Лицо в толпе

Из цикла "Старая забытая сказка"

Это лицо просто до боли знакомо, до невозможной боли. Лицо, выхваченное из толпы, словно высвеченный лучом проектора застывший кадр киноленты. Трудно сказать, что в нём такого, притягивающего внимание, заставляющего отдать предпочтение перед множеством других, мелькающих в толпе одно за другим. Среди верениц, не задерживающих на себе взгляда, оно -  как удар, как вспышка, как новая строка.
Может быть, этот выбор не больше, чем уловка памяти, старающейся вспомнить нечто давно забытое, напоминаемое этим лицом, или просто её ошибка?
Шевелящиеся губы в обрывках слов, мимолётные равнодушные, будто блеск в стёклах проходящего троллейбуса взгляды, случайная улыбка, словно первая капля дождя в душный день – лица по одиночке и целыми группами – мимо и мимо, и мимо.
Но это лицо сразу воспринимается крупным планом, притягивая к себе курсор внимания, к нему нет неприязни, нет безразличия, скорее, какая-то необъяснимая мгновенная симпатия и вслед за ней любопытство. Оно мелькнёт и исчезнет в толпе, но этот миг растягивается в восприятии. Само лицо уже пропало, затерялось среди множества других, его уже нет перед тобой. Иные лица выносятся навстречу, мелькают и исчезают, уступая место новым и новым, не привлекая такого внимания. Но этот образ отпечатывается в зеркалах памяти  нестираемым файлом, умноженным тиражом, бесконечным копированием, словно пропущенный через фасеточную линзу перед объективом камеры.
Это надолго. От него не отмахнёшься точно от роя назойливой мошкары, ещё не раз будет оно вспоминаться, может быть, даже всплывёт когда-нибудь во сне, всплывёт как диалоговое окно на фоне прочих воспоминаний. Встретить его опять трудно, почти не-возможно в большом городе, но всё-таки, пусть ничтожный шанс, но имеется. И если та-кое случается, вопреки теории вероятности, память снова натягивается в струну в пароксизме тщетного воспоминания – да и что вспоминать – ведь это не больше, чем случайное лицо из толпы.
Почему же всё-таки оно привлекает взгляд, кажется более значимым, чем есть на самом деле? Неуловимый штрих, непередаваемая ускользающая чёрточка, невоспроизводимое движение губ, глаз или что-то иное, присущее только ему, обязательно должно иметь место. Незаметное, недоступное для описания с одного взгляда, но позволяющее наделить это лицо чем-то воображаемым, отсветом своих мыслей, несуществующим на самом деле, словом, мнимой значимостью.
Оно столь властно требует вспомнить себя именно потому, что кажется таким важным для тебя, но вспомнить его в подробностях нельзя – ведь это всего лишь лицо из толпы, единичный эпизод в бесконечном слайдшоу случайных портретов. Конечно, невольно хочется узнать его поближе, мнится, в нём есть что-то жизненно необходимое, очень нужное именно для тебя. Но, если даже это случится, оно перестанет быть просто лицом в толпе и сразу превратится в привычного конкретного человека, которого ты узнаёшь сразу и без труда среди множества прочих, к которому будешь испытывать определённые чувства. И тогда с разочарованием убеждаешься, что не можешь получить ожидаемое прежде то, чего у него нет, и никогда не было.
Но восприятие не терпит пустоты. И уже  другое до боли знакомое лицо мелькнёт в толпе, настолько мгновенно узнаваемое, что невольно захочется поздороваться с ним, окрикнуть, задержать, и всё же ты его не знаешь. Не пытайся остановить этого человека, найти ответы на мучающие тебя самого вопросы – это бессмысленно.
Помни, может быть, и очень даже вероятно, что для кого-то из спешащих навстречу незнакомцев и незнакомок и твоё лицо в любой момент покажется таким знакомым и близким, хотя никогда прежде вы не встречались, или же встреча эта была столь же мимолётна. Но лицо твоё будет для кого-то до боли знакомым лицом в толпе.