Большая любовь Артемия Бенедиктова

    Артемий Авенирович собирался, как он обычно выражался, "на охоту". За долгие годы книгоискательства и книгособирательства он до тонкостей изучил психологию людей, пытавшихся продать ненужную домашнюю библиотеку, оставшуюся от деда, собрание сочинений прочно забытого теперь советского классика, выигранное в лотерею, или стопки  некогда дефицитных   журналов, много лет пылившиеся в кладовке. Книги в этом городе, казалось, не были нужны решительно никому. Даже даром. Приунывшие было владельцы всех этих бумажных сокровищ  мгновенно оживлялись,отыскав в газете объявление Артемия Авенировича, ибо объявление это гласило:"Куплю все и сразу". Тут же начинали строиться воздушные замки. Домочадцы, еще вчера бормотавшие :"Кому нужен весь этот хлам ?" или: "Собрать все книги бы да сжечь,"- требовательно кричали из кухни:"Дешево не отдавай!" Мол, знаем мы этих перекупщиков. Купят за рубль, продадут за сто. И посмеются еще над простаком, обстряпав выгодное дельце. Нет, дешево не отдавай, лучше уж пусть дальше пылятся, может, еще дороже станут. Дети и внуки, смотря умильными глазами на обнадеженного книговладельца, вкрадчиво интересовались, что им купят на вырученные деньги.В общем, во время телефонного разговора Артемий Авенирович слышал не только голос продавца, но и тоненькие, вроде комариного писка, голоски облепивших его надежд. Слышал - и мысленно усмехался: так все это было знакомо и однообразно.
    Выглядеть надлежало скромно, но достойно. Скромно - чтобы равнодушные к своему книжному богатству люди не заломили цену, заподозрив в Артемии Авенировиче тайного богача. Достойно - дабы не сочли безденежным чудаком, от нечего делать слоняющимся по чужим квартирам в поисках хоть какого-нибудь общения. Поразмыслив, Бенедиктов надел свой неновый, но еще весьма приличного вида плащ.
   - Где мой чемодан? - крикнул он в сторону кухни. Жена не ответила.
   - К ужину не жди. Могу задержаться.
   - Хорошо, - соизволила откликнуться жена.
    Чемодан нашелся сам собой. О, это был видавший виды чемодан. Жесткий, фибровый, очень старомодный, с потускневшими от времени застежками, облупившийся местами до белой основы, за долгие годы книгоискательства он вместил в себя столько сокровищ, что вполне мог считаться волшебным ларцом. Настроение у Артемия Авенировича было радужным.Предвкушая вожделенную добычу,он дышал полной грудью, глаза его  блестели,он был готов шутить, танцевать и любить весь мир.
   (Продолжение следует.)