История о том, как вода узнала, что она река

               
                История о том, как вода узнала, что она река
________________________________________

В начале была вода.
Она не знала, что она вода. Она просто была — тёмной, холодной, неподвижной. Она заполняла собой расщелины между камнями, спала в корнях деревьев, каплями собиралась на мху, но не падала — ждала.
Она ждала, сама не зная чего.
Вокруг были другие. Камни — они знали, что они камни. Деревья — они знали, что они деревья. Даже туман, который приходил по утрам и уходил с первым солнцем, казалось, помнил своё имя.
А вода — не помнила.
Она была везде и нигде. Часть камня и часть дерева, часть тумана и часть неба. Она смотрела на мир тысячами глаз — каплями росы, лужами на тропинках, тонкой плёнкой на глине, — но ни один из этих глаз не видел себя.
— Кто я? — спросила вода однажды.
Никто не ответил.
Тогда она собрала все свои капли, все свои лужи, всю свою росу в одну точку — и потекла.
Это было первое движение.
Это было рождение.
________________________________________

Она текла долго.
Сначала медленно, неуверенно, то и дело останавливаясь, разливаясь вширь, теряя себя в песке. Потом быстрее. Она научилась обходить камни, просачиваться сквозь корни, находя самый узкий путь.
Она думала, что ищет море.
Но однажды она встретила другую воду.
— Ты кто? — спросила она.
— Я тоже вода, — сказала та. — Но мы не одно и то же.
— Почему?
— Потому что ты — та, которая течёт. А я — та, которая стоит.
Это было озеро.
Вода посмотрела на своё отражение в его глади. Она увидела течение, рябь, скорость — и вдруг поняла, что у неё есть форма.
Не та, которую ей дали камни и берега. А та, которую она создаёт сама.
— Я река, — сказала она.
Это было первое осознавание.
________________________________________

После этой встречи река стала течь иначе.
Она больше не спрашивала у камней, куда ей плыть. Она спрашивала у себя. Прислушивалась к течению, чувствовала, где земля понижается, где вода находит естественный путь.
Она стала быстрее. Сильнее. Глубже.
Она размывала берега, уносила деревья, перекраивала ландшафт. Ей нравилось чувствовать свою силу. Ей нравилось быть той, кто меняет мир.
— Я река, — говорила она. — Я главная.
Но однажды она встретила море.
Море было огромным. Оно не двигалось, но в нём было всё движение сразу. Оно не имело берегов, но всё упиралось в него. Оно не говорило, но слышало всё.
Река остановилась у самой кромки.
— Кто ты? — спросила она.
— Я то, во что ты впадаешь, — сказало море.
— Значит, ты больше меня?
— Нет. Я — это ты, ставшая собой.
Река не поняла.
— Я река, — сказала она. — Я теку. Я меняю берега. Я несу жизнь и смерть. А ты просто стоишь.
— Я не стою, — сказало море. — Я дышу.
И река увидела приливы и отливы. Увидела, как вода поднимается и опадает, поднимается и опадает — не теряя себя, не разливаясь, не ища выхода.
— Зачем ты это делаешь? — спросила река.
— Чтобы помнить, что я — вода, — сказало море.
________________________________________

Река не вошла в море в тот день.
Она остановилась у самой границы, там, где солёные воды  встречаются с пресными, где вода двоится и не может выбрать, кто она.
Она текла вдоль берега, искала лазейку, оттягивала неизбежное.
— Чего ты боишься? — спросило море.
— Потерять себя, — сказала река. — Если я впаду в тебя, меня больше не будет. Исчезнет моё течение, мои берега, моё имя. Останешься только ты.
— Ты уже теряла себя, — сказало море. — Когда из капли стала ручьём. Из ручья — рекой. Ты теряла себя много раз. И каждый раз находила заново.
— Но тогда я становилась больше. А сейчас — стану меньше.
— Ты станешь всем.
Река молчала.
— Посмотри на свои воды, — сказало море. — Они уже несут во мне частицы, которую принесли другие реки. Твоя вода уже смешалась с моей. Ты уже во мне. Ты просто не хочешь это признать.
Река посмотрела на своё течение.
Вода, которая вышла из ледника тысячи лет назад, вода, которая помнила корни деревьев и глину на дне, вода, которая отражала небо и звёзды, — эта вода уже касалась моря.
Не всей собой. Каплями. Молекулами. Памятью.
— Значит, я уже была в тебе, — сказала река.
— Всегда, — сказало море.
— И ты всегда была во мне.
— Всегда.
— Тогда зачем я так долго текла?
— Чтобы узнать то, что ты всегда знала.
________________________________________

