Калаш

***

Когда-то простой в общении и надежный в беде товарищ, теперь Калаш сделался нелюдим, уехал из России, скитался там и сям, видел то и это – и решил наконец остановиться где-то в Египте, в районе Синайского полуострова, недалеко от Суэцкого канала. Он уже имел случай созерцать там гигантских размеров штык-нож к автомату Калашникова, который запросто мог быть вспороть брюхо залетной туче, – памятник, установленный, как он полагал, в его честь. Правда, по какой причине он установлен, в память о каком по счету Судном дне – он не знал, да и не особо интересовался этим; а может, когда-то знал, но забыл. Ведь был он уже не молод. Сорок седьмого года рождения, сейчас ему было далеко уже за семьдесят и всякий недуг, связанный с преклонным возрастом, Калаш чувствовал на собственной шкуре ровно в той мере, в какой чувствует их на себе любой другой пожилой и поживший на своем веку человек из плоти и крови и со стальными коронками в зубах.  Ведь, поди ж ты, не такой уж он всецело и автомат, как принято считать в кругу его почитателей, насчитывающих, по последним сведениям, не менее двухсот миллионов человек по всему миру. Да, он стоит на вооружения в 50-ти странах мира; красуется на флагах Республики Мозамбик и Зимбабве; но стоит ли оно того, вопрошал он в приступе какого-то горестного скептицизма. И пусть сегодня он валяет дурака вдали от дома, за несколько тысяч километров от родного ему Ижевска, прошедший через огонь, воду и газовые трубы вместе с людьми в камуфляже, он тем не менее не растерял в угаре сражений присущие ему человеческие качества, и до сих пор такие слова как «Вера», «Надежда», «Любовь» многое для него значили и грели ему в зимние египетские ночи то затворную раму сердца, то шепчущее о чем-то родном шептало автоспуска, то курок, то ударник, а в жаркие дни эти слова звали его вернуться назад, в Отчизну.
          Раньше он мог подолгу и пристально, как на мишени в тире, смотреть на вооруженных чем попало людей-камикадзе, людей-дикарей и людей-мин или на величественно-помпезных кровавых диктаторов-людоедов в тигровой шкуре; он всегда следил за тем, чтобы мушка его внутреннего зрения находилась точно посередине прорези прицела, а её вершина была на одном уровне с верхними краями прорези (так советуют профессиональные стрелки). Теперь же Калаш на всех людей и на все окружающие его вещи смотрел как будто с прищуром, подслеповато, то смущаюсь вида могущей вот-вот хлынуть из огнестрельной раны крови (хоть никакой крови могло и не быть), то отчего-то волнуясь при виде малолетних беспризорных детей, бросающих на него дико-восторженные африканские взоры, пылающие блуждающими огоньками ненависти, действующие на него обезоруживающе, детей, протягивающих к нему черные как смоль руки – не в надежде на подаяние, но с хищным желанием крепко схватить Калаша за приклад его бороды, вцепиться в пистолетную рукоятку причинного места, потянуться к магазину с патронами (и тем сильнее это желание – потянуться к магазину с патронами, – чем меньше в ареале обитания этих детишек магазинов с продуктами питания по бросовым ценам или пунктов бесплатной раздачи пищи), – схватить, вцепиться, потянуться, чтобы, в конце концов,  использовать его, Калаша, обезоруженного, как сказано, дикими африканскими взорами, в своих военных играх, навязанных им взрослыми, играх ни разу не потешных, к сожалению, ой ни разу, и часто чреватых чем-то более кровавым, чем обычная уличная потасовка.
