Завтра

— Как дела?
— Хуже, чем вчера, но лучше, чем будет завтра!
Коридор убегающей жизни, где вместо стен на меня смотрят искривленные зеркала.
И год за годом мелькают многоцветные листопады, и в лицо бросает снег очередной январь, и солнце молодости утонуло в море необратимости, и твои остывающие губы в темноте на ощупь, и я не помню лиц, и голосов, и времени, и чисел, и цифр, и дат, и усталое небо над моей головой, и безымянные тела под непросевшими черными насыпями, и крик отчаянья, застрявший в горле, и я, находящийся во власти времени, и еще бьется пульс, и что я могу изменить, если я уже почти мертв.
Нерешительное завтра и непоправимо утонувшее в реке времени вчера, а между ними притаилось мое неуверенное сегодня, торопливое и сомнительное сейчас.
Вы про завтрашний день? Но он никому не дает правдивых обещаний. Пусть же он для меня не наступит никогда! Я хочу жить сегодня, здесь и сейчас! Мое сердце, мои мысли, мои чувства, мои желания не думают о будущем, у них есть только настоящее!
 
Прабхупада: «Завтра — это поддельный чек, сейчас и, пожалуйста, наличными».
 
Посреди необозримой безмерности затерялся почти невидимый кусочек вечности, отчаянно пытающийся удержать свое так и необнаруженное счастье, и это я.
Хрупкое тело, усеченное время, страхи, сомнения, препятствия, ограниченный участок пути, по которому я бегу к своей призрачной цели.
С каждым прожитым годом моя мечта всё дальше отдаляется от меня.
Когда? Завтра, завтра, завтра всегда впереди, на полшага, на один день, на один выдох и вдох.
А может быть, мне проще сказать тебе— не сегодня, возможно, следующим летом.
 
«Шримад-Бхагаватам», книга 10, часть 2, глава 40
Попутанные понятиями «я» и «мое», бесчисленные души, как волы на привязи, вращают неумолимое колесо времени.
Как и все прельщенные Твоей внешней природою, я полагаю истинно существующими мое тело, жену, родичей, слуг и тщетно силюсь найти в этих сновидениях свое прибежище.
Спутав вечное с временным, свою плоть с самим собою, предметы желаний с источником счастья, я увяз в двойственности мира, не ведая, что Ты — подлинная цель моя и предмет любви, я всю жизнь до сего мига вожделел к лживым образам.
Как неискушенный путник не замечает в зарослях осоки спасительного водоема, так и я не видел Тебя, сокрытого соблазнительными образами великой лжи.
Неспособный обуздать страсти ума, я пал жертвою чувственных соблазнов и поверг себя в пучину тревог и страданий.
И хотя нечестивцу закрыты врата в Твое царство, я дерзаю припасть к Твоим стопам и молить о снисхождении.
 
Восторженный друг мой, у тебя очень много идей, стратегических планов, тактических замыслов, арьергардных проектов и трансгрессивных схем, но очень мало времени на их реализацию и осуществление, не рассчитывай на то, что каждый день тебе будет предоставлено завтра.
Ты живешь, дышишь, поешь, чувствуешь, мечтаешь и смеешься, влюбляешься, строишь решительные перспективы на будущее и рассчитываешь на то, что тебе непременно, безотлагательно повезет.
Но время никого не ждет, никого не щадит, никому не делает исключений, скидок и привилегий, негромкое тиканье часов твоей жизни, каждое прожитое мгновение оставляет невидимую отметину на твоем лице.
Такой маленький, смешной, самовлюбленный, самоуверенный человечек с большим самомнением, требующий для себя незамедлительного и безотлагательного счастья.
Неожиданно меняются правила игры, тебе сообщают о том, что у тебя смертельная болезнь и ты, по той или иной причине, умираешь, сердце твое замерзает и цепенеет, все жизненные проблемы становятся несерьезной мелочью, и личное время твое останавливается, но необузданные стрелки часов продолжают бежать по кругу, беспощадно вырывая из твоей жизни оставшиеся дни и ночи.
Всё сдвигается с привычных мест, и твой крепкий, стабильный, уверенный, неодолимый мир внезапно становится сомнительным, неустойчивым и ненадежным, словно соломенный домик с бумажной крышей под осенним проливным дождем.
Да, время лечит, но исход у этого лечения всегда летальный, ты уже готов к смерти?
Не рассчитывай на эти картонные и пластилиновые точки опоры, которыми ты так блистательно укрепился и обложился, дальше ты пойдешь уже один.
 
«Шримад-Бхагаватам», книга 1, глава 5
Нарада говорит Вьясе: «Не к сиюминутным вещам ты должен был направить взор человека, не к преходящим удовольствиям, но к вечному счастью, и не к свободе должен привести поиск счастья, но к любви.
Свобода от обмана, осознание своей подлинной вечной природы — не самоцель; верно распорядиться свободою, знанием о своей истинной сущности — вот чему ты должен научить людей.
Не беда, если человек, отказавшись от ложных целей ради поиска Красоты, так и не достиг желанного; всё одно это лучше, чем преуспеть на поприще тщеславия, власти и чувственных удовольствий.
Поиск Бесконечного — бесконечен!
Разумен тот, кто не ищет счастье среди преходящих вещей в зримом мире; ни в высших его областях, ни в низших не сыскать того, чего жаждет наше сердце, а плотские удовольствия искать не обязательно, они сами тебя найдут непрошено, впрочем, как и страдания.
Ищущий спасение в Красоте навеки связал себя с Нею незримою нитью; раб Прекрасного, даже если в минуту слабости потерял веру в своего Господина, никогда уже не будет чувствовать себя уютно в мире тщеславия и обмана, ибо испивший однажды сладкий хмель служения Красоте во всем прочем будет чувствовать ядовитую горечь».