Оружие-3, день Яся

Предыдущая глава "Чужие дети": http://proza.ru/2025/12/30/529

        - Соня Ясоня, вставай! Ишь, разоспался. Пора в путь, пока рыбки ждут.
        - Ещё бы поспать, - сонно произнёс мальчик.
        - Утренний клёв недолог. Радуйся, что я запасся червяками. Перекусим на кухне, и в путь. Завидую тебе: можешь тут по чердаку ходить в полный рост, а я - только сгибаясь.

        Двое направились к южному выходу из квартала леса, ограждённого колючими кустарниками. Луна сквозь тонкие облака чуть разгоняла тьму.
        Иван передвинул одинокий узкий пенёк в сторону. Ближняя часть куста за ним тоже сдвинулась. Прошли бочком, пенёк вернулся на место.
        - Как поднимал такую тяжесть? - подивился Ясь.
        - Не поднимал, а катил, ведь внизу колёсики, - ответил юноша. - А теперь предстоит самый трудный участок пути, по которому не пройти с тележкой. Слева волчья яма. Слегка прижимайся к правым кустам, а я поведу дядин велосипед, который защитит от колючек.
        Выйдя на широкую тропу, велосипедисты покатили быстро, вопреки полумраку. Не прошёл и час, как выехали к берегу небольшого озера Дружбы. Начало светать, и Ясь обнаружил, что спутник в очках.
        - У тебя, что ли, слабое зрение?
        - Нет, эти увеличительные очки позволяют видеть больше деталей. Стёкла в них называются "плюс два". Позавчера печёную картошку я чистил в этих очках, а хорошим ночным зрением только хвастался.
        - Зачем?
        - Чтобы вы подумали, что я необычный, почти супермен. Люблю хвастаться, потом раскаиваюсь. Остальным пока не рассказывай про уловку. А про "волшебство" со снегирями расскажи сестре. Его придумала Ганна, постепенно приучив зимних гостей клевать с ладони. Прошлой зимой их было четверо. Мирон с дочкой сколотили два домика и утеплили.

        Над озерком витал лёгкий запах болота или торфа. Расположились у пары пней. Закинули удочки. Сразу начался частый слабый клёв.
        - Не подсекай - это мальки, - предупредил Иван. - Нормальная рыба клюнет резко.
        За час наловили полбидона рыб: плотвы, линьков, карасиков... Клёв ослаб, и Парень затеял новый разговор: "Скажи-ка: что осталось непонятным после нашего похода из Белоруссии?"
        - Сколько километров мы прошли?
        - Больше полусотни.
        - Как же тогда подаст сигнал Матвей Михеич?
        - Хороший вопрос! Чтобы понять ответ, нужно знать, что такое детекторный приёмник. Его собрал дядя Мирон. Приёмник работает без электричества. Покажу - иногда тебе придётся дежурить возле него. Что-нибудь ещё удивило в пути?
        - Слышал, как ты пилишь ветки, но пилку так и не увидел.
        - Поищи её в мешке. Если найдёшь, научу метанию такого оружия.
        Внутри оказались только две плоские дощечки в форме шлёпанцев с поперечной резинкой и знакомый нож в ножнах.
        - Это что за деревянная обувь? - удивился мальчик.
        - Она для обувания поверх сапог и ботинок. Оставляет большой непонятный след с запахом дерева. Не отвлекайся, ищи дальше, в тайниках.
        Ясь нащупал боковое утолщение, но внутри оказался только носовой платок. На другой стороне вещмешка в длинном и узком наружном кармане ошущалось что-то твёрдое. Обрадованный мальчик вытянул... деревянный нож. На месте ручки оказалась деревянная пилка.
        - Не может быть, что такой пилой можно перерезать ветку!
        - Да, не может. Железную пилку ты уже держал в руках.
        Мальчик вытащил нож из ножен. Его лезвие по форме точно совпадало с деревянным, но выдернуть из рукоятки не удалось.
        - Потяни за выступы над ручкой, подсказал юноша.
        Наконец, удалось извлечь стальной нож с пилкой, и Ваня показал, как надо метать это оружие, не вынимая из рукоятки. Ясь увлёкся тренировкой метания, и далее рыбу ловил только старший друг. Через некоторое время он сказал: "Ясик, обуй шлёпанцы и затопчи наши следы, заодно заметая веткой".

