Что посеешь, то и пожнешь

-- Райка! Вернись, окаянная! - кричала Матвеевна вслед убегающей дочке.

Да где там… Только подол мелькнул, как запрыгивала в автобус.

Матвеевна поднялась на крыльцо и склонилась над Славиком, который, стоя на коленках, азартно плескался руками в тазу с замоченным для стирки бельём:

- Ну, что бедолага? Пойдём в дом, умою тебя да покормлю. Эта кукушка и сама, наверно, не жрала сегодня, а уж про тебя и вовсе забыла, - прослезилась женщина.


Покормив внука и уложив его спать, Матвеевна принесла с крыльца сумку, которую оставила Райка и вытряхнула то, что в ней было.

-Не густо… Придётся залезать в заначку и покупать ребёнку одежду - вздохнула она.

...
Вырастили они с Петром дочку, думали, под старость опорой им будет, да не тут-то было. Была она у них поздним ребёнком и долгожданным, а потому и баловали её, потакали во всём. Вот и выросло то, что выросло.

Петруша работал в леспромхозе на лесовозе - лес возил. Зарабатывал хорошо, хватало на всё, да ещё и откладывали, не смотря на то, что к тёплому морю каждое лето ездили с маленькой Раечкой.

Сама Анна Матвеевна, до того как родила дочь, работала в посёлке почтальоном. Тяжёлая работа: надо было принять у экспедитора корреспонденцию, разобрать её по порядку улиц посёлка, потом, рассортировать по порядку домов, что бы маршрут следования не нарушать.

 
Посёлок у них не маленький - более двух тысяч населения, на восьми улицах проживало. А газет и журналов в ту пору много выписывал народ. Перекинет, бывало, Анюта тяжеленную сумку через плечо и с трудом с места сдвигается - сама-то худенькая, небольшого росточка. Но молодая была, ножки резвые - справлялась.

 
А как Раиску родила в 34 года, так муж сразу приказал ей сменить работу на более легкую. Перевелась она с почты в леспромхозовскую контору уборщицей – днём дома с ребёнком, а по вечерам ходила убираться, зимой ещё и печки топила за доплату.


Хорошо они с Петрушей жили, грех было жаловаться. Любил и берег он её, Нюшечкой называл. Да вот себя не уберёг, покинул её рано, умер от воспаления лёгких в 53 своих года.

 
Поехал осенью с мужиками на ряпушку, а морозы уже приличные по ночам стояли, озеро тонким льдом покрывалось к утру. Поднимали они сети из воды, а Пётр не устоял в лодке и свалился в ледяную воду. Пока вытаскивали его, пока к берегу подплывали, да у костра пытались отогреть его, он простыл так, что едва до дома довезли, а оттуда - в районную больницу на “скорой”. Там и скончался через неделю от двухсторонней пневмонии.



У Матвеевны словно земля из-под ног ушла… Райке в том году шестнадцать лет исполнилось, паспорт получила. Привыкла девка всю свою недолгую жизнь как сыр в масле кататься, отец не жалел на свою кровиночку денег, а тут - ограничения начались. На зарплату уборщицы не пошикуешь.  Пришлось продать почти новый Москвич, который купили за два года до смерти мужа.

 
Тогда ведь машину можно было с большим трудом купить и то не каждому, не то, что сейчас. Петру такую возможность предоставили, как передовику производства - наградили талоном на покупку автомобиля. Деньги у них в запасе были всегда, вот и взяли машину не задумываясь, собирались будущим летом в отпуск на ней ехать, да не довелось.


Вырученные за машину деньги, Анна положила на сберкнижку - Раиске после школы поступать на учёбу, в город ехать.

 
Сама Матвеевна решила сменить работу на более денежную и перевелась кладовщиком в леспромхоз. Склад запчастей - не лёгкая там работа. Натаскается тяжеленных железок за день, еле ноги волочит к концу дня, но зарплата вдвое выше, чем у уборщицы. Терпела.


Райка от рук отбилась. Некогда матери за ней следить было, вот и покатилась девка. Учиться стала кое-как, на тройки, дома не помогала совсем, даже суп себе не сварит, если мать не успевала. С горем пополам закончила десятилетку, но в институт, как, когда-то, мечтал её отец, Райка поступать не хотела. Да и какой смысл, если вступительные экзамены всё равно не сдаст.

