Калитва, кукушка и Котёл Вечной Капусты

В затерянном среди болот городишке Калитва, где небо никак не решит — то ли дождить, то ли снежить, — на паутинами оплетённом стадионе с кривыми окнами и башенными часами стартует самая нелепая велогонка сезона. Приз — легендарный Котёл Вечной Капусты, дарующий право варить суп до скончания времён. В гонке соревнуются трое: фантазёр Яков Щука на жёлтом трёхколёснике, мечтающий превратить свой велосипед в болотного дракона; толстяк Фунтик и худой молчун Мокряк, пытающиеся управлять одним тандемом вразнобой. Их путь осложняют фиолетовоглазые комары-мутанты со жужжанием ржавого замка, скользкая трава и собственная нелепость. Но в финале оказывается, что победа — не в скорости, а в умении видеть чудо даже в луже. Кукушка из башенных часов объявляет ничью и поручает варить суп именно Мокряку — ведь молчаливые лучше знают, когда булькает капуста. А над Калитвой, под шепот болот и трепет паутин, уже разносится аромат первого варева.

- - -

В городишке Калитва, где небо никак не решалось — то хмурится дождём, то осыпать мир мокрым снегом, а болотная топь шептала за околицей туманные сказки, стоял старый стадион. Его трибуны, обтянутые гигантскими паутинами, были заполнены гоблинами. Кривые окна ветхой башни над стадионом косились на происходящее, а башенные часы с важной кукушкой готовились отсчитать старт.
— Внимание! — прокричал судья-гоблин в рваном цилиндре. — Приз за гонку — Котёл Вечной Капусты! Кто первым обгонит три круга — тот будет варить суп до конца времён!
На линии старта замерли трое.
Яков Щука, лысый, с торчащим зелёным хохолком, поправил огромные круглые очки и завязал яркую рубаху узлом на груди. Его трёхколёсный велосипед с жёлтыми колёсами поблёскивал, как мыльный пузырь.
— Фунтик, Мокряк! — воскликнул он. — Сегодня я не просто еду — я фантазирую на ходу! Представляю, как мой велосипед превращается в болотного дракона!
Толстый Фунтик в красной футболке и тюбетейке фыркнул, усаживаясь на переднее седло тандема:
— Фантазируй, Щука, а я с Мокряком едим. У нас система: я кручу, он думает. Или наоборот. Главное — синхронно!
Мокряк, высокий и худой в своём сером халате, молча кивнул, ухватившись за руль сзади. Его длинные пальцы напоминали корни болотных ив.
Ку-ку! Ку-ку! — пропела башенная кукушка.
— Старт! — взревела толпа.
Велосипеды рванули. Яков, жонглируя педалями, закричал:
— Смотрите! Мой трёхколёсник летит над лужами! Это не велосипед — это болотный скакун!
Но тут из паутины спикировали комары-мутанты — с фиолетовыми глазами и жужжанием, похожим на скрип ржавого замка. Один уселся на очки Якова.
— А-а! Моя фантазия! — завопил гоблин, пытаясь отмахнуться одной рукой. Велосипед завертелся, и Яков описал спираль вокруг лужи.
Между тем Фунтик и Мокряк мчались вперёд. Но тандем закапризничал.
— Фунтик, левее! — прошипел Мокряк.
— Ты сам левее! Я жру педали, а ты рулить должен!
— Я думаю! Это моя работа!
Тандем заскользил по мокрой траве, едва не врезавшись в кривое окно судейской будки.
На последнем круге Яков вдруг остановился. Снял очки, протёр их о рубаху и надел обратно.
— Знаете что? — сказал он тихо. — Котёл Вечной Капусты — это скучно. А вот если бы призом был космический телевизор, который показывает сны... Вот это фантазия!
И в этот момент он неожиданно рванул вперёд — не ради победы, а просто потому, что увидел в луже отражение кукушки, которая махала ему крылом.
Фунтик и Мокряк, запыхавшись, добрались до финиша одновременно с ним.
— Ничья! — объявил судья.
Кукушка вылетела из башни и опустилась на плечо Якова.
— Приз делят все, — прокрякала она. — Но Котёл Вечной Капусты сегодня варит... Мокряк. Потому что он молчал всю гонку. А молчаливые лучше знают, когда суп готов.
Гоблины захохотали. Дождь смешался со снегом, паутины затрепетали, а над болотной Калитвой зажглись огоньки — кто-то уже несёт дрова к котлу. И даже комары-мутанты замерли в воздухе, ожидая первой ложки.