        Перед возвращением Иван спросил: "Что ещё хочешь узнать, например, о нашем дворе?"
        - Что за белые листочки высоко между деревьями?
        - С обратной стороны они зелёные, бурые или жёлтые. Когда выпадет первый снег, надо будет перевернуть их для маскировки от самолётов. Это предстоит мне и тебе с помощью лестницы-стремянки, если не боишься высоты.
        - Не боюсь, я лазил по деревьям.
        - Отлично! Почти все листки прикреплены к проволокам, которые также являются частями большущей антенны и дают хороший приём радиоволн. А хочешь научиться стрелять из лука и пистолета? - неожиданно спросил юноша.
        - Конечно! - глаза мальчика засверкали.
        - Тогда сначала вырежем пули из резины колёс мотоцикла и ещё из твёрдой древесины: дубовой или берёзовой. Образцы есть. А лук возьмём на тренировку, когда пойдём к логову волчонка.

        Обратно поехали не на север, а сначала на запад, как пояснил Иван "для конспирации". Знать бы ещё, что значит это странное слово. Начал сыпаться мелкий снежок. В комнате родителей Ганны кипела какая-то работа, и туда рыбаков не пустили. Выпив по кружке ещё тёплого молочного киселя, оба разделали часть рыбы, умылись по пояс для создания сходного запаха и поехали подкармливать Волю. Аврора вышла на кухню, выглянула в окно и объявила: "уехали!" Тут её внимание привлёк плеск слева за ширмой, где стояла глубокая ванна длиной почти во всю ширину кухни, в которой она купалась вчера. Внутри девочка увидела рыб и рыбёшек, а также водное растение. От созерцания отвлёк призыв к рисованию.

        Возле сломанного наклонного дерева Иван достал из сидора волчью маску и закрепил её на голове Яся. Затем накинул ему на плечи свой пятнистый ватник, а сам остался в свитере. Как из-под земли появился молодой волк, обнюхал мальчика, потом заинтересовался бидоном. Иван одел волку ошейник вопреки его недовольному ворчанию, передал Ясю поводок и стал раскладывать на стволе рыбьи головы на расстоянии шага друг от друга, приказав серому дружку "сидеть".
        Наконец, прозвучал сигнал "отстёгивай". Почувствовав свободу, хищник ринулся к дереву и пошёл по нему, на ходу грызя и заглатывая угощения. Ствол сужался и качался, усложняя путь. Рыба закончилась, но остался запах откуда-то снизу. Волчонок заглянул под ствол и увидел голову, подвешенную на верёвочке. Воля попытался дотянуться до неё лапой - не получилось. Тогда он перегрыз верёвочку на сучке, за упавшим "призом" спрыгнул вниз.
        - Ишь, перехитрил меня, - заметил Ваня. - В следующий раз надо замаскировать верх верёвки.
        Насытившийся волчонок нашёл палочку и положил к ногам родителя-вожака (так он понимал роль Ивана).
        - Нет, сегодня будешь таскать стрелы, - помотал головой тот, достал оружие и стрелу из сидора, дал понюхать её и выстрелил в пень. Воля расшатал стрелу, выдернул и перенёс к "папаше", явно делая это не впервые.

        Лук оказался небольшой, полудетский, составленный из разных материалов. Первый выстрел Яся пролетел мимо пня, но волк быстро нашёл стрелу.
        - Ясю отдай, - подсказал юноша и указал на мальчика. Воля с удовольствием переключился на нового партнёра. Время для обоих полетело незаметно.
        - Пора на обед, - наконец, остановил занятие Иван. Тогда Ясь угостил волчонка припасённой косточкой.


        Рыбное блюдо с картошкой исчезло в пяти глотках, будто его не было.
        - Пока еда не затуманила мозги, вот вам загадка - одна на всех. Первой отгадывает Ганна, последней - Аврора, - объявил Иван.

