Его работы были замечены, а их автор в 1925 году приглашён на работу в качестве худож¬ника при политуправлении Монгольской Красной Армии. К этому периоду относятся персональная выставка его работ в Улан-Баторе, участие в первой Бурят-Монгольской художественной выставке 1926 года в Верхнеудинске, его знакомство в Монголии с Николаем Рерихом, участие в первой Всесибирской художе¬ственной выставке 1927 года в Новосибирске.
В январе 1928 г. Жуков, пе¬реехавший к тому времени в Москву, писал Сампилову:
«Дорогой Цыренжап. Ты сделал огромные успехи и в живописи, и в рисунке. Если не остановишься на этом, а пойдешь дальше, ты будешь выдающимся художником бу¬рят-монгольского народа, его славой и гордостью».
И где-то в этот же период:
«Работай, учись настойчи¬во и энергично. И ещё один мой совет: читай книги, газеты – расширяй свой умственный кругозор, это крайне необхо¬димо для твоего дальнейшего продвижения в искусстве…».
В конце 1928 года Сампилов уже в Москве. Он учится в ВХУТЕИНе – принят в двух¬годичную студию известного преподавателя Д.Н. Кордов¬ского (опять же по рекомен¬дации Жукова).
(ВХУТЕИН – высший художе¬ственно-технический институт, предыдущее название ВХУТЕМАС – Высшие художественно-технические мастерские. – В. Б.)
Из письма от 8 мая 1929 г.:
«Дорогой Цыренжап! Я просмотрел все твои рисун¬ки и нахожу, что ты в эти 4 месяца работал, как слон, а к цели бежал, как самый бы¬строногий скакун монголь¬ских степей…
Твой друг и учитель Иннокентий Жуков».
Из письма от 30 октября 1931 г.:
«…Ты не только сделал большие успехи, но и развер¬нулся в настоящего худож¬ника-мастера. Особенно мне понравились два портрета и иллюстрации к бурятской легенде. Восхищён особенно от экспрессии и движения бе¬гущего коня. У тебя теперь точный и верный глаз и уверенный рисунок. Работа во ВХУТЕИНе несомненно при¬несла тебе пользу, а ещё боль¬ше – твоё стремление и лю¬бовь к искусству… Пиши! Мы все тебя очень любим. Любим, как родного».
Ученик и его семья отве¬чали взаимностью. Имя Жу¬кова здесь всегда произноси¬лось с придыханием. Вообще уважение к людям интелли¬гентным, образованным про¬низывало, как своего рода аура, саму атмосферу дома Сампиловых. И совсем неслу¬чайно то, что в годы войны к ним почти инстинктивно тянулись эвакуированные из Москвы люди искусства.
Особенно частым и же¬ланным гостем художника был почтенный профессор Московского университе¬та С. К. Шамбинаго (1871-1948). Маститый филолог, признанный знаток древнерусской литературы и фольклора, исследователь и толкователь «Слова о полку Игореве», «Задон-щины», он любил бывать в деревянном двухэтажном доме на улице Шмидта, где жили Сампиловы и где он мог хоть на несколько ча¬сов окунуться в атмосферу домашнего уюта, тепла, спокойствия, неспешной беседы о великом и веч¬ном. Как говорится, отдо¬хнуть душой…
Эти гонимые войной стра¬дальцы стали возвращаться домой в середине 1944 года. Те, кто бывали и дружили с Ц. Сампиловым, распрощались с ним в конце мая, о чём сви¬детельствует надпись на пре¬поднесённом ими памятном подарке – это раритетный сегодня том «Слова о полку Игореве» в так называемом «палехском оформлении», выпущенный издательством Academia в 1934 г. ничтож¬ным для нашей страны ти¬ражом 3300 экземпляров. И вот что интересно. Древне¬русский текст «Слова…» был подготовлен к печати при ведущем участии С. К. Шамби¬наго, что и указано в выход¬ных данных книги, которую, естественно, привёз с собой в Улан-Удэ именно он, Шам¬бинаго. А вот дарственный автограф, начертанный на форзаце книги, гласит следу¬ющее:
«Дорогому Ц.С. Сампилову – с чувством глубокого ува¬жения и искренней дружбы, с пожеланием всего самого лучшего. Пусть крепнет и ширится творческая дружба русского и бурят-монгольско¬го искусства!!!
