Приоткрытая завеса тайны

Глава 4, романа Отыгрывание прошлого

Часть II, Приоткрытая завеса тайны

На горизонте, в лесной глуши у зеркальной глади озера, вырисовывался силуэт здания — будто призрак из будущего. Холодные металлические грани и россыпь стеклянных панелей создавали странный контраст с окружающей природой: казалось, это не строение, а кристаллическое образование, выросшее из земли. Штурман вертолёта предупредил: перед посадкой положено совершить круг почёта — традиция, чьё происхождение никто не мог объяснить.

Когда машина зависла над площадкой, пассажиры невольно прильнули к окнам. В сгущающихся сумерках здание оживало: сиреневая подсветка пульсировала, словно дыхание, вытягиваясь по фасаду тонкими световыми нитями. Место манило и настораживало одновременно — ни намёка на привычную роскошь, лишь холодная геометрия и тишина, нарушаемая лишь шелестом леса. Что-то в этой архитектуре заставляло сердце биться чаще — будто за стеклянными стенами скрывалась тайна, которую нельзя было разглядеть с первого взгляда.

«Какое холодное сооружение, — слишком много металла и зеркальных стёкол», — мысленно отметил Карло.

Все вместе направились ко входу. В этот момент вертолёт взмыл вверх, что насторожило гостей: гул лопастей резко оборвался, и на смену ему пришла почти звенящая тишина.

У дверей их встретил приветливый мужчина средних лет с седоватыми волосами — видно, не впервые принимавший гостей этого дома. Его движения были размеренными, выверенными, словно он годами отрабатывал этот ритуал.

— Проходите, пожалуйста. Располагайтесь, — произнёс он с мягким иностранным акцентом и доброжелательной улыбкой, распахивая массивную стеклянную дверь.

Гости переступили порог — и сразу ощутили контраст: снаружи ещё держалось тепло угасающего дня, а внутри царила прохладная, почти стерильная свежесть. Пространство открылось перед ними во всей своей лаконичной величественности: высокие потолки, минимум мебели, стены из полированного камня и стекла. Свет лился откуда;то сверху — неяркий, рассеянный, будто пропущенный сквозь тонкий слой облаков.

Они замерли на пороге, невольно задерживая дыхание. Ни шума техники, ни отдалённых голосов, ни даже тиканья часов — лишь приглушённый шелест листьев за окнами да редкий свист ветра, пробивающегося сквозь невидимые щели в идеальной оболочке здания. Эта тишина не была пустой — она словно наполняла пространство невысказанными смыслами, заставляя каждого прислушаться к собственному сердцебиению.

— Сейчас к вам присоединятся. Можете воспользоваться любыми помещениями. Скоро начнут подавать ужин: хозяйка уже распорядилась, всё подготовлено, — с особой заботой добавил мужчина. — А пока — осмотритесь. Здесь есть на что посмотреть.

Дом выглядел функционально, но был начисто лишён уюта: ни единого предмета декора, ни намёка на жилой интерьер. Всё — линии, поверхности, углы — подчинялось строгой геометрии, создавая ощущение стерильной безупречности. И потому особенно поразительным казался контраст, открывшийся им на просторной кухне.

В центре помещения, подобно острову жизни посреди ледяного царства, раскинулся длинный кухонный остров. На его гладкой поверхности буйствовала настоящая палитра красок: пышная зелень укропа и петрушки, словно только что сорванная с грядки; яркие гроздья черри, переливающиеся всеми оттенками красного и жёлтого; пучки сочного базилика и рукколы, будто готовые вот;вот зашелестеть от лёгкого дуновения. Рядом — корзинки с фруктами, чьи сочные бока ловили свет и отражали его тёплыми бликами; французские батоны с золотистой корочкой, аккуратно уложенные в плетёные корзины; сыры разных форм и текстур, выстроенные в изысканную композицию. В графинах искрился апельсиновый фреш, а рядом стояли вазы с ягодами, будто рассыпанные драгоценными камнями.