 
Поступила в техникум на повара-кондитера - год и десять месяцев учиться после средней школы. Как уж она там училась - Анна не знала, но диплом домой привезла - и то, слава богу.


Когда приехала после учёбы в отпуск, мать чуть в обморок не упала - стояла перед ней не Райка, а пугало огородное, да ещё и с сигаретой во рту. Стыдно было от соседей, но никуда не денешься, пережила и это.

 
Распределили Райку в соседний лесопункт поварихой в рабочую столовую, дали койку в общежитии, выплатили ”подъемные”, что специалисту после техникума полагались и… забыла Райка про мать.

 
А Матвеевна, при каждом удобном случае, старалась разузнать про дочь у всякого, кто приезжал из того самого лесопункта в головную контору леспромхоза. Радостных для неё новостей было мало. Про Райку шла дурная слава, но специалистом она, как не странно, была хорошим и начальство её терпело.


Прошло два года и, под самый новый год, дочка заявилась к матери с огромным пузом. Мать ахнула…

 
- Как это понимать?! А муж где? - побледнев спросила у Райки.

 

-  Муж объелся груш! Ты, как с луны свалилась - будто без мужа нельзя, - заржала дочь, дымя сигаретой.


- Мать, мне бабки нужны. Много. Рублей пятьсот. Ты там тряхни своим чулком, нечего под жопу рубли складывать. Мне срочно.

 
- А ты в этот чулок что-нибудь положила, что приехала требовать?! - сорвалась на крик Анна.


- Ой, мамуля, не беси меня! Мне нельзя нервничать…


- А смалить тебе, как паровоз, можно, с таким пузом?!!!

 
- Началоооось… А ничего, что ты папкину машину продала, а деньги в одну харю истратила?

 
- Бесстыжая! Да ты эту машину в одну своЮ харю и потратила, пока в техникуме училась! Или забыла, сколько все те шмотки твои стоили, да развлечения всякие?! Тварь ты неблагодарная!


- Ща заплАчу… Так тебя жалко... - глумилась над матерью Райка.

 
- Ты ещё и издеваешься?! Нет у меня денег! Осталось пару сотен “гробовых” на книжке, но ты на них губу не раскатывай! - Анна даже заикаться начала от возмущения и злости.

 
Райка вытащила из шкафа некоторые свои вещи, сложила их в отцовский рюкзак, раскидав остальные вещи по комнате и, надев пальто, у самой двери обернулась:


- Не поминай лихом, родственница!

Думаю, что больше не свидимся. - с этими словами она толкнула ногой дверь и вышла.

 
Анна Матвеевна рухнула лицом в подушку и завыла от бессилия и злости. Она долго так лежала, пока за окном не стемнело и, на уличных столбах не включились фонари. В доме становилось прохладно, надо печь затопить, а то к утру совсем ледник будет. Сил не было, болела голова.

 
Заставив себя подняться, она набрала в коридоре дров и затопила в доме печь. На душе было скверно от тяжёлых мыслей. Она не сомневалась, что поступила правильно, но какая-то мысль, пробираясь из глубины сознания, укоряла женщину:

 
- Зачем ты так? Это же твоя дочь. Единственная!


От этой мысли сжималось сердце и текли слезы.

… … … …
И вот - принимай, бабка, подарочек!


Главное, без предупреждений, как снег на голову…

Полтора года не объявлялась, а тут - примите и распишитесь.

 
Анна Матвеевна смотрела на спящего ребёнка: бледный, худенький, но такой милый и спокойный…

 
Она ещё раз посмотрела в его свидетельство о рождении. В графе “отец” стоял прочерк, а матерью числилась эта кукушка…


- Ничего, малыш. Вырастим мы тебя… - горько вздохнула женщина и, накинув на себя тулуп, пошла к соседям за молоком для Славика.

……………………………….
Славик стоял на табуретке и своей маленькой ладошкой стучал по оконному стеклу:
 

- Ма-ма у-у-у-у… Ма-ма… - радостно сообщил мальчик, оглянувшись на вошедшую с улицы Матвеевну и, показывая пальчиком на окно, за которым виден был отходящий от остановки автобус,



- Да уж, мама… Уехала твоя мама на таком автобусе. Больше чем полгода прошло, а ты всё на каждый проходящий автобус реагируешь - бабушка подошла и чмокнула в макушку внука:


- Ты, Славочка, аккуратнее залезай на табуретку, а то упадешь ненароком. Сейчас покормлю тебя и пойдём гулять. Погода сегодня тихая, хоть и морозная, там ёлку красивую поставили возле горки, скоро новый год.

