Стокгольмский синдром в центре Одессы Глава 29

29. Шинель № 5



Чего греха таить, с каждым появлением в коммуне Славентия мы становились нахальней и циничней. Это отмечали словоохотливые соседи, дворовые коты и сизые голуби, в полголоса ворковавшие под карнизом.

Заявился он в этот раз вечерком, сразу после ужина. От кофе отказался наотрез, велев нам собраться в «утробе». Сомнений не возникало, что готовится очередной спектакль.
 
- В воскресенье утром все дружно выходим на борьбу со спекулянтами! – мельком оглядев составленные мною записи телефонных звонков, распорядился он.
- Публично пороть тебя станем? – потирая с готовностью руки, предвосхитил события Романыч.

- Размечтался! – тут же осадил его Славентий, - И потом, не нужно путать коммерцию со спекуляцией! Понял? – сходу нашелся, чем ответить оскорблённый бизнесмен.
- Понял. Конкуренты заедают?

- Опять мимо. Операция направлена на борьбу с расхитителями социалистической собственности! – назидательно задрал указательный палец Славентий.
- Так это мы теперь под крышей ОБХСС* выступаем? – не унимался любознательный стармех.

- Барбадосыч, наберись терпения, а то сокращу. Твои вопросы вылетают быстрее моих ответов. Помолчи минутку, я все объясню. Купцы пожаловали зажиточные, - Славентий принялся методично перебирать на полках конверты с пластинками.
- Опять солнечная Грузия? – не вняв просьбе, нервно заелозил Романыч. Было видно, что хозяйское поведение Славентия в трепетно собранной фонотеке ему не по душе.

- Хуже! Среднеазиатский аул.
- А там что, золото нашли? – привстал с кресла стармех.

- Довольно того, что рядом проходит железнодорожная ветка. К тому же в горку. Эти ушлые ребята не хуже своих предков басмачей потрошат товарные вагоны с импортной электроникой. Деньжищ полные тюбетейки, - отложил в сторону парочку дисков Славентий, - Хотим предложить им партию наших не самых ходовых штанов. Есть опасения, что сунутся на барахолку. Увидят товар конкурентов, приценятся. Спутают договоренности. Поломают коммерцию, - доходчиво, чуть ли не по слогам растолковал бизнесмен, - Я возьму парочку дисков на недельку? Намечается легкий романтИк, - забавно сморщив нос, улыбнулся он вдогонку.

- Дальновидный ты деляга! Капитализм по тебе плачет, -  одобрительно качнув головой, крякнул Романыч.
- Короче, к делу. Роль костюмированная. Сцены массовые, батальные, - присел на спинку дивана Славентий.

- Слышь, Бондарчук, излагай подробности. А массовые они или нет, мы сами решим, - нервно щелкнул зажигалкой Романыч.
- Чё рассказывать? Под видом полковника милиции и группы дружинников разгоняете барахолку. Всего делов то! – ответствовал деляга.

- Какого еще полковника? – картинно оглядываясь, словно ища неведомого персонажа, встрепенулся стармех.
- Шинель с фуражкой у меня в багажнике. Мегафон с повязками и свистки сейчас подвезут, - небрежно выпалил Славентий, желая подчеркнуть простоту и безобидность предстоящей затеи.

- Какая шинель? Мне характеристика для загранки нужна. Желательно положительная, - хлопнув ладонью по коленке, традиционно принял затею в штыки Романыч.
- Я тоже не могу. Отдежурил уже своё в ДНД**, - робко поддержал его я.

- Закончили вибрации, - пристально оглядел нас Славентий, - Кто вас тронет? Вы же представители закона! Прокричите в «матюгальник» скороговорку, свистните парочку раз для острастки, покрутитесь туда-сюда - и готово. Я с машиной буду поблизости. Четверть часа на всё про всё, а разговоров!
- Любишь ты чужими руками! – огрызнулся стармех.

