Парторг ЦК ВКП б. Великий Докторов Глава первая

               
                Предисловие

Прошло ровно сорок лет, как ушли из жизни два замечательных человека, два пламенных комсомольца, два коммуниста с большой буквы, два руководителя крупнейших промышленных предприятий союзного значения: директор Воскресенского химического комбината Докторов Николай Иванович и директор комбината «Красный строитель» Коньков Анатолий Иванович. Светлая память о них хранится в моём сердце все эти годы. Они были для меня эталоном порядочности, верности, патриотичности и неуёмной работоспособности. Докторов — это Сталинский сокол, пользующийся полным его доверием, последователь и исполнитель прямых его поручений.
Имея высокие правительственные и партийные полномочия во время войны, Докторов, мобилизуя трудовые коллективы на строительство и повышенный выпуск снарядов для фронта, успешно справляется с порученными ему заданиями. За это в 1943 году он награждается орденом Красной Звезды.
В 1944 году Докторов направляется парторгом ЦК ВКП (б) на восстановление демонтированного оборудования цехов Воскресенского химкомбината, в 1948 году избирается секретарём Воскресенского горкома партии, а в 1950 году назначается директором Воскресенского химкомбината. За все годы его руководства он много сделал в развитии завода и города. На протяжении многих лет завод становится флагманом химической промышленности СССР, а город из пристанционного рабочего посёлка превращается в один из лучших городов Подмосковья.
Николай Иванович навсегда остался в моей памяти строгим руководителем, чутким, тактичным, весёлым и добродушным человеком.
Коньков Анатолий Иванович достойный ученик Докторова. Работая под  его  руководством, во многом перенял колоссальный опыт своего наставника. Механик-рационализатор башенного цеха по рекомендации директора избирается сначала заместителем, а затем секретарём парткома химкомбината, самой крупной партийной организации в городе. Потом назначается заместителем генерального директора (химкомбината) уже производственного объединения.
По рекомендации Воскресенского горкома КПСС в конце семидесятых годов Коньков назначается директором отстающего комбината «Красный строитель». За несколько лет работы Анатолий Иванович выводит завод на передовые позиции и в социалистическом соревновании среди предприятий строительной промышленности завоёвывает почётное второе место. К великому сожалению его сердце не справляется с большой нагрузкой и останавливается в возрасте пятидесяти лет прямо на заводе.
Оба моих героя жили по заветам Николая Островского: «Самое дорогое у человека — это жизнь. Она даётся ему один раз, и прожить её надо так, чтобы не было  мучительно  больно за бесцельно прожитые годы, чтобы, умирая, смог сказать: вся жизнь и все силы были отданы самому прекрасному в мире — борьбе за освобо ждение человечества».
При написании повестей об этих выдающихся личностях в моём воображении предстали живые и светлые образы большого коммуниста, человека и гражданина. Я знаю, что в советской литературе нарисован разноплановый, героический образ советского человека, коммуниста, но этот образ художественный, собирательный. Я решил поведать читателям о живых, настоящих коммунистах, которые для меня многие годы были не только наставниками, но и единомышленниками. Я хочу рассказать о русских патриотах, творческих и одухотворенных, честных и ответственных, все силы, ум и здоровье, отдавших на благо Отчизны и оставивших заметный след на нашей Воскресенской земле




         
         Великий Докторов. Часть первая.