Славик живо слез с табуретки и потопал в кухню.

 
Накормив ребенка омлетом, бабушка налила в чашку какао, любимый напиток внука. Тот радостно захлопал в ладошки - обожает он какао.

 ...
Они шли к центру посёлка, где уже видна была нарядная ёлка. Бабушка тащила за верёвку саночки, в которых, откинувшись на их спинку, вальяжно восседал Славка, держа в руках ведёрко и новенькую лопатку.
 

- ЗдорОво, Матвеевна! Как вы? Помощь не нужна? Там тебе Артамонов машину дров должен подвезти, так ты уж покажи ему, куда сгрузить их. - на противоположной стороне дороги стоял Сергеич, председатель сельского совета и лучший друг Петра, покойного мужа Анны.


- Спасибо, Сергеич! Не нужна помощь, справляемся. Как Варвара твоя, поправилась?


- Да, вроде как… Встаёт потихоньку, по комнате ходит. К новому году оклемается, даст бог.


Ежегодно, новый год в их посёлке отмечали с размахом. Благодаря молодому заведующему клубом, невероятному затейнику и выдумщику, на площади у клуба, на огромной ёлке загорались красивые самодельные разноцветные гирлянды. Горка, которую любила вся поселковая детвора, превращалась в необыкновенный сказочный лабиринт, украшенный по бокам фанерными фигурками зверей и самодельными гирляндами, которые изготавливались на уроке труда в местной школе, силами старшеклассников.

 
Конечно же, главными героями праздника были Дед Мороз и Снегурочка. В большом фойе клуба, на столе ставили самовар и чашки - любой желающий мог зайти и погреться с морозца, налив себе горячего чая.

 
Вот на такой праздник и привела Матвеевна своего внука. Славик восхищённо разглядывал всё, на чем останавливался его детский взгляд. В феврале ему исполнится два годика, но разговаривал он плохо, хоть и понимал всё, что говорили ему.

 
Бабушка, накануне, пыталась учить с ним стишок про ёлочку, чтобы мальчик рассказал его Деду Морозу, но тот неохотно к этому относился.

Сейчас же, он удивил бабушку своим “дебютом”.

 
Какое-то время, он вдумчиво смотрел и слушал, как другие дети рассказывают стишки Деду Морозу, после чего, Снегурочка даёт каждому из них подарочек.

Немного поколебавшись, Славик уверенно подошёл к Деду Морозу и сказал:


- Я Сяик.


“Дед Мороз” знал этого мальчика и, посадив его к себе на колени, ласково произнёс:


- Славик? Какой ты хороший, Славик!


А стишок ты нам расскажешь?


- Дя. - кивнул малыш.

 
- еяка касяитя детям осеньяитя
Отяня какая асяя пиасяя. - Славик поднял ручки вверх, показывая какая большая-пребольшая ёлочка.


Все дружно захлопали и, улыбаясь, стали хвалить Славика, а Снегурочка вручила ему пакет с конфетами и мандаринками.


Славик гордо подошёл к своей бабушке и, вынув из пакета мандаринку, протянул ей.  У бабушки, в этот момент, по щеке потекла слеза… Она обняла мальчонку и нежно его расцеловала.

- Ти пАтись? зятЕм?– удивлённо спросил внук.

- Это я от радости, мой родной…

… …
Время летит быстро и, вот уже бабушка ведёт внука в первый класс.


Славик к этому времени достаточно хорошо читал и неплохо знал два действия математики: сложение и вычитание. Бабушка многому его научила.


Учёба давалась Славику без труда. Ему нравилось узнавать всё новое, он много читал и его хвалили учителя за любознательность.

... ...
Школу он закончил с золотой медалью и собирался поступать в медицинский университет.


Бабушка часто болела и очень боялась, что у неё не хватит времени, поставить внука на ноги. Ей в этом году исполнилось 72 года. Однажды, Слава застал её на кладбище, сидящей на лавочке у могилы деда.


