СВО. Наш сын

Полгода прошло с того дня, как мой сын получил статус без вести пропавшего. Полгода мы с мужем почти не спим ночами, ждём, волнуемся, молимся и надеемся, что наш сын живой... Может, ранен... Может, потерял память... Может там, где нет связи... Или ещё что... Главное, чтобы был жив.

Родственники звонят почти каждый день. Стараются поддержать...

Но... Мысли, мысли, мысли...

Конечно, все эти переживания сказались на нашем здоровье - гипертонические кризы, боли... Таблетки, таблетки, таблетки...

И так полгода.

А вчера позвонили из военкомата и сообщили, что наш сын погиб. Что надо приехать к ним и они разъяснят нам все наши дальнейшие действия.

Для нас это было ударом... Мы с мужем сразу как-то сникли..., сгорбились... И сидели до утра, глядя куда-то в пустоту... Слёз уже не было... Они куда-то делись...

А утром мы поехали в военкомат.

Старое здание военкомата в четыре этажа без лифта. Кабинет, куда нас вызвали, находится на четвёртом этаже. Чтобы до него добраться, надо подняться по лестнице... Вот это было для нас с мужем настоящим испытанием. Поднимались медленно, так как от всего пережитого болели ноги и задыхались после каждого пролёта. С каждым подъёмом на следующий этаж возникал вопрос - А как же по этой лестнице поднимаются инвалиды, другие пожилые люди...?

Поднявшись на нужный этаж мы ещё долго стояли и ждали, когда успокоится дыхание и перестанут болеть ноги. Придя более менее в норму, мы вошли в кабинет...

Сдержанные военные посадили нас за стол и начали свою стандартную процедуру...

Справки, извещение и т.д. Дали нам прочитать... Потом мы поставили свои подписи... Разъяснили, что делать дальше, какие ещё документы надо собрать... Для нас с мужем всё проходило, как в тумане...

И только в конце этой процедуры военный сообщил, что тело ещё не найдено, а на поиски тела может пройти ещё какое-то время. А то, что нам сообщили, что наш сын погиб, то это по закону - через шесть месяцев после признания без вести пропавшим, присваивается статус погибшего.

Мы с мужем, когда это услышали, мы сразу оживились... Ведь тела нет. Значит, наш сын может быть живым... А это уже надежда... Надежда, что сын жив.

Выйдя из кабинета, мы уже бодро спускались по лестнице. А выйдя из здания военкомата мы были уже другие. Мы выпрямились и наши глаза не были потухшими, они светились...

Вызвав такси, мы поехали домой...

За рулём сидела женщина. Она поинтересовалась целью нашего визита в военкомат. Мы ей вкратце рассказали. Немного помолчав, она спросила - А ваш сын сам решил идти на СВО? Мы ответили, что сын и его друзья ушли на СВО добровольно. И тут сразу был возмущённый возглас женщины-водителя - Он что? Дурак? Зачем? Мы ответили, что патриотов в нашей стране много и это замечательно. А женщина-водитель ещё долго не могла успокоиться говоря, что на СВО идут те, у кого долги, кредиты и те, кто выбирает - сидеть ли в тюрьме или выбрать СВО...

Мы с мужем не стали с ней спорить. Зачем? Ей не понять...

А дома мы включили наш компьютер и открыли страницу в Контакте. Мы продолжаем ждать вестей от сына. Верим, что он обязательно выйдет с нами на связь.