Рука

  Бекка проснулась за несколько мгновений до того, как погас ночник на прикроватной тумбочке. В комнате воцарился полумрак. Она приподнялась и посмотрела в незанавешенное окно. В доме напротив тоже нигде не было света. По её внутреннему ощущению и темноте за окном сейчас ранее утро, а значит хоть где-то должен гореть свет. Многие рано встают на работу, и не стоит забывать про полуночников. "Значит, перебои с электричеством", — подумала Бекка и откинулась обратно на кровать. Тут рядом с ней что-то плюхнулось и заурчало, когда она коснулась рукой мягкой шёрстки.
— Привет, Барни...
  Вислоухий шотландец что-то мявкнул в ответ и улегся ей под бок. Она монотонно гладила кота, погружаясь в дрёму, и вдруг почувствовала какое-то движение справа. Открыв глаза, Бекки увидела руку. Та словно проросла из кровати и теперь медленно двигалась к ней.
  От испуга и шока Бекки словно застыла и беззвучно хлопала ртом, как выброшенная на берег рыба. Рука остановилась, пошевелила пальцами, будто помахала.
— Что... ты такое... — прошептала девушка, по-прежнему не двигаясь, только повернув голову. То ли тело ей больше не принадлежало, то ли она забыла, что можно сорваться и бежать, то ли не хотела...
  Рука снова потянулась к Бекке. Тёмный силуэт в полумраке комнаты. На этот раз ей удалось привстать и откатиться к краю кровати, замерев в позе кошки, готовящейся к нападению. Рука тоже отшатнулась.
— Кто ты? — "Чья ты?", — на этот вопрос Бекка тоже хотела бы знать ответ.
Рука, со сложенными в голову гуся пальцами, покачалась в одну сторону, потом в другую. И чуть ткнулась в сторону Бекки.
— Я не... понимаю...
Руку ткнулась к ней ещё раз.
— Моя? — спросила она.
Рука два раза согнулась в кисти, как будто кивала.
— Нет, мои же на месте, — Бекка подняла обе руки, помахала ими, потеряв равновесие, плюхнулась на попу и чуть не упала с кровати на пол, в последней момент удержавшись рукой за прикроватную тумбочку, и вдруг рассмеялась от своей неловкости. Рука задёргалась вверх-вниз, словно тоже смеялась.
  Бекка замолкла и посмотрела на руку, благо свет из окна позволял более-менее отчётливо разглядеть её. Рука как рука. Бледная, ну это потому что полумрак. По локоть торчит из её кровати, ну это потому что... Почему? Почему из её матраса торчит какая-то рука? Да ещё понимающая человеческую речь? Бекка опёрлась на колени и медленно сделала два шажка к руке. Та, склонившись налево, наблюдала за ней. Девушка отметила, что края матраса не рваные, как было бы, если бы рука прорвалась сквозь него, а ровные, будто сами разошлись в сторону, освобождая ей место. Тут рядом с рукой взмахнул кошачий хвост. "Точно! Барни её не видит, не реагирует на её присутствие, а значит... Значит, это сон! Единственное объяснение происходящему. Сон! И совсем нестрашный. Ну надо же!". Бекки чуть не захлопала по-детски в ладошки от восторга.
— А что мы с тобой будем делать? — спросила она у Руки и зевнула. — "Подождите, разве во сне зевают?" — подумала Бекки и решила, что во сне может быть всякое. А почему нет? Разговаривает же она сейчас с рукой, точно Уэнсдей Аддамс?
  Бекки снова зевнула, придвинулась ближе и улеглась на подушку. Рука потянулась к ней, девушка несмело протянула свою руку. Пальцы Руки нежно коснулись её кисти и поползли вверх к её пальцам, вызывая приятные мурашки по всему телу. Во сне и так бывает? Рука нежно скользнула по каждому пальцу Бекки, потом на внутреннюю сторону её ладони и переплела свои пальцы с её. Девушка ощущала приятную прохладу. Разве во сне ощущается температура? С этой мыслью Бекки задремала...

  Она проснулась в одиннадцатом часу утра, работа переводчика-фрилансера позволяла такую роскошь, принося при этом хоть и нестабильный, но и неплохой доход, потянулась и вспомнила свой сон. Сон же? Рука из матраса. Говорящая без слов рука. Бекки перевернулась, откинула одеяло и посмотрела на то место, где та торчала. Никакой дыры. Провела ладонью. Ну конечно же, сон. Рассмеялась и откинулась на подушки. Через пять минут встала, направилась в ванную умываться. Сегодня ещё предстояло поработать над новым переводом...

  Перевернувшись на бок, Бекки потянулась к тумбочке за телефоном. Ночник опять не горел. Она коснулась пальцами задней поверхности, ночник — в виде привидения, ну или, традиционно, простыни, с двумя чёрными глазами-кружками по центру, был сенсорный и включался прикосновением — не отреагировал. Коснулась ещё пару раз — ничего. "Странно... Разрядиться он не мог, он же подключен через USB...". Девушка хотела взять телефон, но тут услышала какой-то шорох сзади, обернулась... Из её кровати снова выросла рука. Лёгкое движение пальцев, словно помахала.
— Но...
Бекки непонимающе смотрела на белеющую в темноте комнаты часть тела (чьего?), краем глаза заметив, что в доме напротив снова не горит свет.
— Ты же... просто сон... — прошептала она, ясно осознавая, что на этот раз она не спит.
  Рука сложила пальцы, склонилась набок, как будто тоже не понимала. Потом пальцы резко выпрямились, Рука дёрнулась к Бекки, схватила её за руку и потащила за собой.
— Нет!!! Нет!!— Бекки кричала и пыталась отбиться, но хватка была стальной. Крики девушки оборвались одновременно с тем, как она исчезла в недрах матраса...

  Она вошла в комнату, держа в одной руке стопку журналов, в другой — телефон, пяткой закрыла дверь. Пристроив журналы на прикроватную тумбочку, Миранда открыла WhatsApp и нажала на значок микрофона.
— Да, я тоже... И нет, это всего на два месяца, в сентябре я перееду к Кевину, ты же знаешь... Не понимаю, почему ты так волнуешься... Мало ли, куда могла исчезнуть эта девушка... Может, сбежала со своим парнем... Ну да, она не взяла с собой ни одной своей вещи, даже телефона, ну и что? Кому хоть раз не хотелось всё бросить и сбежать? Остаётся только порадоваться, что кому-то удалось найти на это смелости и решимости... Так что, я ложусь спать, просто с ног валюсь... Выставка прошла шикарно, но целый день на десяти сантиметрах... Ну ты меня понимаешь... Всё, бай-бай...

  Отправив голосовое сообщение и положив мобильный рядом с журналами, Миранда стянула с себя шёлковое платье на бретельках и облачилась в простую футболку, лежащую на кровати. Нырнула под простыню и выключила лампу.

  Проснувшись посреди ночи, она решила, что проспала — ох уж эти ранние летние рассветы — схватила телефон и обнаружила, что ещё только начало четвёртого. Выдохнула и улеглась обратно. Потом перевернулась на другой бок. В соседнем доме не светилось ни одного окна. Из матраса высилась, отливающая фарфором в блеклом утреннем свете, сложившая пальцы гусиной головой, склонённой набок, рука...