  Гляди! Четыре ножки шагают по дорожке.
  Вослед четыре колеса, на них... нет, нет, не колбаса:
  Сидят спокойно две ноги. Понять, кто это, помоги.

        - Четыре ножки принадлежат ослику, - уверенно заявила Ганна, - четыре колеса - это телега, а две ноги - кучера, возможно, пьяного.
        - Нет, нет! - весело возразили приёмные дети.
        - Мы видели шесть ножек, за ними тележку, но на ней ехал бак с картошкой и капустой, - уточнила тётя. - Если раньше две ножки из шести сидели на тележке, то это могли быть девочкины. А теперь, детки, внесите наши подарки.

        Первой на кухню вернулась Аврора: "Братец, мы хотели связать для тебя свитер, но успели только безрукавку. Доделаем потом. Примеряй!"

        Ганна внесла трёхслойный румяный пирог. Его окружность была расписана белым геометрическим орнаментом. Сверху торчали как иглы ежа одиннадцать лучинок и красовалась надпись: "З Днём Нараджэння, Ясiк!"
        Иван достал коробочку с откинутой крышкой и щёлкнул боковым колёсиком. Вспыхнул огонёк. Юноша быстро зажёг лучины, и Ясь, надув щёки, задул их.
        - Что это? - спросил именинник.
        - Это немецкая бензиновая зажигалка. Её подарил хромой почтальон.
        - Расскажи, как это случилось.
        - Хорошо. Только никому не передавайте мои рассказы военного времени, иначе меня могут лет на десять-пятнадцать отправить далеко-далеко на бесплатную работу, как пособника врагам. Договорились?
        Все согласились хранить тайны.

        - Дело было в сентябре. Поехал я после дождя в посёлок Шацк. Он окружён тремя десятками Шацких озёр. Слышу, кто-то ругается: "Доннэр-вэттэр, тойфэль!" Это дословно переводится "гром-погода и чёрт". На перекрёстке мотоцикл не вписался в поворот и повалился на бок. Рядом - грязный пьяненький мужик. К его счастью, почту отвёз и налегке возвращался в город Любомль, но вместо юга ехал на восток. Я помог ему поставить мотоцикл, спрятал велосипед Мирона в кустах и повёз бедолагу в город, чтобы с ним в дороге не приключилось ещё что-нибудь. Он одарил меня этой зажигалкой. Потом пришлось долго топать к велосипеду.
        - Он что, знает русский язык?
        - Нет. Это у меня по немецкому языку были одни пятёрки. Ещё учил бывший австрийский военнопленный Пауль Шмидт, не пожелавший вернуться на родину.

        Пока Иван развлекал детей, Полина вскипятила на примусе воду для чая. Дети ели пирог, сладкий от белого украшения, запивали ароматным чаем и улыбались до ушей. Взрослые тоже не удержались от улыбок.

        - Ваня, что написано на той банке, из которой мы красили пирог? - спросила Аврора, погладив животик.
        - Мильх мит цукер - молоко с сахаром.
        - А откуда она взялась?
        - Вчера вечером выкатилась из моего заплечного мешка. Но мы не дали ей укатиться, как старуха колобку, да и заяц, волк, медведь с лисой не догадались бы её прокусить, наверно, не догадались.
        - А как банка попала в рюкзак? - продолжила допытываться девочка.
        - Хочешь узнать ещё одну мою тайну? - усмехнулся Иван. - Чтобы мне добавили ещё лет десять жизни в блошином бараке? Ладно-ладно, не пытайся выжать из себя слезу обиды. Послушайте все и скорее забудьте.

        - Шестого ноября я поехал на добычу вкусностей и сладостей к празднику. В городском посёлке Малорита найти работёнку не удалось. Поехал дальше на запад в бывший санаторий. В нём немцы устроили базу отдыха. Приехал, а там только что подрались два любителя русского шнапса, то есть самогона, и порвали друг другу рубашки. Заштопал, зашил и пришил пуговицы. Иголкой с нитками и напёрстком это оказалось долгим занятием. Фриц дал банку консервов, а Отто - шоколадку. Я стал охать, что у меня детей семеро по лавкам. "Все твои?" - удивился Отто. "Нет, одна младшая моя дочь" - отвечаю. "Сколько же тебе лет?" - спросил кто-то из слушателей. "Уже семнадцать", - гордо ответил я, - "а дочке скоро два. Но вы не беспокойтесь, её матери при родах было восемнадцать". "А кто тебе сказал, что это твоя дочь?" - не унимался Отто. "Она же и сказала, Мария", - продолжаю врать. Все так и покатились от смеха, глядя на мою глупо удивляющуюся рожицу. Тогда-то меня и одарили сгущёнкой для дочки. "Вот Ганночка обрадуется", - весело подумал я.