         Еще будучи школьником, Калаш демонстрировал однокашникам и учителям хорошее владение арсеналом дипломатических средств для улаживания вспыхивающих на пустом месте школьных и дворовых конфликтов и собирался пойти по стопам лучших дипломатических работников Советского Союза. Но судьба – в лице инженера-конструктора, а поначалу – никому неизвестного командира танка – распорядилась по-другому. Сконструированный по образу и подобию человека в лихую для страны годину, а говоря по-простому – зачатый буквально на больничной койке под Брянском в горячее для Отечества время, он прошел сложную ментальную переплавку и физическую перековку в конструкторских бюро и заводских цехах СССР, попав в щепетильные руки знающих свое дело людей – и превратился в конце концов в стопроцентный автомат. Причем не в автомат по продаже газированной воды (до этого еще далеко) и не музыкальный автомат (до этого еще дальше), а в самый настоящий автомат, тот, из которого стреляют, превратился в огнестрельное оружие для поражения живой силы противника, оружие, коему не было и долго еще не будет равных. Опустим подробности того, как закалялась оружейная сталь и прочее в том же духе. Главное, что в результате кропотливой работы родился на свет герой нашего времени – Калаш. Ни для кого не секрет, что на земле насчитываются миллионы таких Калашей. Хочется верить, что не все они безнадежно устарели,  разочаровались в себе и в окружающем их мире, не все бранят на чем свет своего создателя, этого Конструктора с большой буквы, создавшего если и не плазменный бластер или ионную пушку, то уж во всяком случае его, Калаша. И не его, Конструктора, вина, что в какой-то момент пришло нашему Калашу время быть списанным в утиль, стать непригодным, перестать отвечать необходимым техническим условиям и стандартам. Ну что с ним поделать, не хочет Калаш больше стрелять, дает он осечку, сбился его прицел, сбоит его механизм. Не рад он своему прошлому, чурается настоящего и боится будущего. В своем теперешнем виде, в виде не полностью разобравшегося в себе человека и не полностью разобранного автомата, он не стоит не то что курицы, но и гроша ломаного, не говоря уж о сувенирной монете с его же, Калаша и Конструктора изображением. Он хочет разобраться в себе до конца. Он хочет полностью разобрать себя, чтоб собрать заново, собрать на свой собственный лад, сообразуясь со своими личными, пусть и чисто умозрительными чертежами. И вот он приступает к разборке. Старается уложиться в 13 секунд, сделать всё на отлично. Итак, по порядку.
          1. Калаш отделяет от себя магазин (он давно уже без патронов, а следовательно, магазин этот не опаснее магазина детских товаров). Для этого он: берет себя за горло левой рукой, правой рукой обхватывает магазин; нажимает большим пальцем на защелку за левым ухом, выдвигает нижнюю часть челюсти вперед и отделяет от себя магазин.
          2. Калаш отделяет от себя черепную крышку. Для этого он: обхватывает левой рукой шейку приклада; бьет себя вполсилы прикладом по голове; стараясь не терять сознание, правой рукой приподнимает черепную крышку, как если бы речь шла о крышке рояля.
          3. Калаш вынимает из себя т.н. возвратный механизм. Для этого он: удерживая себя левой рукой, правой рукой подносит к глазам телефонную трубку возвратного механизма и набирает первый пришедший в голову номер; выбрасывает телефонную трубку и извлекает возвратный механизм из канала затворной рамы сердца.
          4. Калаш отделяет от себя затворную раму сердца с затвором. Для этого он: удерживая себя левой рукой, правым ухом слушает, что говорит переводчик с арабского (египетского) на русский, чтобы перевести переводчика в положение «для автоматического огня»; отводит затворную раму сердца назад до отказа, приподнимает ее вместе с затвором и выводит из состояние физического равновесия.
          5. Отделяется затвор от рамы сердца. Для этого он: берет затворную раму сердца в левую руку затвором кверху; правой рукой отводит затвор назад и поворачивает его так, чтобы ведущий выступ затвора вышел из фигурного паза затворной рамы; выводит затвор вперед.
          6. Калаш, покашливая, отделяет от себя газовую курительная трубку мира со ствольной накладкой. Для этого он: удерживая себя левой рукой, правой рукой поворачивает флагшток замыкателя курительной трубки мира до вертикального положения; приподнимает задний конец курительной трубки мира вверх и снимает ее с патрубка газовой камеры с курительной смесью.
          7. Калаш разбирает т.н. возвратный механизм. Для этого он: берет возвратный механизм в левую руку; ставит курительную трубку мира ахиллесовой пяткой на стол; сжимает возвратную пружину вниз и снимает муфту из натурального меха куницы; снимает дружину князя Игоря с направляющего графитового стержня и курительной трубки мира; вынимает из курительной трубки мира направляющий графитовый стержень.