            Глава первая. Знакомство

 Время неумолимо бежит вперёд. Многое из недавнего        прошлого забывается. Но чем дальше уходят годы, тем ощутимее, порой до мельчайших подробностей, память восстанавливает отдельные моменты, эпизоды, случаи из былой жизни. Вспоминается далёкий 1964 год, точнее,
конец года, когда на предварительном распределении в Московском инженерно-экономическом институте им. Серго Орджоникидзе моя жена, Людмила Анатольевна, получила направление  на работу в Воскресенск — на предприятие, находящееся в южной части города. Мы садимся с ней на электричку и выходим на станции «Гигант». Нас так поразило увиденное уныние, что, не дойдя до места работы, вернулись на железнодорожную платформу и уехали назад в Москву, решив ехать по моему распределению в город Красноярск.
При окончательном распределении на наш «важный»
отказ нам вновь предложили Воскресенск, но с местом работы на Воскресенском химическом комбинате. Деваться было некуда, и мы согласились. Принимал меня на работу главный инженер Борис Тихонович Васильев и направил экономистом в отдел капитального строительства.
Спустя годы мы благодарили судьбу, что она так щедро распорядилась относительно нас, молодых специалистов. Город нам потом очень понравился и стал родным. Позднее мне посчастливилось побывать в разных странах мира и увидеть своими глазами десятки, если не сотни,
прекрасных городов, но красивее и любимее Воскресенска я не встречал. Но, пожалуй, главное то, что судьба преподнесла мне бесценный подарок — встречу    с таким замечательным человеком как Николай Иванович Докторов, хотя произошла она спустя два года и вопреки моему желанию.
В 1966 году партком предложил мою кандидатуру на должность секретаря комитета комсомола химкомбината,  но я наотрез отказался. И вот я  на «ковре» у самого Докторова. Когда входил в огромный рабочий кабинет директора, у меня уже тряслись поджилки. К тому времени я многого наслушался о нём, сидел, как мышь, вдавленный в кресло его суровым и тяжёлым  взглядом,  пытаясь как-то
«обоснованно» высказать свои мотивы. Внимательно выслушав мою сбивчивую речь, Докторов  с расстановкой и с ивановским окающим говором промолвил: «Ты мне вот что скажи, ты надолго сюда приехал? Или, как гастролёр, отработаешь положенное по закону время и смотаешься отсюда?» Эти слова ещё сильнее пригвоздили меня к креслу. Я еле слышно выдавил из себя: «Я приехал сюда, чтобы жить». Да и куда я мог отсюда уехать? Намотался и до этого. Родился в глухом лесном Каменском Кордоне, центре Мещеры, на Рязанщине. Рос без отца, погибшего в 1942 году под Сталинградом. Начал работать  с  16 лет, сначала в Тумском леспромхозе рамщиком, затем учился на автослесаря во Владимире, в Ивановском учебном комбинате. Работал затем во Владимирском автотресте по выбранной специальности и одновременно учился в вечерней школе рабочей молодёжи. Потом — столичный дневной институт и работа на стройке, в котельной по вечерам.
А здесь, в  Воскресенске  —  отдельный  номер в общежитии № 17, целых четырнадцать квадратных метров на троих! Да чуть ли не со всеми удобствами — это огромная роскошь для молодой семьи.
— Тогда твой ОКС обойдётся без тебя, а здесь ты нам нужней, — в присутствии главного инженера отдела Георгия Андреевича Зинько вывел меня из охвативших раздумий Николай Иванович.
Прошло более сорока лет, а я до сих пор помню его каждое слово. И как много сделал он в моей жизни! Я многому у  него  научился  и  благодарю за всё. В дальнейшем мне приходилось часто с ним встречаться. Докторов был одарённый от природы руководитель, по-мужски красивый и интеллигентный. Он придерживался строгих правил поведения в обществе. Имел грациозную осанку, выделялся высоким ростом и спортивным телосложением.
Особенно я им любовался, когда  подтянутый, довольный результатами работы коллектива широким, спокойным и точным шагом он шёл впереди колонны, разукрашенной транспарантами и флагами, знамёнами и лозунгами, декоративными цветами  и  разноцветными  шарами,  с духовым оркестром под песни и пляски весёлых демонстрантов.
