Снайпер Пилюшин И. И. Глава. 5 Публицистика

Глава. 5                Зина Строева.


Не рассуждай, не хлопочи! …
Безумство ищет, глупость сидит:
Дневные раны сном лечи,
А завтра быть чему, то будет.

Живя, умей всё пережить:
Печаль, и радость, и тревогу.
Чего желать? О чём тужить?
День пережит - и слава богу!

Фёдор Иванович Тютчев (1803–1873 годы) — выдающийся русский поэт, дипломат и публицист.

Автор более 400 стихотворений.


— Да это же наша Зина Строева, вот так славная девка, ай да молодец! воскликнул дядя Вася и вновь открыл стрельбу из своего «максима».

Так впервые я узнал о девушке-снайпере Зине Строевой, ставшей потом одним из самых близких моих друзей по фронту» (Пилюшин И.И., У стен Ленинграда, первое издание, М.: Воениздат, 1958 г.).

«Песню сменила лихая русская пляска. Как бы нехотя, лениво вышел сибиряк Алеша Ульянов. Прядь волос упала на загорелый лоб, взмахом головы он отбросил ее назад и прямо с места начал быструю-быструю дробь.

Пляска Ульянова заразительна — бойцы начали притопывать ногами. Из толпы выбежала в круг Зина Строева. Ее маскировочная куртка порвана и обожжена, но голова аккуратно повязана чистым цветным платочком.

Красивое русское лицо Строевой, покрытое летним загаром, пылает румянцем, большие голубые глаза задорно смотрят на нас. Пряди пышных русых волос рассыпались по плечам. Тонкая девичья талия туго перетянута ремнем.

До чего же она хороша в эту минуту! Как мила ее открытая мальчишеская улыбка! А как она пляшет! Натренированные ноги то уверенно выбивают дробь, то красиво и легко, лишь носками касаясь земли, двигаются по сырому земляному полу.

Многие солдаты и командиры заглядывались на Зину, да где там — она и слушать их не хотела. Такая строгость в поведении девушки в условиях фронта казалась многим странной и удивительной.

«Да ты, дорогой товарищ, не торопись объясняться в любви, — обрезала обычно Строева незадачливого поклонника, — а докажи в бою, какой ты герой».

Скажет это спокойно, да еще такие состроит глазки, что слова не скажешь, словно язык к зубам пристынет.

«Вот оно, нехитрое солдатское веселье между двумя смертями», — думал я, глядя на Зину, на пляшущих товарищей.
Вся жизнь Строевой, о которой как-то вкратце она рассказала сама, в этот миг припомнилась мне.

Отец Зины Василий Александрович и мать Мария Сергеевна погибли в 1922 году во время крушения поезда. Двухлетнюю девочку взяла на воспитание ее тетка, у которой она прожила до восьми лет.

В 1928 году тетя умерла. Осиротевшая Зина была принята в детский дом. Успешно закончив среднюю школу, она поступила в Педагогический институт имени Герцена в Ленинграде.

И вот воспитанница детского дома, студентка четвертого курса института комсомолка Зинаида Строева стоит у стола комиссара районного военкомата с заявлением в руке. Она просит принять ее в ряды Красной Армии.

На все доводы комиссара, уговаривающего Зину взять обратно заявление, Строева твердо отвечает: «Я снайпер, вот документ. Я не могу стоять в стороне».

Её просьба в конце концов была удовлетворена. Впервые в бой Зина вступила в районе станции Волосово в составе нашего батальона. Вместе с нами безропотно несла она все тяготы фронтовой жизни.

Строева хорошо овладела тактическими приёмами снайпера. Она отличилась и в сегодняшнем бою: это Зина метким выстрелом сразила танкиста» (Пилюшин И.И., У стен Ленинграда, первое издание, М.: Воениздат, 1958 г., там же).

Однажды в подразделении Пилюшина И.И. произошёл случай, который омрачил обстановку среди бойцов. В окопах стали появляться немецкие листовки, призывающие сдаваться воинов плен. Явно появился среди своих предатель.

Убив ночью на посту снайпера Ульянова, он пытался через нейтралку уйти к немцам. Но бдительна Зина Строева его уложила из своей винтовки.

Фашисты пытались его вытащить под прикрытием миномётного и пулемётного обстрела, но бойцы подразделения де позволили этого. 

Краткая справка по потерям РККА и сдачи в немецкий плен в годы войны.

По разным данным, в немецком плену за годы войны побывало от 4 500 000 до 5 200 000 красноармейцев. Среди них было немало тех, кто сознательно переходил на сторону противника.

Причём случаи перебежек фиксировались даже тогда, когда победа СССР была уже очевидна. Пути разные – плен один. Согласно советским архивным документам, из германского плена вернулось 1 836 562 человека.

После прохождения фильтра органов госбезопасности около миллиона из них продолжили военную службу, около  600 000 были отправлены в качестве рабочих на промышленные предприятия, оставшиеся почти 300 000 человек, как скомпрометировавшие себя в плену, угодили в лагеря.

Среди последних и были преимущественно перебежчики. Самые большие потери пленными в Красной Армии были в первый год войны, когда крупные воинские формирования оказывались запертыми в котлах.

Так, в Минский котёл (август 1941 год) попало около 323 000 человек, в Смоленский (август 1941 год) –около 348 000, в Киевский (сентябрь 1941 год) –  около 665 000, Вяземский (октябрь 1941 год) – около 662 000, Харьковский (май 1942 год) –  около 207 000 бойцов РККА.

В подавляющем большинстве в плен солдаты попадали против своей воли: закончились боеприпасы, военнослужащий оказывался раненым и обессиленным, кого-то безысходность ситуации вынуждала прекратить сопротивление.

Многие впоследствии погибли в нацистских лагерях от голода, болезней, ран или при попытках к бегству.

Продолжение следует …