Кот в те к сте

Кот в те(к)сте

Очередным утром в очередной рабочий понедельник я в очередной раз был на своем рабочем месте в мягком кресле, которое, впрочем, не мешает немного подвернуть, выстукивая еще один текст на мягкой и бесшумной клавиатуре в ожидании нового стратегического марш-броска в виде очередного отчета. Хотелось спать, за окном барабанили капли царившего со вчерашнего дня дождя, вентилятор создавал шум травы, терзаемой ветром в поле, было душновато, и мой заложенный нос пытался вытянуть саксофонное соло из мультсериала про семью желтых людей. Что сказать, своя атмосфера.

Надо бы только выпить кофе, чтобы поднять свой тонус и не засыпать, но задремывать в отсутствии текущих дел куда приятнее. Открыв новый файл, я для разминки начал печатать в нем какой-то случайный текст, отрабатывая скорость набирания текста. Помнится, была такая программка для опознавания скорости пальцев, у меня там было около 307 знаков в минуту. Самое интересное в ней было то, что выскакивающие предложения, которые необходимо было набирать, были из популярного романа Булгакова. Разумеется, феерические приключения Бегемота придавали пальцам особенную скорость.

Полузасыпая, я набрал что-то вроде «кот в тесте», но тут же проснулся. Что-то острое коснулось моего пальца. «Показалось», – решил я и только собрался снова заснуть, как вдруг почувствовал, что что-то слюнявит, а потом поедает мой левый мизинец.

Проснувшись окончательно, я понял в чем дело. То, что мне изначально показалось «тестом», оказалось «текстом». «Что ж, – решил я, – так тому и быть. Раз какому-то коту нравится жить в тексте, и он чувствует себя в нем комфортно (комфортнее, чем в тесте, я думаю), то, значит, так и надо». Но сначала я все-таки решил немного доспать, предоставив коту и его тексту полную свободу. Проснувшись через пару минут, я увидел примерно следующий текст:

_________________________________________________
Нашего лектора по античной истории зовут Ганнибал. Наверное, его родители были помешаны на этих американских ужастиках. Представляю, как ему было тяжело с таким именем в детстве!

Полсеместра он рассказывал нам о битве при Каннах 216 г. до н.э., и теперь мы знаем ее наизусть. Если кого-нибудь из нас разбудить посреди ночи, то он, почти не просыпаясь, с легкостью начертит полумесяц карты военных действий…

Но Ганнибал Гамилькарович просто ненавидит римлян! По его словам, они не только хуже молодцов-варваров, которые, наконец, разгромили чванливых волкопочитателей, но и являются самым отвратительным народом из всех существовавших, и нам крупно повезло, что мы не знакомы с древними римлянами и никогда с ними не встречались.

Право, даже непонятно, почему же он так плохо о них думает…
_________________________________________________

Прочитав этот абзац, я, конечно, удивился. Но потом понял в чем дело. Рядом со мной лежала стопка студенческих работ, которые еще только предстояло проверить. Рефераты, кроссворды, глоссарии, бессчетное множество. Видимо мой кот при помощи своего текста, таким образом, захотел найти со мной общий язык. Это было очень мило. В качестве своего ответа на его рассказ я набрал студенческое сочинение. Вот оно:

_________________________________________________
Раньше был такой закон. Детей с рождения начали искоренять. Слабых детей скидывали с гор. И своих сыновей отправляли на войну без слёз. А говорили словами фразу. Все спартанцы потерпели в войне поражение. И что вся Спарта погибла от собственной бездарности. После рождения младенцев гениев сразу убивали. От легенд матери и жены умели отказываться от любви. Ну вообще они любить не умели это было не доказано. Вся страна была жестокая и робкая.
_________________________________________________

Затем я отошел на несколько минут, чтобы наполнить свой пластиковый стаканчик растворимым кофе (не люблю пить из чашки – её рано или поздно приходится мыть, либо тебе самому, либо, что еще хуже, кому-нибудь другому). Но текст на экране моего монитора не изменился ни на символ. Видимо, кот, обитающий внутри него, был глубоко шокирован моим поведением. Решив не останавливаться на достигнутом, я продолжил со студенческими работами:

_________________________________________________
Сергей Михайлович Покровский описал Прудский поход Петра первого, расскрыв его полностью. С его мысалью я соглашусь. Ведь Прудский поход был одним из самых легких, русские настолько ошалели от успеха, что понесло к упадку морали. Турки этим воспользовались и загнали русских в угол. Один Царь Петр не упал духом, а наобород решимость его биться да канца не щадя никого. Отправив весточку с новостями, турки перехватили ее. Узнав печальную сторону русских Карл XII решается напасть. Боя никакова не состоялось, жертв и потерь нет, как и со стороны турок, так и от русских войск. Без пощадие турок незнало границ, но главный визирь мудрый старец. Приказал войскам отпустить русских, что привело в недоумение Карла XII. В храбрасти Петра самнений нет, он стаял бы до последнего своего вздоха. Ведь истиный царь отстоит за свою атчизну. Покровский гениальный современный прозаик. Раскрыв всю суть и передал все ощищенья от похода.
_________________________________________________

Нанеся вот так вот жестоко моему текстовому коту контрольный удар, я взялся за работу. Нельзя же, чтобы он отвлекал меня от важных и ответственных дел! В первую очередь нужно было отправить отчет в министерство безделья и отчетов РФ, для этого зарегистрировавшись на сайте. Заполнив форму ритмичным стуком пальцев по клавишам, я подошел к самой важной графе. К капче. Набирая капчу, я не переключил с русского языка на английский, из набранных букв  у меня получилось «мяв». Так кот в тексте снова обнаружил свое присутствие – понял я.