Народный артист Союза ССР – Александр Крамов.
г. Улан-Удэ, 31 мая 1944 г.»
Кто он, этот внезапно воз¬никший А. Крамов? Это про¬ясняется, если обратиться к аккуратно подклеенной к ав¬тографу страничке, вырван¬ной из явно официального блокнота и снабжённой типографскими надпечатками: вверху слева – «УРСР», справа – «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!».
Дело в том, что выдаю¬щийся украинский артист и театральный деятель киевля¬нин Александр Григорьевич Крамов (1885-1951) являлся на тот момент действующим депутатом Верховного Совета Украины – Українськой Радянськой Соціалістичной Республіки (УРСР), переехав¬шим из-за войны в Саратов. Следовательно, эвакуиро¬ванный в Улан-Удэ Крамов являлся лицом официальным и наиболее титулованным среди этой прощавшейся с Сампиловым группы художественной интеллигенции, ко¬торая, очевидно, и поручила ему подписать дарственный автограф. Тогда, в 1944-м, щепе-тильность со страничкой из депутатского блокнота Кра¬мова кому-то и могла бы по¬казаться излишней формаль¬ностью, однако сегодня – это бесценная подробность, неза¬бываемый штрих времени…
Оглядываясь назад, се¬годня понимаешь, что в то грозное время художник Сам¬пилов и его супруга Ханда Очировна спокойно и сугу¬бо буднично вершили свой тихий гражданский подвиг – чисто по-родственному де¬лились миром и теплом до¬машнего очага с измученны¬ми, неприкаянными людьми, которых война так грубо и безжалостно изгнала с их родных, насиженных мест…
Между прочим, в эвакуа¬ции у нас была и мать Мусли¬ма Магомаева, она некоторое время работала в театре Рус¬ской драмы…
Что касается Жукова, то у него в послевоенной Москве не обошлось без трудностей. Жизнь наладилась не сразу. Возникли серьёзные пробле¬мы с ремонтом обветшав¬шей мастерской. Сампилов, прекрасно понимавший, что значит для художника его ма¬стерская, сразу же поспешил на помощь своему учителю.
Из письма от 16 апреля 1946 года:
«Очень и очень благодарю тебя за присылку тысячи ру¬блей на ремонт моей мастер¬ской…
Твой Иннокентий Жуков».
Всё изложенное выше – не есть ли та простая, обы¬денная почва, на которой взрастает, говоря «высоким штилем», древо дружбы на¬родов?»

Юность и молодость Цыренжапа Сампиловича Сампилова, как мы поняли, связаны с Читой, легендарным скульптором Иннокентием Николаевичем Жуковым (1875-1948).
Цыренжап Сампилов родился в 1893 году в улусе Домно-Еравна, которая находится рядом с Еравнинскими озёрами и посёлком Сосново-Озёрское. Знаменитый сегодня художник-живописец считается основоположником бурятского станкового реалистического искусства. В 1935 году – Народный художник Бурят-Монгольской АССР, в 1940 году – заслуженный деятель искусств РСФСР.
Родился в семье охотника в улусе Домно-Еравна в краю Еравнинских озёр. Воспитывался у приёмных родителей. В детстве работал пастухом. Рисовал с малых лет. В 12 лет полгода учился грамоте у И. И. Серебренникова (1882-1953), который работал тогда в Вершино-Кондинской метеорологической станции. Трудился скотником, чернорабочим в Черновских каменоугольных копях. С 1914 года жил в Чите. Работал у подрядчика Срулевича ломовым рабочим, ломовым извозчиком у Дулецкого, на Кулаевской мельнице.