Этот островок изобилия и природной щедрости словно восставал против холодной безупречности интерьера. Он притягивал взгляды, будил чувства, заставлял забыть на мгновение о строгой тишине и отстранённости пространства. От ароматов у всех невольно сработал рефлекс Павлова: в горле пересохло, а в животе тихо заурчало.

А чуть поодаль, в столовой зоне, ждал ещё один сюрприз: обеденный стол, украшенный свежими цветами, был сервирован с почти нереальной изысканностью. Фарфор с тонким узором, хрусталь бокалов, отблескивающий в рассеянном свете, столовое серебро — всё выглядело так, словно сошло с рекламной картинки. Но в отличие от стерильного минимализма остального дома, здесь чувствовалась рука человека: кто;то потратил время, чтобы превратить обычный ужин в маленькое торжество.

— Давайте представимся. Я — Макарий, — начал он, слегка касаясь плеча каждого, будто скрепляя их общим делом. — Это Каспер, мой сын. Это Флеш. — Он сделал короткую паузу перед следующим именем, словно подчёркивая значимость. — А это Карло, наш замечательный друг, архитектор. Впрочем, не думаю, что это сооружение — его работа. Не в его вкусе, — усмехнулся Макарий, бросив взгляд на гладкие, безжизненные поверхности.

Карло лишь приподнял бровь, скользнув взглядом по геометрическим линиям интерьера:
— Слишком безупречно. Нет души.

— С нами также представитель по сделкам, наш юрист…

Завершив представление, Макарий повернулся к управляющему:
— А вы?

— Я присматриваю за этим домом. Здесь очень много электроники — это умный дом. Нужно, чтобы всё работало как часы. Меня зовут Стефан, — с лёгким акцентом ответил мужчина. Его движения оставались размеренными, почти механическими. — Встречаю деловых людей… и не только их.

На мгновение повисла пауза. Ветер за окном прошелестел сильнее, будто вторя невысказанному.

— «Не только их»? — переспросил Флеш, невольно подавшись вперёд.

Стефан едва заметно улыбнулся — так, что стало непонятно: то ли он пошутил, то ли намеренно оставил зацепку.
— Скажем так: этот дом видел разных гостей. И разные переговоры.

Макарий переглянулся с Карло. Оба уловили намёк — здесь происходило больше, чем казалось на первый взгляд.

— Что ж, — произнёс Макарий, возвращая разговор в деловое русло, — будем надеяться, сегодняшние переговоры окажутся… запоминающимися.

— А почему вертолёт улетел? — настороженно спросил юрист.

— Он не улетел. Сейчас вернётся с Марго: она неподалёку, в своём доме в километре отсюда. Вы прибыли раньше срока — она не успела. Будет через пять минут. Рассаживайтесь, выпейте что-нибудь, — пояснил Стефан.

Вдали раздался гул вертолёта. Все невольно напряглись. Через большие окна было видно, как машина сделала два почётных круга и пошла на посадку.

В мыслях мелькали: «А вдруг?..», «Да не может быть…», «Неужели это она, сама Марго?..»

Карло ещё при подлёте заподозрил некие совпадения. Та самая девушка, что встречала их в аэропорту на частном самолёте из курортного городка, — её манера говорить, жесты, даже пауза перед улыбкой — всё это будило смутные ассоциации. Он единственный из них поддерживал связь с Марго до ее ухода, ведь ее уже нет. Видимо, существовала тайна, о которой он не знал.

Понимая, что ведётся какая;то игра, он чувствовал беспокойство — хотя сам был игроком, привык просчитывать ходы. Но здесь правила оставались скрыты. «Это не просто дело. Это личное. Но не с Марго?..» — мысль оборвалась, потому что двери в холл медленно раскрылись.

У входа наконец появилась она. Все разом устремили взгляды к двери. И не ошиблись: их чутье никогда не подводило — по крайней мере, до того, как они сели в вертолёт.

