13. От Кривичей до Неринги

Мы едем, едем, едем
в далёкие края…
Хорошие соседи…

1. Смоленск

Соседи тут, правда, были ни при чём.

Не успела Маруся родиться, как мы и лыжи навострили. Естественно, на машине. Как ещё перемещаться с грудным ребёнком? Она была удивительно спокойным младенцем: хрюкнет ночью, поест и снова спит. Кроме меня никто не просыпался.

План путешествия, естественно, разрабатывал Андрей, досконально: две недели, все остановки, гостиницы, мероприятия. Я лишь вносила корректировки:
- Успенский кафедральный собор!
- Исторический музей!
- Гора Ведьм!
- Тракай!

- Ты можешь на секунду остановиться, на мгновение! Я с твоей первой мыслью ещё не разобрался, а ты уже на пятой! - не выдержал Андрей.

Темперамент у нас и правда разный.
Один пример. Однажды, в субботу:

- Диван, конечно, неплохой, но надо бы его почистить! - глубокомысленно заявил мой основательный муж.

- У меня много дел на сегодня: магазин, завтрак, дети.

Через полтора часа диван сиял как новый.
Андрей сидел довольный:
- Ну вот. Только я в этом доме убираюсь.

Безусловно, противоположности сходятся. Кто по верхам и пошире, а кто - в глубинку.
Со временем стало ясно, что Маруся вся в него.

- Мам, тебя вдруг так много стало, я не успеваю за тобой, снизь обороты, пожалуйста!

Итак, всё продумав и просчитав, золотой осенью, в середине октября, мы тронулись в путь. Шкода покачивала намытыми боками и летела как ласточка.

Осень блистала как никогда. +18 градусов радовали глаз. Дениска от нетерпения подпрыгивал на месте. Дай ему волю - перед машиной побежит… и, скорее всего, добежит. Он вообще сидеть может только с большой температурой, такой гиперактивный товарищ. Маруся спала. Чтоб я так жил…

Через пару часов мы остановились на передышку. Андрей взял с собой бадминтон и мяч, но в этот раз они не понадобились. Визжа от восторга, непоседа носился по осенним листьям, разбрасывая их во все стороны. Удовольствие лилось у него из ушей.

Маруся хрюкнула, поела и снова уснула в детском сиденье-кроватке. Мы нашли поблизости большой аккуратный пень, поставили на него сиденье и устроились рядом с деревом, перекусив, что бог послал.

До Смоленска мы добрались довольно уставшими. Прогулка по городу началась грустновато. Денис лениво водил рукой по крепостной стене и о чём-то глубоко задумался.

- …И был город Смоленск, и жили в нём кривичи, - сказала я.
- А где жили ровничи? - удивился Денис.

Тут уже наступила моя очередь удивляться.
- Я не знаю, я только про кривичей знаю. Это люди, которые жили здесь тысячу лет назад, занимались земледелием, строили и торговали.

Второе дыхание открылось:
- Кривичи! Ровничи! - запел Денис. Ну хотя бы так, зато оживился.

На втором дыхании мы дошли до Успенского кафедрального собора, который было видно издалека. Он был великолепен: голубовато-бирюзовые купола гармонировали с кремово-белыми стенами. Круглые окна - люкарны, белые колонны, пилястры, центральный вход с обеих сторон - напоминали дворец. Пять купольных шпилей ясно давали понять, что это необычайно красивый собор. Вид у него был величественный и при этом очень приглашающий.

На утро мы запланировали исторический музей. Поели и, прямиком, отправились в гостиницу.

Первое, что увидел Денис, - пушка перед входом. Он незамедлительно оседлал её.

- Вообще-то она здесь не для этого стоит, - сказала я.
- А для чего? - спросил сын.
Я повернулась к Андрею.
- Твоя очередь! Сам понимаешь, женщина и техника.