- Я своё слово держу! Так что за характеристику не переживай. Будет тебе белка, будет и боцманский свисток. Серьезные люди пообещали! – тут же осадил его Славентий, давая понять, что принимает живейшее участие в возвращении на флот отставного морского волка. 
- Ладно, не горячись! Я кофейку пока сварю, а ты волоки шинельку, - решительно поднялся с кресла Романыч, - там и поглядим.

          *  *  *

До поры до времени не переставала удивлять та покорность, с который Романыч в конечном итоге соглашался на любые авантюры Славентия. Более того, он очень скоро загорался идеей, привнося все новые и новые детали в предлагаемые к исполнению образы. Поговаривали, что Славентий в свое время сильно поспособствовал в жизнеустройстве сына стармеха, чуть ли не спас того от тюрьмы.

Ночью юношу с друзьями задержали на стройке. Сторож заметил веселую, распивающую спиртное компанию и вызвал милицию. УАЗик ПМГ (передвижная милицейская группа) оказался поблизости, и всех доставили в отделение. Там составили протокол, назначив штраф за хулиганство. А на утро возбудили дело о хищении пары десятков электросчетчиков и какого-то лифтового оборудования. Подсуетились деляги из стройконторы. Ребятам враз высветило до трех лет колонии.

Славентий сходу вызвался помочь и за день раздобыл недостающее. Однако возмещение похищенного не входило в планы строительного начальства. Им требовалось списать украденное ранее. Перечень недосчитываемого рос как на дрожжах. Но и тут Славентий не спасовал, призвав на помощь людей, решавших в городе вопросы. Авторитеты не были обременены официальной властью, высокими чинами и кабинетами. За ними было слово, ослушаться которое не решался никто. Зажравшихся начальников одернули, а мальчишек оставили в покое. Заявление аннулировали. Дело закрыли, даже не навредив карьере стармеховой жены. А вот отпрыску всё же пришлось отложить поступление в мореходку, уйдя на два года в армию. Такие вот пироги. Зависимость вырисовывалась прямая, многое объясняющая.

Моё же пребывание в этой среде вызывало куда больше вопросов. Что это было? Сходу и не отвечу. Тяга к приключениям, опасностям? Вовсе нет. Щекотать нервы предпочитал на расстоянии. Мальчишеская хулиганская удаль? Опять не про меня. В кураже не нуждался, к тому же не из отчаянных, отпетых. Юношеское влечение к нелегальному, запретному? Снова мимо. Наше кубло на кружок революционеров-подпольщиков не тянуло, очерчивая деятельность исключительно экономическими статьями уголовного кодекса. Одним словом, неразгаданная зависимость, твердо опирающаяся на мою нерешительность. Очередной парадокс: подставлять голову под статью, не найдя отваги порвать с этим. Пресловутый стокгольмский синдром, не иначе. А что? Вполне приемлемое объяснение. Чуть что – я жертва, попавшая под обаяние (да простят меня Романыч со Славением) злоумышленников. Да и как им противостоять, когда они такие душевные и даже симпатичные.

          *  *  *

В доме воцарилась загадочная тишина. Романыч курил за кухонным столом, что-то мурча себе под нос. Я между делом перемыл посуду. Каждый мысленно что-то сопоставлял, отсеивая риски и взвешивая шансы. Славентий вернулся минут через двадцать. Приволок тюк с шинелью и пакет всякой атрибутики, которую тем временем успели подвезти. Все вновь перебрались в «утробу». Романыч, как опытный подпольщик, тут же задернул шторы. Начались примерки с прикидками. Шинель вывалили прямо на пол. Она пахла сыростью, пугая необъятностью форм, граничащих с бездонностью. Покрывая Романыча в три обхвата, гарантировала вполне комфортное обитание с костром и ночлегом внутри. В ней можно было вольготно дрейфовать на льдине или с легкостью набросать апрельские тезисы в Разливе. Внутренний объем сего форменного одеяния был соизмерим с салоном «Запорожца».

- Может, её прямо на куртку надевать? – робко предложил стармех, близко к сердцу принявший полковничий образ.
- Какой с тебя полковник? – скептически оглядывая со всех сторон худосочную фигуру Романыча, кипятился Славентий, - Рожа не полковничья, не ментовская! Да и фигура! Где живот? Апломб? Не годится все это.