В то далёкое время такие мероприятия проходили организованно. Колонны возглавляли «четы- рёхугольники» предприятий и организаций города и района — это директора, секретари парткомов и комитетов ВЛКСМ и председатели профкомов. В тёмно-синем плаще и фетровой шляпе Докторов приветливо помахивал рукой людям, стоявшим по обе стороны движущейся колонны, берущей начало от пожарной площадки химкомбината и завершающейся площадью Ленина. А достигая её,
     поднимался на городскую трибуну и, снимая шляпу, он    
     приветствовал бурный празднично-весёлый движущийся 
     бесконечный поток химиков до тех пор, пока тот не
     скроется за Дворцом культуры на улице Менделеева.
     Химкомбинат постоянно завоёвывал право первым после
     школьников открывать шествие.
. Вспоминая это и многое другое, я решился написать     о Докторове в преддверии 75-летнего юбилея завода, которому Николай Иванович отдал практически всё, что мог. Я хочу показать его без прикрас — таким, каким знал, каким он  до сих пор остаётся в моей памяти, для того, чтобы каждое новое поколение воскресенцев знало правду об этом человеке, который жил и творил в нашем городе и так много здоровья и сил отдал для людей.
Докторов лично для меня — это человек, который помог мне преодолеть себя, сделал из меня человека. Мысленно я пронёс его в себе через всю жизнь и в  трудные  минуты  я  часто  обращался  к нему, думая, а как бы на моём месте поступил Докторов, и находил выход из затруднительного положения.
Пусть эта короткая запись накануне его столетия будет неувядающей памятью о великом человеке — не из былинных народных сказок, а жившем и созидавшем рядом с нами, человеке, который значительно опережал время, всё делал для будущих поколений основательно и на самом высоком уровне.
Я также отлично понимал, что писать о Докторове чрезвычайно трудно. Во-первых, это незаурядный сугубо партийный, большой человек, вся энергия которого была направлена на повышение жизненного уровня трудящихся. Он мыслил грандиозными планами, которые не без труда воплощал в жизнь. Во-вторых, о нём написано много. Этот человек познал в жизни всё: радость бурного взлёта. В 1971 году за выдающиеся успехи в развитии производства минеральных удобрений его награждают самой высокой в стране наградой — Золотой Звездой Героя Социалистического Труда с вручением ордена Ленина. И смертельное падение — буквально через несколько месяцев после присвоения звания Героя его освобождают от работы.
Нашлись на химкомбинате злые завистники достигнутых результатов завода и личного успеха Докторова, собрали всю грязь о своём директоре и выплеснули её в высший партийный орган. Эта последняя капля прервала карьеру Докторова. Он был в расцвете творческих сил и неисчерпаемой энергии. Но даже Леонид Аркадьевич Костандов, министр химической промышленности СССР, уважавший и высоко ценивший Николая Ивановича, вынужден был подписать приказ о снятии его с работы не с лицеприятной  формулировкой.
И надо отдать должное Анатолию Артёмовичу Новикову, главному инженеру химкомбината, который добился приёма у министра и  настоял на замене приказа, который 11 февраля 1972 года был подписан с новым   текстом:  «Освободить т. Докторова Н. И. от занимаемой должности в связи с уходом на пенсию».
Эта формулировка дала возможность немного успокоиться и продлила жизнь не только великого, но и ранимого человека. Имея сильный характер, Докторов мужественно преодолел всё. Другой бы на его месте потерял человеческий облик. Но Докторов всегда оставался Докторовым, до самого конца своей жизни. Несколько лет, находясь в опале, он был очень одинок. Но воскресенцы, всегда любившие его, сумели «реабилити- ровать» Докторова.
         В конце семидесятых годов Воскресенской районной   
   партийной организацией руководил Евгений   
   Михайлович Берёзов, который на большое юбилейное
   торжество пригласил много высоких гостей из города и
   области. Был приглашён и Докторов. Гостей представ-
  ляли по списку приглашённых. И вот, когда была названа фамилия Докторова, то мгновенно весь наполненный до отказа зрительный зал Дворца культуры встал, встретил и проводил его до трибуны почётного президиума бурными и непрекращающимися аплодисментами. И даже когда Николай Иванович сел на почётное место, продолжал и продолжал рукоплескать своему любимцу. Так было восстановлено доброе имя Николая Ивановича Докторова.