        - Ох, Ваня, нельзя такое рассказывать детям! - огорчилась Полина.
        - Они же сами напросились, - пожал плечами Иван. - Однако больше никому не расскажу, клянусь. Пожалуй, даже не буду продолжать этот рассказ, тем более, что двое младших многое из него знают.
        - Нет уж, досказывай.

        Мы поиграли в карточного дурака, которому я научил отдыхающих в октябре. Потом помог ефрейтору-денщику в приготовлении ужина. Поужинали. Ночевал я с ефрейтором в домике прислуги. Он оставил мне требуху и кости. Я выехал затемно, добрался до волчонка и скормил ему требуху. Забрал оружие невдалеке от логова - фактически Воля его охранял. Дальше путь лежал на север в то место, где Михеич ночью расставил силки. По дороге спрятал велосипед - его потом почти обнаружила глазастая Аврора. Светало, когда приблизился к цели. Вижу, лиса раздирает силок, чтобы утащить уже убитого ею зайца. Пальнул из автомата - в нём первая пуля была из резины. Рыжая взвизгнула и умчалась. Второй силок уже был пуст. Скоро появился Михеич. Он отнёс добычу к своим, а я унюхал и увидел вдали дым. С вернувшимся Матвеем пошли туда. Оказалось, жандармы сожгли хутор, а работоспособных увезли для работ в Германию: либо где-то на фабрике, либо прислугой в домах старших офицеров. Повезло двум детям, которых мать успела спрятать в тайный погреб под крыльцом. Теперь они с нами - одна семья.

        Юноша предложил поиграть в "жмурки": одному игроку завязывают глаза, кто-то подходит и притрагивается пальцами к раскрытой ладони жмурящегося; надо угадать контактёра. Авроре Ваня разрешил ощупывать прикоснувшиеся пальцы.
        Первым "жмуркой" стал именинник. К нему грузно подошёл Иван и тихо подкралась женщина. Она положила ладонь на ладонь Ивася, развернув так, будто рука тянулась со стороны Ивана. Зрители захихикали. Ивась заподозрил подвох и, подумав, неуверенно сказал: "Это мама Поля". С ней такой же трюк провели Ганна и Ясь, но она хорошо знала пальцы дочери.
        Необычное началось, когда жмурился Ваня. Аврора и Ганна только подкрадывались, когда он сказал: "Слева подходит Ганна, справа - Аврора. Кто же рискнёт прикоснуться? Ага. Младшенькая заносит палец как бы слева. О! Рядом опускается палец Ганули. Наверно, оба коснутся меня".
        - Как же с таким играть? - удивились девочки.
        - Очень трудно, - согласилась Полина, - ведь у него тонкий слух и отличный нюх да ещё охотничьи уловки: вон как подходил ко мне с Авророй на руках и давил её большим пальцем на мою ладонь. Поэтому игру закончим. Теперь, младшенькие, расскажите, как впервые спалось в новом доме.

        - Мне утром приснился диковинный сон, будто плывём втроём на лодке вниз по реке, - начал Ясь, - я на корме и остальных не вижу. Вёсла чудные, широкие и закруглённые как ложки. Передний предупреждает: "Приближаемся к водопадику". Задрали вёсла вверх. Вдруг чувствую - летим. Увидел удаляющийся назад водопад. Дружно замахали вёслами: вниз горизонтальными, а вверх - повернув ребром к земле. Начали медленно снижаться. А вокруг реки - зелёный лес, над нами голубеет небо. Красотища! Лодка плюхнулась об воду, я выпал и проснулся. Оказалось, лежу на полу, скатившись с матрасов, и голос надо мной говорит: "Соня Ясоня, вставай!.." Это Ваня звал на рыбалку.