- Что значит не годится?! Вполне интеллектуальное лицо подтянутого офицера, - настаивал Романыч, вращаясь перед зеркалом.
- Где ты видел таких полковников? Это же не царская армия! Даже в дореволюционной жандармерии отродясь не водились субтильные. Что прикажете с этим делать? – хлопал по «повисшим» плечам обескураженный Славентий, -  В эту шинель троих, как ты, завернуть можно. Хоть швабру под погоны подкладывай.

- Сейчас что-нибудь подыщем – суетился стармех, шевеля «пустыми» плечами, - Создадим объем.
- Ой, не убедительно. Засыплемся. Долой звезды! Майор будет реалистичней, - пытаясь руками стянуть шинель в талии, настаивал Славентий.

- За что? – не сдержался Романыч, - Я верой и правдой! По совокупности заслуг на генерала тяну!
- Сам посуди! Полковник должен быть грузным. Вот с такой вот шайбой, - Славентий развел руки на манер хвастливого рыбака, - У них папахи, небось, с 60 размера только и начинаются.

- При чем здесь папаха? У нас ведь фуражка! – поправляя кокарду, не унимался Романыч.
- Тем более. Звезды долой! – окончательно потребовал Славентий, прикрыв на погонах два крайних знака отличия, - Амбициозный ты у нас, Мадагаскарыч. Не по таланту.

- А ты раньше времени не попрекай! Я сейчас в роль войду, такого Станиславского дам, твои залетные обдрищутся.
- Теша творческие начала, не стоит забывать про бездарный конец, - зло уколол стармеха Славентий.

- Не такой он у меня и бездарный! – потупился обиженный Романыч, - Граждане бандиты! - с хрипотцой, на манер Жеглова, в ответ на это гаркнул он в громкоговоритель, - Всем оставаться на местах!
- Не надрывайся, батарейки нужно вставить, - выхватывая из рук соседа матюгальник, осадил разгулявшегося стармеха Славентий.

          *  *  *

Словно обиженное дитя, Романыч стремился доказать полковничью состоятельность: заворачивался в шинель, подпоясывался ремнем, напяливал несметное количество свитеров, а затем вовсе растворился в кладовой, вернувшись с меховой безрукавкой подмышкой.
 
- Как ни крути, а ушивать придется, - резюмировал затянувшиеся примерки Славентий, - извини, к нам в цех я с таким сунуться не могу. Поищи мастериц среди своих.
- Ладно, разберемся, - скидывая с плеч шинель, согласился потускневший стармех.

- А звезды все же долой!  - зевая, настаивал Славентий, - лучше будь натуральным майором, чем липовым полковником.
На этот раз Романыч возражать не стал. Предварительная примерка и без того затянулась за полночь.
- Будь по-твоему! Майор так майор, - бережно отвинчивая звезды, бухтел он, когда мы остались одни, - еще бы определиться, у кого перешить эту чертову «халабуду». Во боров был! Здоровенная, хоть на памятник надевай! К матушке Анне с таким не сунешься. Белла Юрьевна от одних погон в обморок шмякнется. Придется упрашивать Валюху, - рассуждал вслух Романыч, перебирая возможные варианты.

Задача осложнялась еще и тем, что шинель нельзя было перекроить основательно. Ее одолжили в музее УВД и вернуть требовали в первозданном виде. Что получилось в конечном итоге, описать словами сложно. Могу лишь заверить, что если Романыч и был похож на полковника, то исключительно пленного или прилично контуженного.


________

* - ОБХСС - это аббревиатура Отдела по борьбе с хищениями социалистической собственности. Подразделение органов внутренних дел СССР, которое занималось раскрытием экономических преступлений, такими, как хищение государственной собственности и спекуляция.
**- ДНД (Добровольная Народная Дружина) времен СССР — это общественные организации граждан, добровольно оказывающих помощь советской милиции в поддержании общественного порядка, патрулировании улиц, профилактике правонарушений и содействии в раскрытии преступлений.