Андрей, как обычно, с любовью к деталям, начал рассказывать:
- Видите? Это прусский одноглавый орёл с мечом, XIX век. Пушка стоит здесь как свидетель обороны города. Сделана из чугуна, весит почти тонну, ствол гладкий внутри. Такие орудия использовали на крепостных стенах.

- Тонна, это сколько? - вопрос последовал незамедлительно.

Помню фотографию около памятника Глинке. Денис взъерошенный, куртка нараспашку, в руках охапка желтых кленовых листьев, и Глинка сверху смотрит на него слегка повернув голову. В правой руке - дирижерская палочка, левая прижата к груди:
- Не шали, Дениска! - как будто говорит он.

В историческом музее Денис проявил большой интерес к предметам быта: сундуки для хранения одежды, глиняная и деревянная посуда, ухваты и кочерги.

- Это что?
- Ухват.
- А это?
- Кочерга.
- А как в печи готовят?

- Ну вот, - ехидно подмигнул Андрей, - твоя область!

- Денис, сейчас расскажу тебе про эмансипацию… я пошутила, про печку…
- Там пони! Хочу на пони!

- Непросто! - подумала я. Слава богу, готовить сегодня не надо… в печи.
- А не пойти ли нам пообедать… чего-нибудь привычного? Борщик, винегрет, пирожки.
- Ну, хорошо, пошли на пони кататься!

Вскоре мы, сытые и довольные, тронулись на машине дальше.

2. Прибалтика

Лиственный лес начал уходить и меняться на хвойный. Многообразие красок и осеннее буйство больше не ощущались так празднично, зато лес стал прозрачнее и светлее. Время от времени появлялись небольшие озерца. Мы остановились на полчаса, и Денис побегал по мягкому зеленому мху, сухому на вид, но как губка, наполненному влажностью.

Границу переехали без проблем. Начало 2000-х. Семья с двумя детьми - что здесь может быть странного? Люди реагировали на нас с улыбкой. В основном спрашивали, как мы решились ехать с 5-месячным ребёнком. Легко, тем более «еда» всегда рядом.

В Вильнюс мы приехали в 11 вечера. Родственники с охами и ахами оторвали от нас Марусю. Каждый хотел потискать её и Дениса. Посыпались вопросы.

Мы рассказывали про лето: как купались в Адриатике, гуляли по Пуле, как Маруся уползала с коврика к воде, пока мы не положили перед ней кучу ракушек. В них были маленькие крабики, и они начали расползаться по одеялу. Она смотрела, как зачарованная, на эти действия, смешно морща губы и наклонив головку вправо. А мы купались.

Денис всё время висел на заборе, общаясь с хозяйским мальчишкой. Он говорил на хорватском, Денис - на русском, причём непрерывным потоком. Со стороны казалось, что они прекрасно друг друга понимают.

Пула… Мы возвращались туда и позже. Проводили там отпуск летом, когда дети стали старше.

Родственники делились своими проблемами и радостями: зарплаты низкие, безработица, инфляция, внучке уже год, трудно с маленьким ребёнком. Мы играли в карты. Денис полюбил шахматы и достиг первых побед. Ели ленивые вареники со сметаной - любимый продукт приготовления моей тети. И отпраздновали день рождения Андрея.

Сводчатые потолки ресторанчика придавали ему особенную атмосферу. Казалось, ты сидишь под землей. Собственно, так и было. Окошки - только на первом ярусе, а мы сидели ниже. Стены расписаны в духе старой Литвы: мечи, рыцари, крепкие мужчины с длинными усами.

Для Андрея всё было в новинку. Я заказала свой любимый супчик с лисичками в ржаном хлебе с крышкой. Запах зерен в хлебе люблю до сих пор.

- Пиво и сыр?
- Само собой разумеется.

Тракай встретил нас прохладой. Денис излазил не только замок, но и всё вокруг. На стены не залез - благо высокие. В итоге добился, чтобы ему купили на память большую лошадь-копилку на подкове. Эти глиняные сувениры в форме животных и колокольчиков пользуются у туристов большим спросом. Мимо караимского ресторанчика мы, конечно, тоже не прошли.