        - А мне ничего не снилось, - вздохнула Аврора, - чувствовала, как Ганночка поправляет моё одеяло, и всё. А вот когда в лесу спали под сосной, приснились пахучие грибы, очень белые. Ваня потом говорил, что это шампиньоны, а сам подсунул пряник, сухой-пресухой.

        - Спасибо за интересные рассказы. Теперь у нас - тихий час. Кто будет спать, потом узнает: какие тайны прячет наш полуподвал. Гануля, расскажи сестрёнке незнакомую сказку: "Репка", "Коза-дереза", "Колобок", "Теремок" или "Кривая уточка". Про уточку она не слышала, точно.


        Во время лёгкого полдника с молоком мама Поля объявила: "Завтра отдыхаем, а потом начнётся учёба. Для Ганны это будет вторая четверть в пятом классе, для Яся, прогулявшего первую четверть, начало учёбы в четвёртом, а для Авроры - подготовительный класс. Будут и совместные уроки: физкультура, пение с музыкой, рисование, лепка. Они - в полуподвале, куда мы спустимся сейчас".
        - Ясь, - воскликнула Ганна, - я старше тебя только на семьдесят дней, а по учёбе - на целый год, но готова учить всему, что узнала в прошлом учебном году. Все мои учебники целы - я не успела их сдать в школу, а приехавший Ваня сразу запретил это делать. Только через шесть дней поняли, что из-за начинающейся войны.

        - Младшие, попробуйте угадать, где спрятан спуск в полуподвал, - предложила Полина.
        - Так они до ночи будут искать, - возразила Ганна.
        - А ты им подсказывай: "холодно - жарко".
        Шустрая Аврора подбежала к ближнему углу кухни.
        - Хорошее начало. Тепло.
        Девчушка пошла вглубь кухни вдоль стены.
        - Теплее, ещё теплее, холоднее.
        Девочка растерянно остановилась. Тут Ясь предложил: "Шаг назад и иди поперёк кухни по половику".
        Опять послышалось: "Теплее, очень тепло, жарко".
        Ясь и Аврора откинули половик. Под ним оказался паркетный пол из одинаковых прямоугольников. Никаких следов люка. Подошёл Иван, нажал на одну дощечку и отодвинул её под соседнюю, в углубление всунул пальцы и потянул вверх. Поднялась крышка. Под ней открылись крутые ступени вниз, в полумрак. Первой начала спускаться Ганна. После поворота влево спуск стал пологим. Новый поворот - и следующий спуск вывел на пол высокой комнаты такой же длины, как кухня. Впереди светилось окно высотой в треть метра и шириной почти во всю стену. В дальнем углу за фундаментом печки лежала стопка матрасов. Нижний зелёный мат выглядел толще и шире остальных, светлых.

        Аврора, проходя второй поворот и держась за стенку, нащупала в углу косой выступ и нажала на него. Что-то щёлкнуло, на потолке засветились два светло-жёлтых круга метрового диаметра.
        - Молодчина! - похвалила спускавшаяся следом Полина, - нашла включатель.
        - Здесь, что ли есть электричество? - ошарашенно спросил Ясь. - У нас на хуторе ни у кого не было.
        - В Шацке оно бывало, - заметила Ганна, - а во время перебоев зажигали лампы, как мы здесь на первом этаже.
        - Откуда оно берётся здесь? - полюбопытствовал мальчик.
        - От генератора, который крутим сами, и вы сможете.
        - Чтобы найти генератор, сначала надо отыскать потайную дверь в учительскую комнату, - вклинилась в разговор мама Поля. - Ходите вдоль стен, прикладывайте ладони, а мы посчитаем, с какого раза это удастся.
        Двое пошушукались. Аврора пошла вдоль стены, а Ясь направился поперёк комнаты. Когда шёл мимо Ганны, она шепнула: "Там зимний подвал". Мальчик пошёл к сестре, ощупывавшей стену. Его внимание привлекли брусочки, равномерно разложенные на полу и торцами упирающиеся в стену. Ясь пробовал нажимать на них и сдвигать. Толкнув очередной, он увидел, что тот слегка углубился в стену. Убрал ногу - брусок вернулся обратно.
        - Здесь дверь! - хлопнув по стене над бруском, воскликнул мальчик.
        - Торопиться не надо, - протяжно произнёс Иван, - продолжай поиск.
        - А ты, Ганулька, больше не подсказывай, - обратился он к двоюродной сестре.
        - Я и не.., - хотела возразить та, но осеклась, вспомнив о тонком слухе старшего.
        Ясь начал теребить очередной брусок, а сестрёнка обежала его и стала изучать следующий.
        - Смотри, Ясь, этот утопляется, - показала она.
        - Тут боковое зрение уловило жест Ганны, раздвинувшей локти и соединившей средние пальцы перед лицом.
        - Наверно, дверь перед тобой, - неуверенно сказала девчушка.
        - Позравляю! - торжественно произнесла Полина. - Теперь смотрите, как она открывается.