В 1916 году был отправлен на тыловые работы Западного фронта. Рыл окопы и строил блиндажи. После событий 1917 года Цыренжап Сампилов вернулся в Читу, работал чернорабочим на мыловаренном заводе Забайкальского областного кооператива. И всё это время учился рисовать, писал картины. Известно, любой бурят-монгольский художник ищет и показывает сюжет. Пейзажи для продажи не его увлечение. В 1918 году несколько картин Сампилова приобрёл Элбэг-Доржи Ринчино.
В 1919 году Цыренжап Сампилов познакомился со скульптором Иннокентием Николаевичем Жуковым, в студии которого начал практиковаться. И в том же году скульптуры Цыренжапа Сампилова участвовали в выставке, организованной И. Н. Жуковым и Д. Д. Бурлюком (1882-1967). Он всю жизнь учился, стал слушателем Читинской художественно-промышленной школы. В 1920-е годы работал художником в газете «Бурят-Монгольская правда».
В 1925 году по приглашению Элбэг-Доржи Ринчино Сампилов прибыл в Монголию, где познакомился с Николаем Константиновичем Рерихом (1874-1947), который оказал влияние на художника, посоветовав перейти от этюдов к картинам, и написал его портрет. В 1926 году в Улан-Баторе состоялась выставка работ Цыренжапа Сампилова. Национальный музей Монголии приобрёл большую часть работ художника.
В 1927-1930 годах учился в московском ВХУТЕИНе. С 1930 года работал в Улан-Удэ. Преподавал в Институте культуры Бурят-Монгольской АССР в 1930-1935 годах. В 1935 году ЦИК БМАССР присвоил Сампилову звание Народного художника БМАССР.
Член КПСС с 1942 года. Депутат Верховного Совета СССР 3 созыва.
Ц. С. Сампилов стоял у истоков бурят-монгольского профессионального изобразительного искусства в числе ещё восьмерых художников, которые составляли в 1933 году Союз художников Бурят-Монгольской АССР. Но духовную сущность бурят-монгольского народа наиболее точно и ёмко передал в своём искусстве именно Цыренжап Сампилович Сампилов. Его картины реалистичны и образны, проникнуты внутренним светом, в них радостное мироощущение жизни и людей. Вспомните известную картину «Любовь в степи», передающее зрителям ощущение истории, света и радости!
Умер Цыренжап Сампилов 31 июля 1953 года в Улан-Удэ.
Работы художника хранятся:
В музее искусства народов Востока (Москва) – «Любовь в степи» (1925 или 1927), «Арканщик» (1938), «В долине Жаргалантуя» (1945).
В Бурятском республиканском художественном музее им. Ц. С. Сампилова (Улан-Удэ) – «Въезд партизан в город Верхнеудинск в 1920 году» (1940), «Стадо» (1950). Свадьба хоринских бурят (серия картин, 1943).
Награды и звания Ц. С. Сампилова:
Орден Ленина (1936).
Орден «Знак Почёта» (1948).
Заслуженный деятель искусств РСФСР (1940).
Народный художник Бурят-Монгольской АССР (1935).
В августе 1958 года в Улан-Удэ по адресу ул. Шмидта, д. 30 открылась музей-квартира Сампилова (не сохранилась).
Имя Ц. С. Сампилова присвоено Бурятскому республиканскому художественному музею (Улан-Удэ). Могила его на Центральном кладбище Улан-Удэ внесена в список объектов культурного наследия как памятник истории. В 1974 году в селе Сосново-Озёрское был создан музей Ц. С. Сампилова, в 1991 году преобразованный в картинную галерею.
Таков настоящий подвиг замечательного бурят-монгольского художника Цыренжапа Сампиловича Сампилова, сохранившего потомкам красоту и цвета Отчизны и его людей.

На снимке. Цыренжап Сампилович Сампилов