Дурень

Услышав за оградой ругань баб, смазывающий колёса телеги Иван, поморщившись, произнёс с досадой:
- Снова эти курицы раскудахтались. 

Крутившийся возле него внучок, разведя ручонки, спросил:
- А разве бабы могут кудахтать?

- Могут, Антошка, ещё как могут, - ответил ему Иван, - те же куры они все, понял...

Кивнув ему, Антошка, подняв с земли прутик, стал гонять разбегающихся в стороны кур и петухов.

Положив на землю масленку, Иван достал из кармана сигареты и зажигалку. Вытащив из пачки одну, он вставил её в рот, затем Чиркунов зажигалкой, прикурил. Положа сигареты и зажигалку обратно, Иван,  уселся на крыльцо бани, положив одну ногу на другую.

Подражая ему Антошка, отломил от валяющего на крыльце веника прутик, вставил его в рот. И, усевшись рядом с дедом, закинул ногу точно также,как он.
 
Увидев, как петух догнав одну из куриц, вцепился клювом в её затылок и запрыгнул на неё, что то бормоча.
 
- Деда, а зачем петух на курицу забрался, - закричал Антошка, - ей же больно наверно, зачем он клюет её?

- Петух топчет её,- выпалил Иван, - чтобы она яичко снесла поскорее.

- Покурили, - сказал затушивший окурок Иван, - пойдем за лошадью.

Сказав это, он поднялся и, сняв висевшую на гвозде уздечку, вышел из ограды, держа Антошку за руку.
 
Проходя мимо сидевших на лавочке баб, он сделав серьёзным лицо, заявил:
- Притихли курицы, устали кудахтать...

Проводив уехавшего на покос деда, Антошка побежал играть с соседскими мальчишками. А когда те убежали куда то, он остался в песочнице один.

Упав на одну из разгребающих землю возле неё куриц, Антошка, не давая ей вырваться, закричал:
- Неси яйцо скорее, сука...

Не успел вернувшийся с покоса  Иван зайти в ограду, как выбежавшая из летней кухни жена,  огрела его   полотенцем.

Нанося им  уворачивающемуся Ивану у один за другим удары,она повторяла раз за разом:
- Ты чему мальца научил, дурень.