Хотелось показать Андрею район, где родилась и выросла моя мама. На третий день мы навестили его и православную церковь, где меня крестили. Мы тронулись к следующей цели - Клайпеда и Куршская коса.

Мы гуляли по Клайпеде. Чувствовалась близость моря: большие якоря, парусники, корабли, погрузочные краны. День был затянут влажной пеленой. Было не холодно, но промозгло.

Больше всего поразила набережная и фахверковые дома. Они гармонично чередовались со старинными домами из красного кирпича и с желто-белыми, в стиле Северного Ренессанса, строениями с нарядными фасадами, круглыми и треугольными выступами и колоннами.

Даже Вильнюс с католическими церквями и костелами не так отличался от нашей русской архитектуры. Ощущение было, что мы в Германии. Море было пенистым и волнительным.

Пообедав, мы поехали на Куршскую косу и заехали на гору Ведьм.

- Сказку хочешь, Денис?
- Даааа!

Давным-давно Балтийское море было бурным и опасным. Люди не могли спокойно плавать и ловить рыбу - волны топили лодки.

Жила у моря девушка по имени Неринга. Она была очень сильной и умной. Каждую ночь Неринга брала камни и песок и бросала в море, чтобы строить длинную песчаную косу. Так она остановила сильные волны и создала безопасный путь для рыболовов.

Вот на ней, на косе, мы и находимся. Считается, что здесь, среди дюн и соснового леса, живут ведьмы, духи и силы природы. Особенно активны они в тёплые летние ночи. Люди раньше собирались на вершине во время праздника;солнцестояния, чтобы петь, танцевать и отмечать волшебные ночи.

- А когда этот праздник?
- Уже прошёл, Денис.

На холме выложена тропа с деревянными скульптурами. Мы бродили среди них, фотографируясь с персонажами литовских сказок: ведьмами, духами леса, героями древних сказаний и даже самой Нерингой.

- Ух какой крокодил!
- И правда, в Литве крокодил?

Куршская коса поразила нас деревьями, растущими под углом из-за ветра, и огромным количеством больших пятнистых мухоморов. Ты проходишь через густой невысокий лес и вдруг видишь бесконечную прибрежную линию с мягким, струящимся жёлтым песком и гладкой водой. Как будто ветер всю свою силу потерял среди деревьев, а море оставил в покое. Ни малейшей ряби!

- Тормозииии!

Не обошлось без инцидента. Косуля бросилась под машину на обратном пути. Чудом удалось остановиться в нескольких сантиметрах от неё. Она качнула головой.

- А вы думали? Все бы вам пряничками баловаться!
- Ну точно, ведьма!

Выдохнув, мы поехали дальше.

Через несколько дней мы были опять в Вильнюсе. Осень набирала обороты. Уже хотелось домой, в Москву. На прощанье поднялись к башне Гедеминаса, и домой…

Прошло всего две недели, а природа уже успела измениться. Деревья частично сбросили свои кроны, оголяя серые ветки. Стало прохладнее, моросил мелкий противный дождик. На остановках не хотелось вылезать из машины и мы предпочитали перекусывать внутри, вызывая здоровое негодование Андрея.

- Ну кто потом обивку чистить будет? - ворчал он.
- Я! - радостно закричал Денис.
- Да, конечно. Разве что помогать, - добавила я с улыбкой.

Москва встретила нас суетой и пробками. Впереди маячила работа, заботы, и стало ясно: лето и осень окончательно закончились. Впереди была зима - холодная и однообразная.

- Мам!
- Что?
- Эта косуля… это была Неринга?
- Не думаю, - улыбнулась я, - она вроде добрая. А мы чуть с дороги не съехали…
- Значит, ведьма! - многозначительно сказал Денис.

Мы переглянулись.