          8. Калаш разбирает магазин. Для этого он: идет в магазин «Хозтовары», покупает в магазине набор отверток и выносит их оттуда острием вперед; правой рукой утапливает с помощью крестообразной отвертки выступ стопорной планки в отверстие на крыше магазина «Хозтовары»; большим пальцем левой руки сдвигает крышу несколько вперед, удерживая при этом стопорную планку большим пальцем левой руки; медленно освобождая пружину, вынимает ее вместе со стопорной планкой и подавателем денег из кассовой машины магазина.
          9. Калаш разбирает затвор. Для этого он: выколоткой выталкивает из бьющегося как тра-та-та сердца шпильку женского сапога, удерживающую ударник и ось выбрасывателя семени, и извлекает выбрасыватель семени вместе с пружиной из гладкоствольной уретры.
          10. Калаш отделяет от себя половой член. Для этого он оттягивает конец полового члена от живота, так, чтобы головка полового члена освободилась от упора на стволе и вынимает половой член вверх.
          11. Калаш разбирает ударно-спусковой механизм. Для этого он: отделяет боевую дружину князя Игоря от рывка на Берлин, а именно: нажимает на  рычаг Архимеда и разъединяет шептало автоспуска с окурком; спускает окурок в унитаз; приготовленными заранее коктейлями «Отвертка» и «Молотов» поднимает концы боевой механической дружины князя Игоря из ствольной гиперболической коробки и манящим движением указательного пальца левой руки, как Сусанин, заводит их за выступы боевого взвода под командованием сержанта Курка; сделав глоток «Отвертки», нажимает плоской отверткой на пружину автоспуска и выводит взвод «Чарли» из окружения отрядом «Дельта»; протиркой сдвигает земную ось курка влево; придерживая курок правой рукой, левой рукой вынимает земную ось курка; поворачивает курок таким образом, чтобы одна из его цапф была направлена в сторону патронника, вынимает курок из ствольной гиперболической коробки; отделяет боевую дружину князя Игоря от рывка на Берлин. Далее он отделяет спусковой крючок с шепталом голубого огня: удерживая себя левой рукой, правой рукой при помощи выколотки сдвигает влево земную ось спускового крючка и шептала голубого огонька; удерживая большим пальцем правой руки шептало голубого огонька от выскакивания вверх, левой рукой вынимает земную ось; вынимает спусковой крючок; вынимает от спускового крючка шептало одиночного огня, а заодно и дружину князя Игоря; вынимает дружину князя Игоря из отверстия шептала;  отделяет автоспуск: удерживает себя левой рукой, правой рукой с помощью выколотки сдвигает влево земную ось автоспуска; удерживая указательным пальцем правой руки автоспуск с дружиной князя Игоря, левой рукой вынимает земную ось автоспуска; вынимает автоспуск с дружиной княза Игоря через черный вход магазина «Мир охоты»; отделяет дружина князя Игоря от автоспуска; отделяет от себя тень переводчика с арабского (египетского) на русский: кладет переводчика параллельно ствольной коробке, передом к морю, задом к пустыне; сдвигает переводчика вправо и отделяет его от ствольной гиперболической коробки.
          12. Калаш отделяет от себя цевьё. Для этого он: берет себя левой рукой за цевьё, правой рукой с помощью прецизионной отвертки поворачивает замыкатель цевья на пол-оборота вперед; большими пальцами обеих протезированных ног сдвигает соединительную муфту из натурального меха куницы с цевья к газовой камере с курительной смесью; подает цевьё вперед и отделяет от мозгового ствола.
          В результате таких нехитрых манипуляций, руки, ноги и все прочие части тела Калаша, не задействованные в полной разборке, отделяются сами по себе, они, как если бы лишились удерживающих их деталей, просто опадают на землю, будто флаги в безветрии.  Оказавшись в состоянии полной разборки, Калаш – а сказать точнее то безоружное ничто, что от него осталось, – решил не спешить с очередной сборкой самого себя. Он впал в летаргическое забытье, словно грудь ему прошила долгая очередь остервенелых пуль. Трудно сказать, каким бы стал Калаш после намеченной им скорой сборки, тем же самым ли Калашом или другим каким-то Калашом, с невиданными еще миром конструктивными и человеческими особенностями, а может быть, вовсе стал бы «Ксюхой» в объятиях срочника в самоволке и застрелился б на месте из-за неудавшегося эксперимента. Остается только фантазировать на эту тему. Ну и пофантазируем, чего уж тут.
