1. Своим чередом...

Немного неловко чувствуя себя в непривычной роли рассказчика, я все-таки не смалодушничал. Глубоко вздохнул однажды и сел писать очередные страницы истории нашей семьи.

Может, потому рискнул, что имею длительный опыт работы психологом. Не то, чтобы я хотел перед вами похвастаться, но своей работой удовлетворён.

И, так уж, на всякий случай скажу, может, пригодится.

Никогда не обещаю, что пара занятий и все пройдёт, радость жизни вернётся, а печали уйдут далеко и надолго.

Потому что предпочитаю докопаться до сути проблемы. О которой мой пациент, вполне возможно, и не подозревает.

Она прячется в таких глубинах психики, что трудно достать. Так что вместе с ним ищем.

Я никогда не даю советов. Потому что человек приходит ко мне научиться отвечать за себя. Хотя, возможно, и не подозревает этого. Вот и двигаемся по этому пути. Я впереди, пациент за мной...

Засмеялся ассоциации на последнюю фразу. " Ангел мой, иди со мной. Ты — впереди, я за тобой"... Молитва есть такая. То-то. Хороший психолог в иной жизненной ситуации херувиму подобен...

Но должен признаться и в издержках. Мне очень трудно, почти невыносимо работать с близкими людьми. Хотя мы с женой Аллой аккурат во время её лечения полюбили друг друга.

Дочкам, Анне и Валерии, тоже не всегда получается помочь. В смысле выбраться из стресса. Люблю обеих очень. Хотя они мне не родня по крови. В отличие от Аллы. Но и той только Анька кровная.

Однако ни она, ни я своей жизни и без Валерии не мыслим. Столько всего было вместе пережито. И весь путь пройден. От неприязни до любви...

А сейчас душа просто разрывается. Испытание за испытанием у бедняжки...

Вышла замуж, уехала с мужем в Китай. Потом выстрадала развод, отъем бизнеса, тюрьму, трудное возвращение в Россию. И оказался в тот момент хороший вроде мужик рядом, и явно влюблённый. Он и выручил её из шанхайской неволи.

Но она вернулась к китайскому мужу. И опять наступила на грабли. Хорошо, что недолго металась. Все-таки приехала домой. Но с Вадимом больше не встречалась. То ли сама не захотела, то ли он заартачился. Парень с большим самолюбием. Может, не простил ей метаний.

Недавно похоронила родную мать, которая в детстве ей теткой представлялась. А потом любимая бабушка тяжело заболела. И укатила наша Лера ухаживать за болящей Эллой аж в Израиль.

К счастью, дело вроде на поправку пошло. Но возвращаться в Россию ни та, ни другая не хотят. Элла привыкла тусоваться. Она — богема. Ну, или творческая интеллигенция, если вам тот термин не нравится. Картины пишет...

Валерия, нет. Она человек реальный. Знает английский, как русский. А китайский, как английский. Работает везде, где можно. И на чужбине. Вроде теперь иврит учит.

— Хочу, говорит, — выйти замуж за седого еврея. — Смеётся, понятно...

Ох, уж это извечное девичье желание. Но ни она, ни Аня пока и близко не невесты. Ну, вот не берет никто. Как будто обет безбрачия. Нет, Анька ещё молодая, а Лерке пора...

Да. Я совсем не современный папаша. Хочу девчонкам личного счастья. Они обычно смеются. Мол, очень даже счастливы. Но я же вижу. Тоскуют.

Ане легче. У неё дочка. Вернее, у нас у всех. Полина — счастье. Безмерное. И у каждого члена семьи свои с ней отношения. Алла, к примеру, наряжает, кормит пирожками и поит киселем. Малышка любит.

Аня учит с ней стихи и поёт песни. Иногда вместе мультики смотрят. Дети...

А дед, то есть я, развивает барышню. Сказки читает, беседы ведет. Про природу и про погоду.

И, скажу вам честно, у нас все хорошо. Несмотря на всякие мелкие неприятности. У кого без них обходится?

Одно беспокоит. Недавно у Аньки завёлся ухажер. Она его от нас прячет. Но себя-то никуда деть не может. А мы с Аллой видим. Ребёнок наш несчастен...