        Дети отшли. Женщина вдвинула правый брусок в стену, дотянулась левой ногой до бруска перед Авророй, наступила на него и навалилась на стену. Прямоугольный кусок стены стал отдаляться. Подошёл Иван, и помог отодвинуть остановившуюся дверь вправо. Вверху вспыхнул свет, осветив невысокую комнату, стены которой были обвешаны картами, картинками с изображением животных и растений, таблицами, схемами...
        - Ой, что это за разноцветный шар на столе в углу? - воскликнула Аврора.
        - Это глобус, - ответил Ясь. - У нас в школе был такой же.
        - А цилиндр в ближнем углу?
        - Это и есть генератор тока, - пояснила Полина. - Ясь, садись на стул перед ним и крути велосипедные педали.
        Закрутился и зажужжал наружный цилиндр. Свет становился всё ярче не только здесь, но и в зале.
        - Смотри, Ясик, гармошка.
        - Ой, сыграйте нам хорошую музыку.
        - Дети, музыка появится на уроках пения, - строго заявила мама Поля.
        - Ну, хоть что-нибудь, - попросили младшие.
        - Тогда посмотрите в четвёртый угол и выберите пластинку.
        В этом углу на небольшом столике стоял патефон, а сбоку в проволочном ограждении несколько больших круглых пластинок.
        - В нашем хуторе такое было у двух семей, - сказал мальчик. Он выбрал вальс "Осенний сон". Иван и Полина перешли в зал и закружили, ловя восхищённые взгляды младших.

        Во время ужина Ясь о чём-то тихо спорил с Авророй. Иван быстро понял и прервал их шушуканье: "Считайте, что вы оба попросили. Доедайте, и я расскажу историю появления глобуса, карт и прочих настенных изображений. История эта - печальная. Может, оставим на потом?"
        - Нет, лучше сейчас, - возразили приёмыши.
        - Вот везёт новичкам, - заметила Ганна, - а нам говорил: "купил, нашёл, едва ушёл".

        "Двадцатого июня мы привезли Мирона в Любомль, в районную больницу. Аппендикс ему вырезали успешно и сказали, что посещать можно с воскресенья. В тот день я смог добраться до города только к обеду. Подъезжая, увидел налёт бомбардировщиков. Насчитал 15 самолётов. Когда выехал на улицу, ведущую с севера к больнице, сквозь дымы разглядел руины больницы. В это время справа от меня находилась школа. Дом с юга от неё был разбомблён, и на южной стороне школы выбиты все стёкла, повреждены рамы. За одним окном заметил толстый рулон, явно наглядных пособий, подготовленных для вывоза. Забрался, цапнул его. Дальше обнаружил библиотеку. В ней выбрал учебники для пятого и шестого класса. Рулон припрятал, связал учебники, закрепил на багажник. Хотел ещё взять что-нибудь интересное для чтения, но наткнулся на глобус и предпочёл его. Отвёз находки в лесной тайник возле города. Тайник в виде прикрытого окопчика вырыл ещё накануне - хотел здесь устроить оборонительную огневую точку. Потом вернулся за рулоном. Он попал в дом лесника первым вместе с моим печальным известием об уничтожении больницы".