- Ты, Петруша не скучай там, без меня. Не могу я ещё к тебе… Надо мальчонку поднять. - виновато оправдывалась она, глядя на памятник.

 
- Бабуль, всё будет хорошо. Выучусь я на доктора, буду тебя лечить и, проживёшь ты до ста лет, моя роднулечка, - он тихо подошёл сзади, нежно обнял старушку за плечи и поцеловал в щёку.

В конце августа внук уехал в Ленинград, а бабушка заскучала…

 
Начинались девяностые… Тревожно как-то было на душе:

 
-Как он там? Не голодает ли? - думала она длинными зимними вечерами, сидя у тёплой печки.


Внук приезжал на каникулы, ухаживал за бабушкой, но видел, как она сдала.

- Только бы всё было хорошо. Только бы она дождалась меня, - думал Слава,

………….
Дождалась. Приехал её дипломированный внук в их посёлок и был уже не просто Славик, а Вячеслав Петрович, терапевт их небольшой поселковой амбулатории.


Какое же это было счастье для старушки! С какой гордостью она шла по посёлку, держа под руку своего взрослого мальчика! Как сияли её глаза!


Тем не менее, в стране начались преобразования. Приватизировались крупные предприятия, полки магазинов ломились от колбасы и прочих, недавно ещё, дефицитных продуктов, но у людей не было денег...


Повсеместно шли сокращения, не платили зарплаты и, жизнь становилась серой и скучной. Ходили слухи, что поселковую амбулаторию скоро закроют из-за невозможности её содержать.


Анна Матвеевна готовилась к своему 80-летнему юбилею. Она бы и не вспомнила про него, но Славочка подсуетился, В пятницу, в поселковом совете, должно пройти чествование юбилярши.

 
… … …
Вечерело… К остановке подошёл автобус - последний рейс на сегодня. Матвеевна машинально посмотрела в окно и увидела, что возле из калитки стоит какая-то старуха и смотрит на их окна. Она не придала этому значения и пройдя в комнату, прилегла на диван.


Через несколько минут в дверь постучали.


- Войдите! - крикнула, не вставая с дивана Матвеевна.


Кто-то неуверенно зашел в прихожую.


- Проходите! - пригласила старушка.

……………….
- Мама… - в дверном проёме показалась та самая женщина, что смотрела на их окна.

 
- Мама… Прости меня… Мне больше некуда идти. Не прогоняй…

…
- Райка??? - не веря своим глазам, произнесла Анна Матвеевна.

В это время в дом зашёл Славик:

 
- Бабуль, ты как? Я пришёл.


Он, ничего не понимая, внимательно оглядел незнакомку:


- Вы кто? Вы, наверно, на юбилей бабули приехали? - обратился он к гостье.


- Славик… Славочка… Я мама твоя…

 
- Мама???! Какая встреча! Главное - своевременная. Не прошло и двадцати пяти лет!- съязвил мужчина.


Матвеевна, привстав с дивана, наблюдала за этой встречей, не вмешиваясь.


Внезапно, гостья упала на колени и обхватила ноги Славика:

 
- Прости меня, сынок! Меня уже наказала жизнь, будь милостив…


- Милостив?!!!??

Ишь ты… А где ты была, когда я нуждался в тебе?!

Пошла прочь! Нет у меня мамы!!!


-Славочка… Не гони её… она моя дочь, всё же… - навзрыд заплакала бабушка… Что я отцу её скажу, когда мы с ним встретимся..?

… … … …

В поселковом совете накрыли стол и пригласили только самых близких.

 

Шампанское, конфеты и фрукты, а так же - душевные поздравительные речи и скромные подарки, были адресованы обычной русской Женщине - Анне Матвеевне Ивановой.

 

Рядом, несколько в стороне от всех, стояла ещё одна женщина. По годам, она была значительно моложе юбилярши, а по внешнему виду - значительно ей уступающая…

 

Стояла… О чем она думала? Что она в этот момент поняла, какой вывод сделала? И сделала ли?

 

Её не прогоняли, но и не обращали на неё внимания – она его не заслужила…


Счастливая Анна Матвеевна стояла рядом с Вячеславом Петровичем, её любимым Славиком и была уверена, что её Петруша, с небес, видит их и очень ею гордится. В подтверждение - на хмуром до этого небе, выглянуло солнышко... Она посмотрела вверх и слеза счастья сползла по её щеке.

------------------