Марго плавно переступила порог дома. С широкой улыбкой и тёплым взглядом она посмотрела на мужчин — взглядом, до боли знакомым им со студенческих лет. Они замерли, уловив именно тот взгляд из прошлого, который когда-то любили всем сердцем.

— Боже мой, Марго! Это ты? Да, это точно ты! — разом воскликнули её давние друзья. И вправду, перепутать её с сестрой Эмилией было невозможно: другая энергия, другая аура. Между ними всё-таки существовала явная разница.

— Ты жива… Я чувствовал, но не понимал… — произнёс Флеш, и на его лице отразилось изумление.

— Вот ты фокус устроила! Я так переживал, когда о тебе сообщили, что… — Карло не договорил: у него перехватило дыхание.

— Добрый вечер, — сдержанно произнёс Каспер, словно ничего особенного не произошло.

— Что вы имеете в виду? — пробормотал юрист, явно не в курсе истории.

— Я так рада вас всех видеть. Простите, не могла раньше с вами связаться. Мне нужно было время — набиралась сил, занималась некоторыми делами, — задумчиво, но с приподнятым настроением сказала Марго. Затем продолжила: — Когда я рассматривала предложения инвесторов для проекта, мне на глаза попались до боли знакомые фамилии. Это было словно знак свыше. Я сразу поняла: связь неразрывна. Хоть мы и не виделись столько лет… Вы же не возражаете?

— Не знаю, не знаю… Дайте подумать, — потёр руки Флеш, задумчиво глядя перед собой. — Давайте всё по порядку.

Юрист поправил очки и, слегка приподняв подбородок, спросил:
— Получается, вся эта земля принадлежит вам, Марго? Простите, не представился: я юрист. Мы здесь по делу, если я не ошибаюсь?

— Да, эти земли теперь мои. История давняя, но она напомнила о себе спустя тридцать лет. Всё случилось неожиданно — мне пришлось исчезнуть. Простите за этот фокус, у меня не было выбора.

Она повернулась к Карло, обняла его за плечи и с тёплой, сияющей улыбкой добавила:
— Милый друг, я так благодарна тебе за заботу о девчонках, за помощь с наследством.

— Не понимаю, к чему всё это? Почему именно так? — нахмурился Макарий.

— Сейчас всё объясню. Пожалуйста, садитесь, — пригласила Марго, указывая на стол.

Мужчины расселись. В воздухе повисло множество вопросов, но по лицу Марго было ясно: она готова приоткрыть завесу тайны. Весь её облик говорил о том, что сегодня она хочет сбросить груз долгих лет молчания. Она сияла — словно свет свободной, счастливой женщины, напомнив им ту самую девушку из студенческих лет, с которой они были неразлучны.

Для них она осталась всё той же дерзкой, полной неожиданных идей. Её предложения когда-то шокировали, но притягивали; её замыслы будоражили воображение. Возможно, именно она подтолкнула их к первым большим проектам, научила рисковать и не бояться безумных решений. И красота её почти не изменилась.

Все мужчины чувствовали сильный голод. Марго ловко наполняла их тарелки, двигаясь с такой нежной теплотой, будто всю жизнь мечтала об этом моменте — но не имела возможности порадовать давних друзей.

В воздухе разливались ароматы: пряности и приправы переплетались с запахом свежеиспечённого хлеба, сливочного масла и горячих блюд, доносившихся из духового шкафа. Всё казалось по-домашнему уютным.

Наконец напряжение немного спало. Мужчины откинулись на высокие спинки мягких полукресел. Мысли начали складываться в единую картину, но ключевых деталей всё ещё не хватало.

— Интересно, интересно, что это за здание, в котором мы сейчас находимся? — нетерпеливо спросил Флеш, явно желая поскорее узнать всю историю.

