Электронная газета

Любовь и дружба — взаимное эхо:
они дают столько, сколько берут.

Александр Иванович Герцен – русский писатель, философ.




- Кто мне это написал? – спросил Глухов у своего товарища по группе из техникума.

- Эээ… Понятие не имею. Наверное, это Гордеева, а может быть и Галкина. – ответил ему Шолохов, но осёкся и краем глаза посмотрел в конец длинного коридора колледжа.

Глухов обратил внимание на это и посмотрел в ту же сторону, однако силуэт человека не разглядел. Определённо это был некто из его группы.

- Понятно. - Глухов выхватил сердечко из тонкого картона из руки друга. Прочитал надпись криво-косо написанную и продолжил разговор куда жёстче и холодно. – Скажи этой девке, кем бы она не была, чтобы больше мне не дарила этих глупостей и не лезла в мои дела.

- Почему? - слегка опешив, спросил Шолохов.

- А потому, что мне не нужна девушка. Я не хочу менять свободу на гипотетическое счастье и абсолютно бессмысленные отношения, даже со своими ровесницами. Видеть её не хочу и этот подарок тоже. Чей бы он ни был, я его не приму!

Он вышел из здания и выбросил сердечко в автоматическую урну, которая вмиг переработала подобно дробильной машине картонку в мелкие кусочки.

Из угла выглянула девушка с персикового цвета волосами. Жестом подозвала в кабинет Шолохова.

- Он согласен? – улыбнулась ему Галкина глядя на него горящими глазами.

- Нет, Дима ответил отказом. – развел руками и выразил сожаление, однако в душе он торжествовал, что высказал своей одногруппнице правду.

Она в миг зарыдала и протянула к нему руки и хотела сделать шаг на встречу ему,

но Глухов вычислил её намерения и ударил её по рукам.

- Не думай со мной обниматься, Даша. – ответил он её таким же тоном, как и говорил Глухов про подарок. Далее он откровенно солгал. -  У меня уже есть девушка. Будь добра и ко мне не лезть. Всего хорошего Даша, до завтра.

Он взял свой портфель чёрного цвета как смола и ушёл вслед за старостой группы.
 
Даша стояла, прижавшись к стене, и слёзы катились по её щекам как смола по поленьям. Она никак не могла понять, почему её чувства снова остались незамеченными. Почему в мире, где любовь должна была царить повсюду, люди стали такими чёрствыми и равнодушными?

В коридоре постепенно становилось тише. Лекции закончились, и студенты спешили на выход. Никто не обращал внимания на одинокую фигуру у стены. Для всех это было обычным зрелищем — ещё одна отвергнутая влюблённость, ещё одна разбитая надежда.

Но Даша не собиралась сдаваться. Она знала, что где-то там, за этой серой пеленой безразличия, всё ещё существует настоящая любовь. Просто нужно найти тех немногих, кто ещё верит в неё.

Вечером, сидя у окна своей комнаты, она начала писать. Писать о своих чувствах, о своей боли, о своей надежде. Её слова лились на документ в компьютере, словно река, прорвавшая плотину. Она писала для тех, кто ещё способен слышать, для тех, кто не потерял веру в любовь.

На следующий день в школьной электронной газете появилась небольшая колонка под заголовком «В защиту любви». Даша не подписалась своим именем, но каждый, кто знал её, понял, кто стоит за этими строками.
«Может быть, мы действительно живём в эпоху, когда любовь стала редкостью. Но разве это повод отказываться от неё совсем? Разве не стоит бороться за то, что делает нас людьми?»

Глухов прочитал эту колонку и нахмурился, с мыслями “Опять эта Галкина глупости пишет! Опозорить меня вознамерилась! Надо донести на неё ректору!” и удалился. А Шолохов, при виде записи напротив, улыбнулся. Он осознал, что, возможно, уже всё для Даши потеряно, и где-то там, за поворотом, не его, ни Глухова и никого иного более не ждёт настоящая любовь, которую они не готовы принять, ни за какие деньги, ни за какие добрые слова.

И хотя большинство учеников лишь посмеялись над этой колонкой, называя её наивной и глупой, несколько человек задумались над ней, однако, вскоре отбросили эти глупые мысли о романтике и ушли по своим делам дальше.

После лекций Галкину вызвали к суровому и придирчивому ректору, дедушке лет 65, который ненавидел свою работу, однако не имел желания уходить с поста в силу определённых причин.

Проведя долгую разъяснительную беседу, он вынес первое и последнее предупреждение студентке третьего курса и преподал ей жёсткий урок о нетерпимости любви Глухова по отношению к девушкам.

Пламя любви Даши, без того угасавшее с годами медленно, в тот день погасло навсегда.




С каждым новым годом XXI века всё больше и больше молодых людей начали отказываться от романтики и отношений. Ушли в прошлое понятия “взаимные” и “пылкие чувства”. Практически так же, как ламповые радиоприёмники в начале 21 столетия, их сменили бездушные интернет- и цифровые радиоприёмники, банально, потому как ламповая техника устарела и сложна в ремонте.

Поэтому, считаю высказывание Александра Герцена, написанным в предисловии к данному рассказу, не совсем правдивым и отнюдь не отвечающим современным реалиям.

Поскольку дружба может строиться на невыгодных условиях как для одного человека, так и для другого, и что ещё хуже для обоих и повлечь в недалёком будущем вражду.

А если расценивать любовь как некое эхо, отражаемое от воображаемой стены, то возможно, что в лучшем случае – само эхо будет гулким (невзаимная любовь), а в худшем случае, эха и вовсе не будет (безответная любовь), как в вакууме или безэховой камере.

По итогу: данный афоризм Александра Герцена нам транслирует устаревшие видение на любовь и дружбу, как некогда взаимных и дающих зеркальный эффект чувства выгодных взаимоотношений между мужчиной и женщиной, так и людей одного пола.