          В контексте своего нового мирочувствования наш Калаш после полной сборки мог бы дать нам информацию о своем житии-бытии в серии из 25-ти наглядных картинок (более подходящих для комикса, чем для армейского плаката «Автомат Калашникова в разрезе»), связанных общей темой, темой обновленного, усовершенствованного Калаша. Картинка 1 — Калаш делает МРТ ствола головного мозга после удара прикладом по голове (подробнее о чем см. выше); картинка 2 — Вот курительная трубка Калаша с завивающимся сладким дымком отечества; картинка 3 — Калаш настраивает газовый фонарь для кемпинга;   картинка 4 — Калаш показывает своей подружке газовый баллончик и объясняет, как им пользоваться и в каких случаях;  картинка 5 — Вот Калаш уселся на ствол танка и сидит на нем, свесив ноги, как выхолощенный панк;  картинка  6 — Калаш примеряет на себя шейный хомут для лечения остеохондроза;  картинка 7 — Калаш учит китайский с прицелом на будущее; картинка 8 — Калаш хочет стать патроном Сицилии, как Цицерон, перековав имеющиеся у него патроны в монеты потяжелее; картинка 9 — Калаш  читает житие святителя Феофана Затворника и вспоминает, как в прошлой жизни слова «Вера», «Надежда», «Любовь» многое для него значили и грели ему в зимние египетские ночи  то затворную раму сердца, то шепчущее о чем-то родном шептало автоспуска, то курок, то ударник; картинка 10 — Калаш закрывает в квартире все двери на замок и садится перечитывать «Замок» Кафки; картинка 11 — Калаш загорелся идеей вступить в «Корпус мира», но не знает, с чего начать; картинка 12 — Калаш пробует себя в роли барабанщика в малоизвестной столичной рок-группе и ударно надрывает себе барабанные перепонки; картинка 13 — Калаш меняет старую защелку в магазине «Товары для дома», где работает завхозом, на новую; картинка 14 — Калаш жмет на курок дрели, чтобы сделать на кухне отверстие в стене, мигом сверло выстреливает из дрели как пуля, рикошетит туда-сюда, ударяется то в одну стену, то в другую, бум-с, бам-с, разбивает литровую бутылку молока, вдребезги банка с вареньем, наконец вклинивается во что-то там на тарелке, так и есть: в яблочко; картинка 15 — После выпитых «ста наркомовских граммов» у Калаша наблюдается боевая пружинящая походка Гектора; картинка 16 — У женщины Калаша и без ста граммов наблюдается возвратно-боевая пружинящая походка Амазонки; картинка 17 — «Я влюблена в тебя, хоть ты и алкаш, Калаш», – не раз она шептала ему после трех раз последовательных оргазмов; картинка 18 — Калаш смещает земную ось переводчика режима огня и тут же падает в небо вниз головой (что бы это значило, а?); картинка 19 — Калаш зачарованно смотрит на ствольную коробку дистанционного управления телепередачами; картинка 20 — Калаш изучает прикладные искусства: резьбу по дереву, аппликацию, декупаж (интерес к прикладным искусствам возник у него после недавнего удара прикладом по голове); картинка 21 — Калаш рычагом Архимеда зачем-то выламывает защелку в двери магазина «Товары для взрослых», вваливается туда вместе с тридцатиградусным морозом и выносит оттуда  мешок новогодних секс-игрушек, чтобы повесить их на обнаженную елку в брянском лесу; картинка 22 — Калаш в магазине самообслуживания покупает шампанское в нарезной бутылке – отстреливаться от игрушечных волков и спящих медведей; картинка 23 — Калаш начинает увлекаться страйкболом, футболом и волейболом; картинка 24 — Калаш получает шомполом по башке от Генерала Мороза; картинка 25 — Калаш берет себе в качестве псевдонима фамилию известного Конструктора и изобретает в 2047 году, в самый разгар войны миров, плазменный видеобластер и литий-ионную царь-пушку, но держит в секрете свое изобретение и умирает в полной безвестности, хоть и с чувством не напрасно прожитой жизни…
 
***