Марго понимала их нетерпение, но ей было нелегко выложить всё сразу. Требовалась последовательность — важно было решить, с чего начать и как выстроить рассказ. Она глубоко вдохнула, обвела взглядом присутствующих и заговорила:

— Это дом моего второго мужа. Он недавно ушёл из жизни — скончался от старости, ему было 95 лет. Такова была его последняя воля. Я вступила с ним в брак незадолго до этого. Вы его не знали — да и я, по сути, не знала. Так мне досталось это хозяйство — и его дочери.

— Его дочери? Как так? — удивился Карло.

— Всё это случилось очень давно. Тогда я фактически жила другой жизнью. Помните, как мы все сильно поссорились? После этого я уехала к отцу — на год, может, чуть дольше. Думала, что останусь там навсегда. Отец познакомил меня со своим другом — хотел, чтобы я вышла за него и осталась жить за границей.

Я была молода, горяча, легкомысленна. Влюбилась, забеременела… Но вскоре поняла: не смогу жить вдали от дома. Меня неудержимо тянуло обратно. Я взбунтовалась, попыталась уехать — но они, люди непростые, не отдали мне ребёнка. Сказали: «Можешь уехать, но без него».

Я вернулась. И тогда на меня обрушилось осознание того, что я натворила. Горевала, страдала… А потом поспешно вышла замуж — как говорится, клин клином. Родились близняшки. Я думала, это поможет всё забыть. — Марго выдохнула, сделала паузу и отпила белого вина.

— А где сейчас тот ребёнок? — спросил Карло, явно потрясённый услышанным.

— Со мной, конечно. Она рядом. Это она встретила вас в аэропорту, — с тёплой улыбкой ответила Марго.

— Так вот оно что! А я всё думал: откуда у неё повадки как у Николь? И шутки такие же… Значит, это у вас наследственное, — с облегчением произнёс Каспер.

— Не знаю, не знаю… Не забывайте: это дочери Боба. А у него характер — ого-го! Всё наше замужество я провела в затяжной… — она замолчала, словно не желая ворошить прошлое.

Все молча слушали. Каждый осознавал, сколь тяжела была её душевная ноша. Сколько испытаний способна вынести женщина? Наверное, для этого ей даются силы свыше.

Им даже в голову не приходило, что всё могло сложиться именно так. В памяти всплыла давняя ссора: не исключено, что именно из-за них Марго оказалась в такой ситуации. Возможно, они сами виноваты — своими действиями вынудили её пойти на этот шаг…

Теперь становилось понятно, откуда эта холодность, эта отстранённость. Жизнь закалила её, заставила закрыться. И всё это время её преследовало чувство вины — оттого она не могла дарить дочерям тепло, которого сама лишилась.

— Так как же с землёй-то, с территориями быть? Как оформлять их теперь будем? — спросил юрист, всё ещё не до конца понимая ситуацию.

— А вот что: на этих землях мы построим новый город, — с воодушевлением ответила Марго. — Собственно, так и планировал тот заграничный человек. Он признался, что виноват, покаялся за грехи — за то, что отнял у меня дочь. Сказал, что все эти годы любил меня. А дочь… она всё это время искала меня и тоже любила. — Слезы навернулись на глаза Марго, но она продолжила: — Когда я её увидела, во мне что-то изменилось. Словно лёд в груди растаял, и потеплело на душе. Когда она меня обняла, я почувствовала то, чего никогда не испытывала в объятиях моих близняшек. Вот она, сила любви…

Юрист встряхнулся от услышанного и снова задал вопрос:
— Получается, на этой земле вырастет настоящий город? Со школами, садами, магазинами, поликлиниками, домами?..

— Да подожди ты, не суетись, — остановил его Карло. — А что мне сказать девчонкам про тебя?

— Им ничего говорить не нужно. Они, наверное, даже рады, что меня нет уже рядом. Между нами никогда не было настоящей любви, а теперь они уже выросли, слава богу. Они мне не поверят — слишком много боли я им причинила. Пусть всё остаётся как есть.

