Вещий Пень и Сосна

Вещий Пень

Из цикла «Сказки Янтарного моря»

На самом краю крутого склона побережья Янтарного моря многие века жил старый сосновый Пень. Никто не знал, каким чудом держался он на песчаной почве, веками ползущей к морскому дну.

В рыбацком посёлке, что раскинулся за сосновым бором, бытовала такая легенда.

В давние времена на этом месте росла Сосна. От всех своих сестёр, населяющих побережье, она выделялась какой-то неизведанной силой, которая не позволяла человеку даже близко приблизиться к ней.

Но однажды на берег обрушился невиданный в тех краях ураган, следом за ним нагрянули гром и молнии. Бесновавшийся ураган вырвал с корнями все прибрежные деревья, но Сосна выстояла.

Тогда грянул оглушающий всё живое гром, заметались ошалевшие молнии. Одна из них, подлетев к Сосне, как острым мечом, в одно мгновение срезала её ствол. Ухмыляющийся ураган подхватил его и умчался за море.

Так погибла Сосна, а оставшийся от неё  Пень продолжал жить. Его словно сама Мать-Земля оберегала, не девая неумолимым стихиям истереть его в прах.

К месту, где жил Пень, люди не подходили – оно считалось губительным для человека. Вблизи не росли деревья, лишь чабрец, наделённый божественной силой,  со временем соткал для старца мягкий, благоухающий во время цветения ковёр, на котором тот и жил в ожидании чуда. Какого чуда? Это было только ему известно и это было его сокровенной тайной.

Настало время, когда в один из тёплых весенних дней Пень оживился, пробудился от своих нескончаемых дум – что-то тёплое и родное щекотало его, загрубевшую от солёных брызг и солнечных лучей, кору.

«Неужели это оно, чудо? Неужели дождался?» - думал Пень, боясь шелохнуться в невидимо движущемся по склону грунте.

В это время к нему подлетел его давний приятель – Старый Буревестник.
 - Ты сегодня какой-то странный, - промолвила птица, усаживаясь на блестевшую от радости поверхность Пня.

 - Осторожно, осторожно, не шевелись, а лучше пересядь на ковёр, - тихо сказал Пень.

 - Да что с тобой, дружище? – спросила птица и послушно переместилась на зелень чабреца.

 - Послушай-ка меня, - промолвил Пень, - у меня есть великая тайна, о которой я не смею говорить. Одно могу сказать: долгие века я ожидал, когда одно из упавших семян погибшей Сосны, придёт в чувство. И вот дождался. Посмотри под моим боком, обращённым к морю. Видишь ли ты там пробуждающуюся жизнь?

Буревестник несколько раз обошёл вокруг Пня и, наконец, заметил среди побегов чабреца  крохотный сосновый росток.

 - Та прав, старик, - с изумлением проговорила птица, - там сосновый росток, но он в большой опасности – почва под ним вот-вот обрушится.

 - Знаю. Без твоей помощи мне не обойтись.

 - Что я могу следать?

 - Пока росток крохотный, его можно пересадить. Найди в моей коре безопасную расщелину и сделай в грунте  углубление. Потом откопай росток, перенеси его туда и присыпь песком, смешанным с крошками коры. После этого набери воды из ключа, бьющего в сосновом бору, и полей малыша.

Буревестник сделал всё как велел Пень.

С тех пор птица каждый день прилетала к другу и наблюдала за ростком.  Далеко в море он уже не летал, не предвещал шторм – это с успехом делали его сыновья и внуки.

А Пень с каждым годом дряхлел. Молодая Сосна окрепла и стремилась ввысь, блистая на солнце молодой корой, отливающей под заходящими лучами солнца червонным золотом.

Как-то на закате дня Буревестник опустился на мягкий травяной ковёр возле Сосны. Пень сказал ему:
 - Часы мои сочтены. После сегодняшнего ночного шторма меня не станет. Мой верный друг, позаботься о Сосне – ей уготована великая миссия на Земле.

Птица, вещавшая непогоду на море, с недоумением взглянул на друга – ничего не предвещало непогоду в ближайшие дни. Не сказав ни слова, Буревестник поспешил к морю.

Казалось, Пень был рад тому, что птица улетела. Он широко, во все свои глубокие расщелины, улыбнулся и сказал:
 - Дочь моя долгожданная, ты будешь жить долго. И возможно успеешь оказать неоценимую помощь человеку разумному. Наступит время, и к тебе придут люди, много людей. Они по зову Небес оторвутся от своих мерцающих экранов, загоняющих их в тупик мрака, и побредут к морю в надежде на чудо.

Тогда та великая сила, что таится в твоих иглах, пронзит их больные души, и они снова вернутся в лоно Природы. И начнётся новая светлая эра, эра становления истинной духовности человека разумного.

 - Когда же наступит тот час? – Спросила Сосна.

 - Кто знает?! … Может быть и никогда... Возможно, человечество встанет на путь самоуничтожения и не сможет сойти с него, - с грустью промолвил старец.

… Ночь окутала побережье Янтарного моря.  Оно встревожилось и заволновалось, но не штормило. Чайки пронзительно закричали, словно провожая кого-то в последний путь.

Наутро Пень исчез, а песок вокруг Сосны окрасился в цвет сосновой трухи.