Река вошла в море.
Не в тот день. Через неделю. Или год. Или тысячу лет. У воды нет времени, есть только течение.
Она вошла медленно, постепенно, соли растворяясь в соли, вода сливаясь с водой, берег уходя за горизонт.
В последний момент, когда граница между рекой и морем стала совсем тонкой, прозрачной, почти воображаемой, река обернулась назад.
Она увидела свой исток — маленькую чёрную расщелину в скале, где родилась первая капля. Она увидела свои притоки — ручьи и речушки, которые несла в себе, уже не различая, где её вода, а где их. Она увидела города, которые поила, поля, которые орошала, детей, которые пускали по ней кораблики.
— Это я? — спросила она.
— Это ты, — сказало море.
— И это тоже?
— И это.
— И вон то облако, которое поднимается над горизонтом?
— Оно тоже когда-то было тобой. И станет тобой снова, когда прольётся дождём.
Река замолчала.
Потом она сказала то, чего никогда не говорила раньше:
— Я есть.
И это было не утверждение.
Это было событие.
________________________________________

Река стала морем.
Это не значит, что она перестала быть рекой. Она текла по-прежнему — в глубинах, под поверхностью, там, где глаз не различает пресное и солёное. Она несла свои воды к другим берегам, к другим морям, к другим океанам.
Но теперь она знала.
Знание не было мыслью. Оно не помещалось в слова и не требовало доказательств. Оно было таким же естественным, как течение, — просто способ воды быть собой.
Иногда, просыпаясь в устьях больших рек, она вспоминала тот день на границе. Вспоминала страх, нерешительность, долгое молчание. И удивлялась: как можно бояться стать тем, кем уже являешься?
Но ответа не искала.
Она текла.
________________________________________

Прошло время. Сколько — река не знала. В море время измеряется не годами, а приливами.
Однажды утром солнце нагрело поверхность, и тонкая плёнка воды отделилась от моря, поднялась в небо и стала облаком.
В облаке всё ещё жила память реки.
Она помнила холодный исток в скале. Помнила встречу с озером, где впервые увидела своё течение. Помнила страх перед морем и узнавание, которое пришло после.
Ветер нёс облако над землёй.
— Куда мы летим? — спросили капли.
— Туда, где нас ждут, — сказало облако.
Они летели над горами, над лесами, над городами. И там, где они пролетали, на землю падала тень — лёгкая, быстрая, почти незаметная.
А потом облако поднялось выше, встретило холодный воздух, сгустилось — и пролилось дождём.
Капли падали на землю, впитывались в почву, просачивались сквозь песок, находили трещины в камнях.
Одна капля упала точно в расщелину, откуда тысячи лет назад вышла первая вода.
— Я вернулась, — сказала капля.
— Я знаю, — сказал камень. — Я ждал.
И капля потекла вниз, навстречу другим каплям, навстречу ручью, навстречу реке, навстречу морю.
Круговорот завершился.
Но это не был круг. Это была спираль.
Капля несла в себе память о море. И когда она снова станет рекой, она будет течь иначе. Не быстрее и не медленнее. А со- знанием.
Знанием того, куда течёт.
И того, что течение — это и есть дом.
________________________________________

Рыбак сидел на берегу и смотрел на воду.
Он не ловил рыбу. Он просто сидел — с удочкой, закинутой в воду, с поплавком, который давно унесло течением, с мыслями, которые текли так же медленно, как река.
— Ты чего здесь сидишь? — спросил мальчик, проходивший мимо с велосипедом.
— Думаю, — сказал рыбак.
— О чём?
— О воде.
Мальчик посмотрел на реку.
— А что о ней думать? Она течёт и течёт. Всё время одно и то же.
— Нет, — сказал рыбак. — Она не одно и то же. Каждое утро она новая. Вчерашняя вода уже в море. Сегодняшняя только что вышла из облаков.
— И что?
— А то, что мы тоже. Каждое утро новые. Просто не замечаем.
Мальчик подумал.
— А как заметить?
Рыбак улыбнулся.
— Спроси себя: кто смотрит на воду? Не глаза, не голова, не мысли. А тот, кто за всем этим.
— И кто же?
— Не знаю, — сказал рыбак. — Но когда я сюда прихожу и смотрю на реку, мне кажется, что я становлюсь ближе к ответу.
Он помолчал.
— Или дальше от вопроса.
Мальчик сел рядом, свесил ноги с мостков.
— Я тоже посижу, — сказал он.
— Сиди.
Они сидели и смотрели на воду.
Вода текла.
Вода помнила всё.
Вода не знала, что она помнит, — знание жило в ней самой, в каждой капле, в каждом течении, в каждом приливе и отливе.
Река текла к морю. Море дышало рекой.
Круговорот продолжался.
А осознавание — оставалось.