Я скоро уеду с старшей дочерью за границу — там её друзья. Как только мы с вами подпишем все бумаги — если вы согласитесь, конечно. Вот так… — Она глубоко вздохнула и замолчала.

Все погрузились в раздумья. Постепенно в голове складывалась цельная картина, приходило некое просветление. Но что-то по-прежнему не отпускало — где-то глубоко внутри. Для них это было ново, непривычно. И всё же главное — что история, похоже, завершается благополучно…

— Не переживай, Марго, насчёт бизнеса мы поможем разобраться. Вряд ли тут возникнут сложности, — уверенно произнёс Флеш, стараясь разрядить обстановку.

Все посмотрели на Флеша, но без особой уверенности. Казалось, они ещё не готовы дать согласие — словно хотели, чтобы эта история навсегда осталась в прошлом. Сомнения не уходили: неужели всё это растянется ещё на несколько лет? Принимать решения в такой момент было непросто — требовалось время.

— Ну что вы, мы же одна команда! Что тут сложного? Справимся, — снова оживился Флеш.

— Пожалуй, стоит до утра подождать — тогда картина станет яснее. Сегодня и так слишком много новостей, — спокойно заметил Макарий.

— Согласен, — кивнул Карло, чувствуя, как его начинает клонить в сон.

— Конечно, не спешите. Я не хочу вас торопить. К тому же есть и другие желающие взяться за проект. Но с вами было бы лучше — вы понимаете, о чём я, — Марго взглянула на Каспера с надеждой в глазах.

Это было понятно: их семьи уже связались узами родства. Наследие должно работать на семью — иначе и быть не может. Будущие дети Николь и Каспера — продолжение рода. Марго чувствовала, что они близки, и это тоже влияло на её предложение.

— Мне пора. Располагайтесь здесь — всё необходимое есть. Вам понравится. Утром вы увидите этот мир при свете восходящего солнца и поймёте, насколько прекрасным можно сделать будущее для многих людей. Они ждут наших решений — вы понимаете, о чём я?

— И ещё: территория под охраной. Не беспокойтесь. Мой дом неподалёку. Даже звери боятся заходить на эти земли. Спокойной ночи, мои дорогие мальчишки, — мягко добавила Марго.

Иногда самые тяжёлые тайны — не те, что скрывают от нас другие, а те, что мы годами храним в себе. Марго молчала не из злобы и не из гордости — она боялась, что правда разорвёт её на части.

Но жизнь, как ни прячь, всегда находит путь к свету. И когда завеса наконец приподнимается, оказывается: мир не рушится от правды — он начинает дышать.

Так и с нами: мы судим о друзьях по обрывкам фраз, по давним обидам, по тому, как они не так улыбнулись или не то сказали. А за этим «не так» может стоять целая вселенная боли, любви и попыток выжить.

Не спешите с выводами. Дайте истории раскрыться до конца.


Содержание романа:

Отыгрывание прошлого.

Глава 1

Часть I    - Поезд, который увозит прошлое
Часть II   - Человеческий аппетит
Часть III  - Послевкусие
Часть IV   - Невидимые силы
Часть V    - Разговор с мартышками
Часть VI   - Человек загадка

Глава 2

Часть I    - Две крайности
Часть II   - Месть блюдо, которое подают холодным
Часть III  - Замечать синхроничность
Часть IV   - Глубокое пробуждение
Часть V    - Прошлые загадки
Часть VI   - Истенное сближение


Глава 3

Часть I    - Тени меж поколений
Часть II   - Игра на опережение
Часть III  - Перемирие и проблеск надежды
Часть IV   - Подлинная мера успеха
Часть V    - Волшебное соприкосновение с Парижем.
Часть VI   - Искусство не допустить столкновения
Часть VII  - Предвестие

Глава 4
 
Часть I    -  Ход за невидимым игроком
Часть II   -  Приоткрытая завеса тайны