Хроники Галактики. Глава 3

Уильям откинулся на спинку кресла. В голове наконец-то щелкнуло. Пазл, который не давал ему покоя с момента коронации, сложился.
Он вспомнил тот вечер, три дня назад. Он шел по длинному коридору восточного крыла, направляясь в библиотеку. Шаги императора тонули в мягком ворсе ковров. В нише за статуей Кеоки он услышал голоса. Тихие, змеиные.
- ...он не продержится и года, - это был Феликс Уорд. В его голосе не было и тени того раболепия, которое он демонстрировал на приемах. - Алессио совершил ошибку, отдав корону этому «Милому» мальчику. Уильям ненавидит эликсир. Это наш шанс. Как только он подпишет указ о запрете - мы объявим его сумасшедшим. Народ пойдет за нами, когда поймет, что у них отнимают вечную жизнь.
- А если он полезет в архивы? - это был голос министра финансов. - Если спросит про Арбузова?
Уорд коротко, лающе рассмеялся.
- Про пустой гроб? Да пусть копает! К тому времени, как он поймет, что вся история этого государства - это декорация из папье-маше, на его шее уже затянется петля, а там и до родственничков доберемся. Мы используем тот же сценарий, что и в 61 году. Или в 295 году, тогда было гораздо больше крови. Питтерсоны и их родня всегда хорошо смотрятся на виселице, когда народ верит, что это «ради справедливости».
Уильям вздрогнул в настоящем времени, сжимая в руках черную ручку так, что та едва не треснула.
- Справедливость… - прошептал он. - Значит, вы хотите повторить шестьдесят первый год? Посмотрим…
Уильям долго смотрел на закрытую дверь, за которой скрылся Алессио.
- Оловянный солдатик… - прошептал Уильям, пробуя эти слова на вкус. - Нет, папа. Ты был декорацией. А я стану пожаром.
Он нажал кнопку селектора.
- Секретарь, пригласите ко мне господина Феликса Уорда. И распорядитесь подать нам чай. Самый лучший, из южных плантаций.
Уильям быстро убрал папку Алессио в потайной сейф, а сверху на стол положил ворох чертежей новых садов Друберта. Когда в дверь постучали, на лице императора уже сияла та самая «милая» улыбка, за которую его так обожали фрейлины.
Феликс Уорд вошел, склонившись в глубоком, почти карикатурном поклоне. В его глазах Уильям прочитал плохо скрываемое пренебрежение - именно то, что ему было нужно.
- Ваше Величество, вы звали? Надеюсь, министр юстиции не слишком утомил вас своими… поисками? - Феликс позволил себе тонкую усмешку.
- О, Феликс! - Уильям радостно всплеснул руками, картинно не замечая иронии. - Министр - старый ворчун. Но вы! Я слышал, ваш род всегда славился умением наводить порядок там, где другие видят хаос. Присядьте.
Уильям подождал, пока Феликс усядется, и доверительно наклонился вперед.
- Знаете, Феликс, я тут подумал… Моя речь в парламенте была слишком… резкой. Я молодой, горячий. Отец всегда говорил, что я рублю с плеча. Я решил немного смягчить указы. Давайте не будем торопиться с запретом эликсира. И охрану дворца… я думаю, стоит немного сократить. К чему эти лишние траты? Народ ведь нас любит, правда?
Феликс замер с чашкой в руках. Его глаза на мгновение вспыхнули азартом хищника.
- Это очень… мудрое решение, Ваше Величество, - голос Уорда стал медовым. - Народ действительно ценит доброту. Я лично прослежу, чтобы ротация гвардии прошла… максимально незаметно.
- Вот и славно! - Уильям откинулся в кресле, глядя, как Феликс едва сдерживает торжествующую улыбку.
Когда Уорд вышел, улыбка Уильяма мгновенно испарилась. Его лицо стало холодным и острым, как лезвие хирургического скальпеля. Он знал: завтра Феликс передаст Рамиарам, что император слаб и напуган. Они начнут действовать быстрее. Они выведут свои отряды на улицы, они откроют склады с оружием, они покажут свои лица.
Уильям подошел к окну. Там, внизу, Друберт жил своей обычной, суетливой жизнью, не подозревая, что его правитель только что вынул чеку из гранаты.
«Ну давайте, пауки… - подумал Уильям. - Плетите свою сеть. Я дам вам три дня. А на четвертый я посмотрю, как вы будете гореть. И тогда я вспомню и 61-ый год, и 295-ый. Каждую вашу каплю яда я верну вам стократно».
Он крутанул в пальцах черную ручку и резко вставил её в подставку на столе. До решающего сражения оставалось менее сотни часов.
Как только Феликс, эта малорослая тень когда-то великого рода Уордов, смешавшегося с дикарями-Рамиарами, скрылась за поворотом, Уильям стал готовиться. Втихушку он приказал повысить боевую готовность войск до максимального уровня, расставить снайперов по городу и закрыть границы, не выпуская никого даже за пределы Джуберта и других городов. Уильям знал, кому можно доверять. Поэтому он приказал подготовить самолет, чтобы эвакуироваться из столицы.
А что же Феликс? Он бесшумно шел по коридорам, на выход, в замок Уордов, а сейчас - штаб планирования восстания. Его сородичи давно уже вынашивают планы восстания, им уже знатно надоел Алессио, они хотели сделать с ним то же самое, что и с бедным стариком Юденом, последние 150 лет правления Алессио. И тут появляется Уильям. Ненадолго Уорды-Рамиары выдохнули. Но не тут-то было. Феликс, этот молодой сморчок, все доложил. Феликс был помощником премьер-министра конфедерации. А премьер-министром был… не поверите. Дэниель Уорд! Его отец! Глава дома! А тот… Лесли - его далекий предок (по прямой линии, причем, а не двоюродный или троюродный), но не первый известный представитель этой гнилой семейки.
Дэниеля назначили якобы за заслуги на последней войне (хотя он крыса тыловая,  но нашептал кому надо и ему даже дали эликсир бессмертия), а своего сына он под носом короля протащил. Кумовство? Оно самое! Но Алессио было, по его словам, некогда. Что ж, не будем винить старика, пусть идет с миром.
Нам важнее Феликс. Тонкая шея Уорда, затянутая в тугой воротник, казалась слишком хрупкой для такой головы, но Уильям знал - в этой костлявой фигуре скрыта сила сжатой пружины. Когда Феликс на прощание улыбнулся, его тонкие губы обнажили слишком ровные, ослепительно белые зубы. Он был похож на хищное насекомое, которое по ошибке нарядили в министерский мундир. Фарфоровая кожа, серо-голубые глаза, длинные и тонкие пальцы рук, иссиня-черные (всегда зализанные назад) волосы. В общем, самое то для подлого человека. Внешность соответствующая.
Феликс дошел и без стука вошел в кабинет отца. Дэниель хотел было возмутиться, но увидев, кто это, замолчал.
- Ну? - раздался его хриплый голос.
- Всё готово, отец, - произнес своим шелестящим голосом Феликс. - Король сам идет на крюк.
- Отлично, - Дэниель хищно оскалился, потирая руки, как муха лапки над кучей навоза. - Наконец-то мы станем полноценными правителями этого загибающегося края!