На отчете, разумеется, все дело не ограничилось. Не менее интересной и муторной работой, что ждала меня далее, было макетирование пособий. Вся сложность состояла в необходимости работать сразу над несколькими – их на моей шее висело до четырех штук. Начать я решил с «истории», это красочное с множеством картинок пособие предназначалось для наших иностранных друзей, поэтому и походило на красивую занимательную книгу для детей пришкольного возраста. В прошлый раз я закончил на дворцовых переворотах, поэтому, допив кофе, тут же принялся за работу. Но спустя пару минут ритмичного и мелодично-музыкального простукивания с удивлением обнаружил следующий текст (да еще и с картинками!):

_________________________________________________
Кот I изменил порядок наследования кошачьего престола. Указом 1722 года царский престол передавался по завещанию. В годы правления Кота I вырос численно класс котодворян. Котодворянство стало главной опорой абсолютной котархии. Кот I умер в январе 1725 года. После смерти Кота I при дворе образовалось две группировки котознати. В первую входили бывшие котяре, родовитая знать. Они выступали за передачу престола внуку Кота I – малолетнему котенку царевичу Коту Котеичу. Вторая объединяла приближенных Кота, неродовитых котодворян, выдвинувшихся во время его правления. Возглавлял эту группировку князь Барсиков – фаворит Кота Великого. Они выступали за передачу престола вдове Кота I Мурке Васильевне.
_________________________________________________

Прочитав такое, я очень удивился. И сразу же бросился исправлять Петра на Кота, вернее, Кота на Петра! Ну, вы поняли, речь же о нашем всем известном коте, прорубившем окно в Европу, то есть я хотел сказать, о Петре Первом! Как же я мог так ошибиться при наборе текста? Времени на раздумья почти не было, поэтому я сразу же после правки переключился на пособие по филологическим дисциплинам (там и фонетика, и словообразование и другие сложные и непонятные простому читателю звери языка):

_________________________________________________
Согласно академической грамматике, имя кошачье – это часть речи, обозначающая предмет (субстанцию) – кота и выражающая это значение в классифицирующей категории рода и словоизменительных категориях числа и падежа.
_________________________________________________

И далее по тексту:

_________________________________________________
Примечание: У каждого кота имеется и лексическое и грамматическое значение. Грамматические значения могут выражаться синтетическим и аналитическим способами. Большинство грамматических значений выражается в русском языке синтетическим способом – при помощи средств, входящих в структуру кота, находящихся в самом слове. К таким средствам относятся хвосты, шерсть, усы, лапы, чередования полосок меха, урчание / мурчание.
_________________________________________________

Спустя пару минут я с удивлением обнаружил, что последние двадцать минут посвятил не увлекательному повествованию о смысле слов, а еще более удивительному рассказу о грамматических и лексических свойствах котов. Определенно в этом не было моей вины! Тут я окончательно понял, что мой кот, тот, что в тексте, окончательно обосновался в нем. В любом тексте, что я заботливо выводил на полях своего монитора. Но ведь я же работаю не фелинологом, мне такое засилье котов хоть и в радость, но совсем поперек рабочего будня. Тут меня осенила гениальная идея.

Я просто представил себе, что будет, если переманить моего кота в тексте с моего рабочего компьютера в компьютер центра информационных технологий. Или в ПК директора центра информационной политики. Вы и сами только представьте: на всех ресурсах, посвященных родному вузу – больше никаких опечаток, но зато – коты:

_________________________________________________
Руководство университета
Барсик Василий Котович, ректор
Молоколюбов Тихон Васильевич, проректор по хозяйственной деятельности
Грозомышева Дуся Федоровна, проректор по экономической деятельности

Новости: сегодня руководство университета провело день открытых дверей на факультетах подвижной охоты и коммурникационных технологий, а также встретилось с представителями профсоюзов молока и колбасной промышленности.
_________________________________________________

И все в таком духе.

Через несколько минут я уже крался по коридору, поглаживая на руках моего кота в тексте, который нетерпеливо тихо мяукал во флешке-переноске.

Рисунок автора

Рассказ впервые опубликован в 25 выпуске альманаха "Российский литератор" (2017 г.), издаваемого Нижегородским отделением Российского союза профессиональных литераторов (с. 150–151).